«Очень важно, чтобы все в США помнили, каким хорошим союзником была Дания. Дания была хорошим союзником, мы и сейчас являемся хорошим союзником, и мы намерены оставаться им и впредь».
Этот крик души премьер-министр Дании Метте Фредериксен раздался в эфире одного из датских телеканалов. Она как будто взывает к Дональду Трампу – «мы верные, мы хорошие, не бейте нас», потому что ситуация оказалась значительно серьезнее, чем считали (и надеялись) в Копенгагене, когда Трамп впервые поднял тему контроля над Гренландией.
Точнее, когда поднял ее впервые с 2019 года. Фредериксен в 2019-м уже была премьером, а Трамп досиживал свой первый президентский срок и впервые предложил ей продать Гренландию. Вежливый отказ стоил ей бойкота: обидчивый президент США отменил встречу с датским премьером, так что последовавшее за этим избрание Джо Байдена в Копенгагене восприняли с облегчением. Тогда датчане даже не успели испугаться как следует. А вот теперь наконец-то испугались.
Недавний телефонный разговор между Трампом и Фредериксен продлился 45 минут, был посвящен Гренландии и, по свидетельству «источников» всех СМИ, которые об этом писали, прошел отвратительно. Трамп непреклонен – подавай ему Гренландию. И что теперь делать, совершенно непонятно, но отдавать Гренландию никак не хочется: 90% датчан против этого. Наряду с Фарерскими островами, это у датской империи-неудачника последний символ былой мощи.
Но еще важнее то, что нынешней конфликт с Трампом – это фактический крах датской геополитической стратегии, которую там исповедовали десятилетиями. Стратегия простая: во всем подчиняться США.
Датчане консервативны в своих геополитических стратегиях. Но все их стратегии рано или поздно терпели крах.
Датская (тогда еще данов) империя очень рано и бодро начала: ее государственный флаг – старейший в мере, ее королевская династия – старейшая в Европе. В XI веке датчане владели даже Англией, а в период расцвета (Кальмарской унии) – всей Скандинавией (кроме севера современной Швеции), югом Финляндии, частью Прибалтики и множеством островов.
Но начиная с XVI века, Дания стала проигрывать в эволюционной гонке, и «великой северной империей» уже никогда больше не была, хотя старалась. Сначала пришлось отпустить Швецию, потом отдать Норвегию (причем Швеции же). Стремление вернуть утраченное на севере предопределило Лондон, Стокгольм и периодически Петербург как главных исторических врагов, а с великими державами юга датчане старались не ссориться и при необходимости подписывались под «правом сильного», не имея собственных сил для сопротивления в обе стороны.
Присоединение к политике Наполеона по блокаде Британии обернулось для Дании британским десантом и проигранной, несмотря на некоторую поддержку России, войной (именно тогда она потеряла Норвегию, а заодно и остров Гельголанд, который британцы забрали себе). Но в стремлении любым путем избежать конфронтации с континентальной Европой датчане остались тверды. От Первой мировой войны они уклонились и пытались уклониться от Второй, сперва подписав с гитлеровской Германией договор о ненападении (единственной из стран Скандинавии), а потом и антисоветский Антикоминтерновский пакт.
От нацистской оккупации это Данию не уберегло, что стало для датской нации шоком. Нас-то, мол, за что, таких хороших и послушных?
Пряничная история о датской королевской семье, из солидарности с евреями носившей одежду с желтыми звездами, – это миф. Вместо этого власти в Копенгагене разнообразно способствовали формированию датской дивизии СС.
Попав на Восточный фронт, четверо из пяти датских эсэсовцев были вбиты в русскую землю где-то между озерами Ильмень и Селигер.
Впрочем, это было при оккупации, которая Данию, повторимся, травмировала. Несмотря на готовность к сотрудничеству в борьбе с историческими обидчиками (Британией, Россией и Швецией), Гитлер поступил с датчанами так, как хотел.
Трамп тоже намерен поступать с датчанами, исходя из своего «хочу», а на мнение Копенгагена по этому поводу ему наплевать. Как и в случае с Гитлером, датчане не понимают, что делать, ведь их обворовывают, невзирая на верную службу.
Слепая ориентация на Вашингтон сложилась в Дании после Второй мировой войны, в ходе которой американцы увели у нее еще и Исландию: местные сепаратисты провозгласили независимость, пользуясь «крышей» США и их военным присутствием на острове. Гренландию американцы тогда же подумывали забрать (не «отпустить на свободу», как Исландию, а именно забрать себе), поэтому Копенгаген стал задабривать Вашингтон исполнением любых других желаний.
