В минувшее воскресенье более половины мест в Сенате (178 из 348 сенаторов) были переизбраны в 64 департаментах по всей Франции. Имея в действующем составе всего трех сенаторов от своей партии, «Национальное объединение» добилось избрания еще девяти человек.
Может показаться, что этот результат мало что меняет в общей картине, тем более что преобладающей группой в палате остались правые, несмотря на снижение доли их голосов. Однако в самой Франции так не думают: многие публицисты и эксперты с неудовольствием, а то и нескрываемой тревогой следят за тем, как некогда маргинальная партия, которой так хорошо было пугать массового избирателя, завоевывает плацдармы на самых консервативных и, казалось бы, неподвластных ее влиянию этажах власти. А французский Сенат как раз и считается опорой консерватизма и умеренных правых сил.
«Монд» повествует о случившемся в редакционной статье в похоронном тоне: «Результаты выборов в Сенат, состоявшихся в воскресенье 27 сентября, являются тревожным сигналом. "Национальное объединение" и его союзник, возглавляемый Эриком Сьотти "Союз правых за республику", сумели сформировать в Люксембургском дворце группу из 15 избранников… Это происходит у крайне правых впервые. Данный результат показывает, как "Национальное объединение" всего за какой-то десяток лет смогло укорениться в наших институтах».
Издание предается воспоминаниям о том, как после выборов в Сенат 2017 года, которые имели место вскоре после выборов в нижнюю палату, тогдашний «Национальный фронт» (как именовалась партия в то время) не имел никаких союзников и получил всего два кресла сенаторов и восемь мест в Национальном собрании. А сейчас в обеих палатах у партии насчитывается уже 131 избранник, и в Сенате партия добилась права на отдельную группу.
Понятие политической группы в Сенате вовсе не является обычной формальностью – это дает многочисленные преференции. Как объяснила Эдвиж Диас, вице-президент партии «Национальное объединение» и отныне сенатор от Жиронды, наличие группы позволит «иметь дополнительное время для выступлений в зале заседаний, право инициировать парламентское расследование (создавать следственную комиссию раз в год) и обеспечивает место в руководящем органе Сената».
Кроме того, председатель группы входит в коллегию председателей и в этом качестве может участвовать в формировании повестки дня. Политическая группа также может вносить поправки или назначать докладчиков для дебатов и для вопросов правительству по текущим делам. Также группе отводятся дни заседаний, когда она контролирует повестку и может включать в нее законопроекты по своему выбору – что Марин Ле Пен вполне может использовать как дополнительный козырь для своей президентской кампании.
Не стоит упускать из виду и финансовый вопрос: каждая группа получает от Сената субсидию на свою внутреннюю деятельность, которая варьируется в зависимости от количества ее членов и сотрудников, причем каждый сенатор имеет право нанять до пяти сотрудников.
«Это историческая победа и важная веха»,
– со своей стороны отметила Марин Ле Пен, подчеркнув, что случившееся является «прорывом», который подтверждает, «что укоренение "Национального объединения" ускоряется на всей территории страны».
Однако для кого победа, а для кого поражение, а в поражении, как известно, слов не выбирают. Сенатор-социалист Патрик Каннер уже устроил небольшой скандал, заявив, что в Сенат пролезли «популисты и демагоги», и что от них надо будет отгородиться «санитарным кордоном», чтобы избежать «идеологического и политического влияния "Национального объединения"».
Сенатор разошелся до того, что объявил, будто бы из-за вновь прибывших в палате образуется «музей ужасов». Мэр Ниццы и сенатор Эрик Сьотти, союзник «Национального объединения», возмутился словами коллеги, назвав их «неприемлемым антиреспубликанским поведением», и потребовал от президиума Сената призвать Каннера к порядку.
Во Франции выборам в Сенат придают большое значение – как выразился «Фигаро», за семь месяцев до президентских выборов «это последний испытательный заезд для различных политических конюшен». И заезд этот показал расширение влияния «Национального объединения» даже в таком консервативном органе, от которого в стране многое зависит, так как все законы должны утверждаться именно здесь.
К слову, некоторыми успехами может похвастаться и другое считавшееся маргинальным политическое объединение, а именно крайне левая «Непокоренная Франция». Ко всеобщему удивлению, в Сенат были избраны аж два ее представителя, включая 59-летнего Габриэля Амара, зятя главы партии Жан-Люка Меланшона. Первым делом Амар пообещал бороться с дороговизной, а Жан-Люк Меланшон вдобавок посулил, что с помощью представителей партии в Сенате сделает все, чтобы ограничить цены на топливо.
Между тем, согласно самому свежему опросу общественного мнения, Марин Ле Пен увеличивает свой отрыв от конкурентов в прогнозе второго тура президентских выборов. В случае, если ее соперником окажется центрист Эдуар Филипп, за Ле Пен готовы проголосовать 57% опрошенных, а за главу партии «Горизонты» – всего 43%.
В случае, если крайне правой Марин Ле Пен будет противостоять крайне левый Жан-Люк Меланшон из «Непокоренной Франции», она еще больше упрочит свое положение: ей готовы отдать голоса уже 69%, в то время как за Меланшона проголосовали бы 31%.
Что касается первого тура, Марин Ле Пен лидирует в разных сценариях, набирая от 35 до 36% голосов.
На втором месте, по крайней мере в данный момент, оказывается все же Жан-Люк Меланшон с 18% голосов, а не Эдуар Филипп с 16%. Впрочем, последний может утешиться неважными результатами бывшего премьера Габриэля Атталя (12-13% в разных сценариях), Рафаэля Глюксманна (10-11%), республиканца Брюно Ретайо, только что переизбранного сенатором (8-10%) и бывшего президента Франсуа Олланда (7-8%), который, судя по всему, не прочь вернуться на знакомое место.
Олланд уже пообещал, что примет окончательное решение о выставлении своей кандидатуры, только если посчитает, что у него есть шанс выиграть выборы. Но прошедшие выборы во французский Сенат пока свидетельствуют о том, что шансы занять пост следующего главы государства растут вовсе не у него – а у Ле Пен.