«Жаль парня (девчонку)» – именно так говорят, когда происходит какая-то неприятность с кем-то из молодых «революционеров». Девушку, которую не впустили в Россию; парня, арестованного за драку с милиционерами; студенток, отчисленных из университета; демонстрантов, побитых ОМОНом... И действительно, всех жалко. Причем безотносительно к тому, по закону с ними поступили или нет.
Сочувствие тем сильнее, чем больше контраст: такие молодые, симпатичные, беззащитные ребята – а против них государственная махина, чиновничьи «кувшинные рыла», менты и омоновцы. Кто тут выглядит привлекательнее? Вопрос риторический.
И потому легко понять тех, кто в СМИ и в Сети поднимает шум в защиту обиженных. Правда, в позиции многих защитников очень быстро обнаруживается некоторое лукавство.
Борцы за свободу – хорошие, честные, благородные ребята. И безобидные
Во-первых, в обозначении противника все время происходят подмены. То это «режим», «система», «государство», то отдельные чиновники, а не все государство. Вроде бы борьбу свою юные герои ведут с системой. Но обижают их непременно отдельные лица, не по праву отождествляющие себя с государством. Однако отвечает за них опять же система…
Во-вторых, пытаясь (как они сами говорят) помочь пострадавшим, радетели почему-то не просят о милосердии, а обличают. Соответственно, возникает вопрос: желают ли защитники действительно помочь «детям», или преследуют какие-то свои цели, а попавшие под раздачу юноши и девушки для них просто расходный материал?..
Самое же главное: как только говорится о сочувствии к пострадавшим, тут же выскакивает поддержка того дела, за которое они пострадали, будь то марши несогласных или эротические экзерсисы студентов-философов. И тем, кто желает вступиться за обиженных, предлагается немедля осудить гнусную систему, безжалостно расправляющуюся с инакомыслящими. Мысль о том, что кого-то из пострадавших могли привлечь по заслугам, отметается с порога…
Однако стоит ли обращать внимание на разных политических спекулянтов, когда речь идет о детях (пусть даже и достигших формального совершеннолетия)?.. Может, и не стоило бы, кабы не кое-какие исторические уроки.
То, что образованная молодежь всегда склонна к бунтарству, это не новость и не уникальная черта России. При этом совершенно не обязательно, чтобы государство, против коего бунтуют, было каким-то особо тираническим: достаточно, чтобы оно было.
А дальше бунтующая молодежь рано или поздно получает по рукам |
Скажем, американским и европейским левакам в 1968 году собственные правительства представлялись фашистскими – в точности как сегодняшним российским «несогласным» видится действующий «преступный режим».
А дальше бунтующая молодежь рано или поздно получает по рукам. К вящему возмущению интеллигентной публики: как же можно обижать детей? Они же не могут представлять никакой угрозы для государства! Они же хорошие, честные, благородные!..
Если государство оказывается достаточно уверенным в себе, то продолжает гнуть свою линию – и гневные голоса понемногу затихают. Если же дает слабину, то взрослым дядям и тетям, стоящим за спинами жертвенной молодежи, удается перевернуть систему – со всеми вытекающими последствиями…
Хотя, спору нет, борцы за свободу – хорошие, честные, благородные ребята. И безобидные. Как милая близорукая 28-летняя барышня Вера Засулич. Которая была куда как обаятельнее и привлекательнее, чем грубый солдафон и самодур генерал Трепов. Поэтому на чьей стороне могли быть симпатии просвещенной публики, когда милая барышня выстрелила в генерала-держиморду?..
«Кто жалеет розги, не жалеет чадо свое» – этот принцип сегодня отброшен как нетолерантный и неполиткорректный. Пусть так. Однако юным бунтарям (хорошим, честным, благородным) должно быть известно: за бунтарство придется платить. Если уж они считают государство (системы, режим) жестоким и злобным зверем, то не надо удивляться, что зверь иногда кусается.
Хотя, конечно, ребят все равно жалко. В отличие от их наставников и защитников, старательно подзуживающих молодую поросль и остающихся в стороне. Но об этих разговор особый.