«Нет предела п....цу и клерикальному мракобесию, – пишет руководитель рекламного агентства имени себя и популярный блогер. Пишет за два дня до похорон, узнав о том, что в день погребения Алексия II гражданам предложено воздержаться от развлекательных мероприятий. – Я считаю всероссийский траур по поводу похорон церковного начальника оскорбительным, он оскорбляет мои атеистические чувства», – заканчивает оратор, не въехав, чем отличается «предложено» от «предписано».
Дальше идут две тысячи комментариев, подавляющее большинство из которых вызывают острый приступ желания отказаться от российского гражданства.
«Помер чувак. Для кого-то он – святой. Для меня – прохиндей в рясе, но это сугубое ИМХО... Умер-шмумер, я-то почему страдать должна?.. Какого хера я должна по 3 часа в пробке кошмариться?!» – возмущается известный светский обозреватель, узнав, что завтра ей придется ехать по делам не на машине, а на общественном транспорте. Неудобства, связанные с проведением в центре Москвы крупных культурно-светских мероприятий, насколько я помню, подобной реакции у нее никогда не вызывали. Как и привычка некоторых позитивных героев светской хроники ездить с мигалками по встречке.
«Трагедия жизни владыки Алексия Ридигера в том, что он всегда колебался вместе с линией партии... «Партия» здесь – прежде всего Лубянка, «орден меченосцев». Именно КГБ с середины 70-х годов начал активно реализовывать проект «Православие на место коммунизма». Став патриархом, владыка Алексий Ридигер активнейшим образом этот проект довершал... Остается помянуть его словами «Вечная память!», потому что на земле он будет забыт очень скоро и надежно».
Это прямо в день смерти человека сводит с ним счеты некто, называющий себя «священником» и в таком качестве регулярно выступающий в СМИ. Таким же сам-себе-священником может стать любой, кто купит себе рясу с крестом и зарегистрирует общественную организацию под названием типа «Православная церковь Совхоза имени Ленина». Такое положение может даже дать человеку некоторые преимущества на рынке журналистского труда (кому нужны были бы его мнения, если бы не крест на пузе), но неизбежно разовьет в их носителе ярко выраженный человеконенавистнический комплекс. Симптомы этой болезни сам-себе-священник проявлял давно, но даже те, кто его регулярно слушал, едва ли могли подумать, что он способен дать ему волю над еще неостывшим телом патриарха. Зачем он это сделал? Чтобы оттолкнуть от себя свою же аудиторию? Без допущения факта существования бесов понять этот поступок невозможно.
В день погребения Алексия гражданам предложено воздержаться от развлекательным мероприятий (фото: Дмитрий Коротаев/ВЗГЛЯД) |
Цитировать прочие явления нечистой силы в российском медиапространстве можно отсюда и до Нового года. Примеров не объяснимой ничем, кроме их мистической природы, приступов ярости в адрес новопреставленного раба Божия Алексия в эти дни хватило бы на весь международный терроризм. Я не собираюсь здесь спорить о роли личности почившего патриарха в новейшей истории России. У меня на этот счет одно мнение, у вас другое, у них третье. Я считаю, что даже сейчас, в первый день после похорон, публичная дискуссия на эту тему еще неуместна. Я знаю много людей, которые очень недолюбливают Русскую православную церковь, но сегодня им хватает ума и такта соблюдать похоронное перемирие. Потому что это одно из свойств человека – не глумиться над трупом. Кто бы ни был покойный, он прежде всего человек. Преклонных годов. Уважаемый и любимый миллионами твоих сограждан. Таджикские дворники на улицах в эти дни выражали идущим к храму Христа Спасителя свое соболезнование. А свои – плевали вслед.
Если в такие моменты ты не способен себя сдерживать, значит, ты не в себе. Значит, внутри у тебя кто-то сидит и повелевает. Значит – см. притчу о стаде свиней.
«Дорогой и любимый Бог! Сегодня утром в твои небесные чертоги отправился человек, называвший себя Твоим представителем на земле... Когда на Русь пришли латиняне, он вместе со своим отцом духовно окормлял предателей веры и родной земли. В самые страшные для Руси годы этот человек занял самый высокий земной престол. Он требовал от паствы смирения и бессребреничества, а сам жил в роскоши. Он, прикрываясь Твоим именем, осуждал грехи, а сам вместе с приближенными торговал бесовским зельем – табаком и водкой... Не было такого на Руси никогда, чтобы целых 18 земных лет подряд вымирали люди русские, православные – и все это происходило при ложном Твоем наместнике. И он ни слова не сказал об этом земным царям, а наоборот, всегда и во всем поддерживал и благословлял их Твоим именем... Дорогой Бог, прошу лишь об одном – воздай этому человеку по делам его. И знай, что мы все равно любим и верим в Тебя...»
Это выкрик с другой баррикады. Национально-патриотической. Подобных заявлений в эти дни тоже хватало. Одним святейший не угодил тем, что не кричал после каждой литургии: «Свободу Ходорковскому!», другим – что не возглашал: «Россия – для русских!» Особенно неприятно, что автор «письма Богу» – человек, с которым мы неплохо знакомы. Бесы – они ведь не разбирают, где левый фронт, где правый. Им нужна человеческая душа. Свежая, чистая, незапятнанная. Наверное, они неплохо разбираются в основах дзю-до – использовать инерцию собственной силы противника, направив ее в ложном направлении.
Журналист Матвей Ганапольский в эти дни уже произнес фразу, которая рискует стать идиомой. Матвей, можно, я ее повторю?
«Сволочи, я прошу вас, дайте спокойно похоронить патриарха!»
Это я обращаюсь не к людям, а к бесам. Если я кого-нибудь обидел в этой статье, прошу меня простить. Я стараюсь ненавидеть грех, а не грешника. И в себе, и в других. У меня очень плохо получается, но я стараюсь. У патриарха получалось лучше.