История с народным судом в ЛНР и смертными приговорами за изнасилования очень интересна тем, что вновь ставит вопрос о смертной казни.
Традиционно я относился к смертной казни позитивно, причем по религиозным основаниям – ну сказано в Писании про смертную казнь. И благоразумный разбойник на кресте сказал «Достойное по делам своим приемлем».
Потом я стал относиться к смертной казни отрицательно, поскольку неправосудные процессы последних лет показали, что если нашему суду в руки дадут мухобойку, он займется истреблением бабочек.
В последнее время в моем взгляде на этот вопрос произошел еще один поворот. Более практический. Определенное время назад в мою жизнь вошел такой жанр, как «рассказы следователя». То есть я слушаю о самых обычных уголовных делах, проходящих через обычный райотдел в одном крупном городе.
И вот к какому выводу приходишь. Смертная казнь, оказывается, нужна. Причем прежде всего не для самых ужасающих и поражающих воображение преступлений, типа ботаник Брейвик замочил 70 невинных человек, а ему дали 23 года.
Нет, смертная казнь нужна для вполне определенной категории преступников. Иногда совершенно не выдающихся и не интересных, именовавшихся в советские времена «рецидивисты».
Вот парень в 16 лет по пьяни вспылил, зарезал собутыльника, попал на малолетку, отсидел 5 лет. В 21 вышел. В 22 по пьяни убил бутылкой другого собутыльника. Получил десятку. Вышел в 32. Через полгода поссорился со знакомым, оскорбил его сожительницу, раскроил ему топором череп. Получит ну даже если 15. В 47 выйдет.
Это значит, при взятом им темпе до того, как сдохнет сам, убьет еще минимум двоих. Точно уже убьет, не может просто не убить.
На все вопросы «зачем» отвечает – «потерял над собой контроль». Вменяем. Но будет терять контроль и убивать дальше.
Понятно, что единственный способ спасти еще две жизни – это его расстрелять, поскольку вероятность того, что он остановится, настолько пренебрежимо мала, что принимать ее всерьез в гуманистический расчет – нельзя. Это значит не принимать в расчет тот факт, что вероятность убийства еще двух человек экстремально велика. Попросту отказываться на это смотреть. Такой очень избирательный гуманизм.
Таких вот неинтересных серийных случаев на самом деле очень много. И всегда это один и тот же тип – человек, которому просто-напросто несложно убивать, он убивает просто так, и даже без удовольствия, и даже нехотя, просто так получается.
Никакого способа пресечь этот конвейер, кроме как пресечь самого убийцу – нет.
Не надо говорить про пожизненное заключение и подобные вещи. Правда состоит в том, что это ничуть не менее жестокое наказание, и при этом колоний на пожизненное для всех не построишь, дорого. А значит вот такие – на самом деле самые заразные убийцы, потому что их много и они обычные – будут и дальше получать сроки, пусть даже большие сроки, после которых они выходят и убивают дальше.
Вот такой получается грустный вывод из практической жизни. Смертная казнь необходима. Причем главным критерием для нее должна быть не столько ужасность преступлений, сколько их повторяемость.
Источник: Блог Егора Холмогорова