Президент США долго демонстрировал нежелание переходить на путь «жесткой экономии». Негативный опыт Евросоюза смущал его, видимо, лишь отчасти: главным было понимание, что путь этот ухудшит ситуацию в экономике, а не только значительно понизит уровень жизни в стране. Обстоятельства не оставили Обаме выбора. Он предупредил, что секвестр бюджета отразится на миллионах американцев «среднего класса». Он обвинил республиканскую оппозицию в нежелании принимать решение более сбалансированного вида. Но он отступил. Указ о принудительном сокращении бюджетных расходов на 85 млрд долларов подписан.
У администрации Обамы есть план. Он есть давно
Спор вокруг бюджетной и денежной политики между демократической и республиканской партией продолжается не первый год. После ряда побед оппозиции осенью 2012 года ФРС США (к радости верхов демократов их друзей-финансистов с Уолл-стрит) перешла к третьей программе «количественного смягчения». Однако в феврале 2013 года QE3 стала быстро терять эффективность. На рынках началось новое падение, с коим связывают угрозу большого обвала или очередного умеренного спада. Как и прежде, глубина биржевого падения будет зависеть от масштаба мер денежного противодействия. Если сил ФРС будет мало, США могут заставить ЕЦБ прийти на помощь. Метод известен – атаки рейтингов.
США усиливают бюджетную экономию в чрезвычайно непростой мировой ситуации. В Евросоюзе разрастается кризис. Китай еще держится, но из него стремительно идет отток капиталов, а многие компании работают в убыток. Многие страны лихорадочно ищут способы поддержания роста или даже текущего состояния. После провала попытки Поднебесной стать новым локомотивом глобальной экономики взоры обращены на США. Их решение урезать на 46 млрд долларов военные расходы, на 28,7 млрд долларов разнообразные внутренние проекты и примерно на 10 млрд долларов программы медицинского страхования кажется странным. Разве эта страна не будет стимулировать свой рынок? Разве Соединенные Штаты не станут вытягивать всех из нового болота?
У администрации Обамы есть план. Он есть давно. Демократическая администрация стремится к экспортной реиндустриализации и победе над проблемами в своей экономике без отказа от неолиберального курса. Он отличается в исполнении республиканцев и демократов. Но последним приходится все чаще поддаваться давлению оппозиции, требующей твердых денег, решительного удешевления рабочей силы и бюджетной экономии. Они предпочли бы решительней урезать социальные расходы, но отправка в неоплачиваемые отпуска более ста тысяч гражданских служащих министерства обороны их тоже устраивает. Возможно, менее довольны они приостановкой обслуживания многих военных судов. Но они еще рассчитывают взять свое.
В процессе переговоров о секвестре демократы и республиканцы были настроены на сохранение расходов. Позиция для публики необходима обеим партиям. Повышать налоги для бизнеса республиканцы не хотят, а демократы не до такой степени на стороне «среднего американца», чтобы совсем отказаться от бюджетной экономии. Они попытались все же перенести акцент сокращений на военные статьи и добиться налога на лиц с доходами более 1 млн долларов. Обама все еще ожидает от республиканцев «здравого смысла». Однако, обвиняя их в нежелании «перекрыть одну лазейку в налогообложении для богатых и влиятельных лиц», он должен спросить и с себя. Чем он был занят прежде? Как вышло, что после его победы Конгресс захватили оппозиционеры?
Обаму избрали второй раз как меньшее из зол, но не как творца нового курса. Он не спас экономику, он лишь дал ей дорогостоящую передышку. Все больший переход США к европейской практике «жесткой экономии», по мнению аналитиков, грозит экономике потерей 0,75 млн рабочих мест по итогам зимнего секвестра. Катастрофы по его причине не случится, но тем, кто надеется на американское исцеление мировой экономики, стоит приготовиться к другому сценарию. Соединенные Штаты постараются создать условия для промышленного рывка, как за счет удешевления рабочей силы, так и внедрения новых технологий (от транспорта до энергетики). В результате они могут нанести удар по иным рынкам. Они будут в состоянии сломать прежнюю систему разделения труда. Однако пока понизится значение США в поддержании финансового равновесия.
В ближайшие год-полтора Вашингтон попытается сохранить прежнюю денежную политику. Экономия усилится, а уровень жизни в стране, как можно ожидать, понизится. Независимо от революционных решений в американской индустриальной сфере (которых стоит ожидать), на рынки США будут влиять неоднозначно. В настоящий момент они, вероятно, не смогут остановить очередной биржевой спад.