Один журналист на днях назвал их «кристально чистыми клиническими параноиками». Но паранойя, как известно, не берется ниоткуда. Как правило, она возникает от чувства бессилия.

Одержимость – это результат неспособности подчинить себе Россию

Если сегодня и есть в России политическое движение, которого на самом деле почти нет, то это антипутинские либералы. И не случайно провалом заканчиваются все попытки создать собственную политическую партию, как ее ни назови – гражданской платформой или как-нибудь еще.

Все усилия уходят на внутренние размежевания и острую схватку за лидерство над несуществующим движением. Единственное, что их объединяет, – заискивание перед Западом и ненависть к Путину. Ведь, по их словам, пока в Москве у власти Путин, российское общество будет закрыто для западного влияния, а сама Россия будет находиться в состоянии перманентной конфронтации с так называемым цивилизованным миром.

Падение Путина – их единственная мечта. Они пытаются убедить себя, что оно совсем уже близко, и не жалеют сил в либеральной войне, объявленной президенту России.

Вот и Гарри Каспаров, не иначе как наслушавшись Обамы, заявляет, что президент России является сегодня самым опасным человеком в мире и представляет для США гораздо большую угрозу, чем террористическое «Исламское государство*».

Маниакальная одержимость Путиным на самом деле отражает одно – неспособность Запада и его либеральных союзников внутри самой России превратить ее в нечто для себя удобное, в нечто полуколониальное – то есть в страну, обслуживающую, подлаживающуюся и признающую приоритет интересов США и Запада над собственными интересами.

Нежелание смириться с не такой Россией ведет к неадекватным оценкам. Все годы после ухода Ельцина эксперты и российские либералы наперебой доказывают, что правление Путина не может быть долговечным и вот-вот рухнет.

Скажем, Макфол, недавний неуспешный посол США в России, еще до своего назначения в Москву в далеком 2008-м старательно доказывал на страницах журнала Foreign Affairs, что путинская стабильность – не более чем миф, что при Путине экономика зашла в тупик и что у страны нет никаких перспектив развития.

А при Ельцине, по его словам, у нас наблюдалось динамичное экономическое развитие и царила вибрирующая демократия. Прошло почти семь лет: Макфол побывал в Москве, провалился в качестве посла, вернулся в США и опять доказывает, что Путин вот-вот рухнет. Как говорится, комментарии излишни. 

Одержимость – это результат неспособности подчинить себе Россию. Ведь Путин не закрывал Россию для западного влияния. Он и сейчас говорит о готовности к взаимодействию с Западом. Но это влияние у нас не дало нужных Западу всходов, а не слишком близкие нам ценности у нас не прижились.

А затухшая ныне суперзвезда Барак Обама не нашел пути к сердцам российских граждан. Он сам ощутил это еще в 2009-м, в ходе своего единственного визита в Москву, как-то съежился, поник и потускнел. И больше к нам не приезжал: Россия для него с тех пор – неприятная, чуждая, враждебная страна.

Ведь те стотысячные толпы, которые Обама собирал на площадях европейских столиц, были следствием не столько его личной харизмы, сколько мощнейшей пропагандистской волны, которая обрушивалась на тот же Берлин или Прагу задолго до того, как туда приезжал Барак Обама. До Москвы эта волна не докатилась. Точнее, мы не приняли ее. Феномен Обамы в России не сработал.

А закрывается потому, что не хочет той России, которую хотим мы. А ту, которую хотят видеть на Западе, мы в большинстве своем отвергли, когда отвергли Бориса Ельцина, его постоянные уступки США, его политику, приведшую к дефолту, его засилье олигархии и его так и не прижившийся в стране гимн.

Ельцина наши либералы превозносили, западные лидеры похлопывали его по плечу. С нынешней Россией им невыносимо трудно. Отсюда и их одержимость Владимиром Путиным.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