Так они и жили. Дания выступила основателем НАТО, пустила в Гренландию американскую базу, отправила своих солдат в Ирак, годами настраивала ЕС против России и стала мировым лидером по затратам на Украину в пересчете на душу населения. Своего скандинавского вассала американскому сюзерену и впрямь не в чем упрекнуть, если не считать истории с «Северным потоком – 2» (США были категорически против этого проекта, но датчане, максимально затянув согласование и долго колеблясь, все-таки одобрили его под нажимом Берлина).
От ЕС, будучи его членами, датчане пытались держаться наособицу, как британцы, избегая валютного, миграционного и что особенно важно – оборонного союза. Многое упиралось как раз в Гренландию и в то, что им очень хотелось оставаться любимой женой хана, не затерявшись в толпе прочих наложниц из Евросоюза.
А теперь, когда Трамп подтерся датскими стратегиями, Копенгаген пребывает в прострации. На первое время там решили ходить на цыпочках, чтобы не провоцировать Трампа, и потратить побольше денег – вдруг поможет.
Это для Дании, между прочим, тяжелое решение – тратить деньги. Наряду с немцами, голландцами и шведами, датчане были главными монетаристами ЕС и твердо выступали с позиций бюджетной экономии. Поэтому предновогоднее обращение Фредериксен к нации с заявлением о значительном повышении расходов на оборону наделало внутри страны много шума.
Деньги нужны не для того, чтобы оборонять Гренландию от США, а для того, чтобы задобрить Трампа. Он требует у всех стран НАТО увеличить расходы на армию до колоссальных (по меркам ЕС) 5% от ВВП и заявляет, что Дания не удержит Гренландию под натиском России и Китая.
Тогда Копенгаген выделил на оборону еще 2,1 млрд долларов, а также 5 млн евро на «преодоление последствий расизма» в отношении гренландских эскимосов. В прежние годы датчане обходились с ними отвратительно – как настоящие колонизаторы, а теперь эскимосы хотят независимости и уже выбрали себе правительство идейных сепаратистов. Вашингтон может сыграть на этой ситуации, если Трамп не уймется.
В конце прошлой недели Фредериксен принимала у себя коллег из Скандинавии, чтоб испросить совета (СМИ обошло совместное фото за скромным столом с бутербродами). На этой неделе совершает большой вояж по большим евростолицам – Берлин, Париж, Брюссель – с той же целью.
Как утверждает издание The Financial Times, Фредериксен особо просила европейцев не поднимать шума вокруг спора о Гренландии и по возможности никак его не комментировать, чтобы дополнительно не злить Трампа. Это похоже на правду, поскольку и гости Фредериксен, и принимающие стороны этой темы избегают, а бюрократы в Брюсселе как будто воды в рот набрали, хотя скандал беспрецедентный – главная страна западного альянса покушается на территориальную целостность члена НАТО и ЕС.
Молчать, когда нужно, в Брюсселе умеют, но с Трампом Фредериксен помогут вряд ли. Относительно руководства ЕС она находится даже в более выигрышном положении, поскольку с ней Трамп хотя бы общается, а евробюрократов принципиально игнорирует и планирует продолжать так делать, выстраивая отношения с Европой через национальные правительства.
«Мы должны усилить нашу поддержку Украины. Мы должны противостоять влиянию Китая и России», – распиналась Фредериксен в Германии.
Она пытается сохранить идентичность главного антироссийского штыка в Скандинавии и умасливает Трампа обещанием вредить также Пекину. Случайному человеку может показаться, будто отнять у датчан Гренландию пытаются Россия и Китай, а не та же самая страна, перед которой Дания опять пытается выслужиться.
На то, как шеф хам пинает своего шакала Табаки – подлизу и русофоба, приятно посмотреть. С другой стороны, расширение США на Гренландию априори противоречит геостратегическим интересам России и угрожает ее позициям в Арктике, не говоря уже о том, что поведение Трампа – та еще отрыжка американского империализма.
Поэтому остается только пожелать удачи обеим сторонам.
Пусть схлестнутся и пусть грызут друг друга. Как это отразится на Гренландии – будущее покажет, но центробежные тенденции внутри НАТО в первую же неделю президентства Трампа – это то, что точно не хотелось бы сглазить.