Польские национал-консервативные политики могут претендовать на звание самых неприятных людей мира. Все, кто с ними сталкивается, их не любит (кроме, разумеется, самих поляков).
Особенно сложно бывает с теми, кто глубоко погружен в вопросы истории. Даже спокойного человека со стороны такой польский патриот за полчаса доведет до состояния, когда искренне желаешь шестого раздела Польши.
Именно такой правоконсервативный польский историк и победил на президентских выборах. В юности Кароль Навроцкий (сейчас ему 42) также принадлежал к субкультуре футбольных ультрас и участвовал в уличных драках, а это важное дополнение к образу: он свою «историческую правду» еще и кулаками вколачивал.
С таким, как он, лидером Польши будет тяжело примерно всем. Кроме России – в силу того, что у нее в обозримом будущем вряд ли появится повод для соприкосновения с польским президентом. Находясь в стороне, мы можем не без злорадства наблюдать, как Навроцкий со всеми собачится, будучи кристаллизованным образом невыносимого поляка.
Рядом с таким невыносимо усредненному европейцу – стороннику ЕС, а тем более – представителю брюссельской бюрократии вплоть до Урсулы фон дер Ляйен. Польские национал-консерваторы – принципиальные противники расширения полномочий Еврокомиссии, а это то, чего Еврокомиссия сейчас добивается: Урсуле нужно еще больше власти.
Но это не показательный пример, поскольку в неприятии Еврокомиссии с польскими национал-консерваторами согласятся многие, включая русских. С такими панами сложно примерно всем, включая Германию – страну, которая в своей внешней политике пыталась вообще ни с кем не конфликтовать, пока не вступила в конфликт с Россией.
Немцам национал-ориентированный поляк на автомате предъявляет претензию за нацистскую оккупацию, заявляя о готовности прямо сейчас, не сходя с места, получить чек с извинениями за неустойку. Россия, жестоко пострадавшая от действий Третьего рейха, в отношении Германии не вела себя так никогда – и даже сейчас так не поступает, хотя мы Берлину не союзник, а вот Варшава как раз-таки союзник по НАТО. Просто гонор – ее второе счастье.
Американцам с такими поляками тоже непросто, даже несмотря на то, что для национал-консервативного поляка равнение на Вашингтон – это норма жизни (в силу того, что никому в Европе он на самом деле не доверяет). Политическая культура американских консерваторов сильно отличается от культуры их польских как бы единомышленников – поляк гораздо консервативнее. Часто он искренний антисемит и расист, тогда как в США это «красная линия» даже при Дональде Трампе.
Что же касается русских, им с национал-консервативными поляками лучше не связываться вне зависимости от собственных политических взглядов. Они ненавидят Россию во всех ее возможных вариациях – от Киевской Руси до Российской Федерации. Такой поляк объединит против себя даже «красных» и «белых».
Впрочем, есть персонаж, способный объединить против себя русского и с таким вот поляком – это украинский националист. С точки зрения обоих, украинский националист – это, с одной стороны, каратель и палач, с другой – персонаж, которого вообще быть не должно.
Львов – польский город, Одесса – русский город, а украинскому ресентименту и взяться-то неоткуда: провинция есть провинция.
Если русский и польский проекты большой восточнославянской империи действительно конкурировали когда-то на равных (и в отдельные моменты побеждали поляки), то украинцев там вообще не стояло, а они, если им верить на слово, не только Киев построили, но и Черное море выкопали.
Поляков с поправкой на гонор украинская претенциозность злит сильнее. Взаимные этнические чистки – общее наследие этой группы славян, а ресентимент – польский ли, украинский ли – предполагает ежедневное расковыривание старых болячек. Как следствие, национально-ориентированный поляк ненавидит национально-ориентированного украинца до одури – он ежедневно себя этой ненавистью накачивает.
Таков, повторимся, и Кароль Навроцкий, который в августе возглавит польское государство. Он по всем пунктам таков.
Он обещает вставлять палки в колеса Урсулы и сопротивляться насаждению либеральных практик ЕС. Он горячо поддерживает требование к Германии о выплате многомиллиардных репараций. Он пламенно ненавидит Россию, где на него заведено уголовное дело за участие в уничтожении памятников советским героям Второй мировой войны.
Однако Украину Навроцкий тоже ненавидит, как настоящий поляк. Он уже поклялся ни под каким видом не пускать ее в НАТО и не отправлять польских солдат на ее защиту, сосредоточившись в отношениях с Киевом на вопросах истории, то есть на самых болезненных.
Нынешнее место работы Навроцкого – глава Института национальной памяти, специфической организации, созданной по аналогу Украины, где такой институт появился на два года раньше. Его задача не научные изыскания, а выстраивание единой политизированной линии – героической и/или жертвенной – в угоду националистам.
Украинцы ради этого не брезговали не только фальсификацией данных, но и уничтожением источников, если они бросали тень на бандеровцев. Степень чистоплотности польского института может быть иной, но само предположение, что она на одном уровне с украинцами, поляка смертельно обидит.
В общем, это история не про науку, а про пропаганду, но новый президент с его заслугами реального историка и кулаками реального футбольного ультрас действительно готов выколачивать из Владимира Зеленского останки жертв Волынской резни, извинения за преступления бандеровцев и прочие неприемлемые вещи для руководства Украины. Оно националистов-радикалов боится и использует для конфликта с РФ, а провоцировать не хочет ни под каким видом. Навроцкий хочет. Он тот еще тролль.
Ждать от него хоть какого-нибудь конструктива из России бессмысленно. Зато обещает стать веселой практика, в рамках которой этот неприятный человек скандалит с брюссельцами, германцами, украинцами – в общем, наводит шорох в рядах врага.
Главное, не приближаться к нему слишком близко. Даже если национально-ориентированный поляк не посмеет применить физическую силу, он всегда способен испортить атмосферу рассуждениями о том, что польские мракобесы – это лучшие люди Земли.