Вице-президент США Камала Харрис стремительно теряет позиции в предвыборной гонке и уже растратила свое прежнее преимущество над Дональдом Трампом. Теперь кандидаты идут вровень, но фаворитом называют именно Трампа. Корень этой крайне опасной для властей проблемы уже выявлен и подвергается идеологической обработке.
В США за десять лет меняется многое, за сто лет – ничего. Элита страны опять видит источником своих проблем черных. Если точнее, черных мужчин.
Речь о скорых президентских выборах. В США теперь только о них и речь, все другие проблемы, включая Украину и Корею, ушли на третий план. Все – или ничего, пан – или пропал, Камала Харрис – или Дональд Трамп. До появления определенности в этом вопросе Америка ушла в себя, а вернуться планирует не раньше ночи на 6 ноября, когда (по оптимистичному варианту) станут понятны итоги голосования.
Сами выборы идут уже сейчас: американцы голосуют досрочно и по почте. Они все так делают, но на сей раз – слишком лениво. Настолько лениво, что это вызывает в Вашингтоне панику, ведь в почтовом голосовании всегда доминируют демократы. Если голосов поступает мало, это значит, что Камала традиционного избирателя демократов не возбуждает. Например, критическая масса черных мужчин голосовать за вице-президента не хочет.
Зато Дональд Трамп идет к рекордному результату для кандидата-республиканца за последний век среди меньшинств: за него готовы проголосовать более 20% чернокожих, 45% арабов и до 49% латиноамериканцев.
Это не просто проблема для Камалы Харрис, которая без этих голосов наверняка пролетает мимо президентства (судя по всему, в ключевых штатах типа Пенсильвании победителя определит фотофиниш, поэтому важен каждый голос).
Это идеологическая катастрофа для правящей партии США.
Идеология воукизма (то есть повышенного внимания к меньшинствам и их проблемам) временами настолько абсурдна, что кормит конспирологов и кажется частью заговора – эдаким проектом мирового правительства по искоренению белых (в первую очередь белых гетеросексуальных мужчин гетеросексуального вероисповедания), которые мешают планам глобалистов. В некоторых фан-клубах Трампа искренне в такое верят.
Но прежде всего воукизм – это прикладная политтехнология, призванная обеспечивать демократам победу на любых выборах. В число угнетенных меньшинств, помимо чернокожих, мусульман, латиносов, индейцев, геев etc, включают также женщин, которые сами по себе – большая половина страны. Воукизм догматично требует от всех этих групп солидарного голосования за демократов, как за партию меньшинств. А отказ от солидарности по принципу пола или сексуальной ориентации клеймится как правый уклон и аморальное поведение.
Воукизм придумали не вчера. Он восходит к «новому курсу» и «широкой коалиции» Франклина Делано Рузвельта, хотя Рузвельт и представить себе не мог, что авангард коалиции меньшинств в будущем – это не евреи и ирландско-итальянские католики, а небинарные трансгендеры и квадроберы (пока нет, но, кажется, скоро).
Однако работает технология не во всем и не всегда: практика часто доказывает правоту Карла Маркса и других левых старой школы, которые ставили на первое место солидарность классовую, а политику привыкли сводить к экономике.
Инфляция – вот что вынуждает роптать меньшинства, которых демократы и Камала считали по умолчанию своими. Инфляция бьет по интересам всех меньшинств одинаково и портит их жизнь гораздо сильнее, чем неполиткорректные комментарии.
Четыре года назад меньшинства не простили Трампу хаотичной политики в дни пандемии. Теперь им важнее то, что в экономике он разбирается лучше Харрис.
Женщины в чернокожей и латиноамериканской общинах худо-бедно восприняли Камалу как своего кандидата. Но среди мужчин показатели ее поддержки гораздо хуже, чем у Байдена четыре года назад (хотя и лучше, чем у Байдена в период физического разложения), а ведь он, между прочим, белый мужик.
Журналисты либеральных СМИ с удивлением выяснили, что некоторые чернокожие избиратели находят Трампа «прикольным» или даже «смелым», а латиносам импонирует его образ «мачо» и осторожное отношение к абортам (они в Латинской Америке почти всюду запрещены, а демократы считают право на прерывание беременности абсолютным). Но и те, и другие, и все американские политологи признают, что корень перемен все-таки в экономике. Падение уровня жизни при Байдене заставило иначе посмотреть и на хамоватого Трампа, и на Камалу, которая пытается казаться меньшинствам в доску своей.
Опросы (например, The New York Times) показывают, что две трети латиноамериканцев в США не воспринимают ругань Трампа в адрес мигрантов на свой счет. А афроамериканцы согласны с его тезисом о том, что «мигранты отнимают работу у черных». Такой взгляд на рынок труда обычно ругают за расизм, поскольку он отписывает афроамериканцам малооплачиваемые вакансии нелегалов, но черным мужчинам, как выяснилось, важнее «ехать, а не шашечки». То есть работа, а не политическая корректность.
«У меня проблемы из-за вас, – обращается к ним самый влиятельный чернокожий мужчина Америки Барак Обама, как бро. – Вы не хотите видеть женщину на посту президента и придумываете всевозможные отговорки».
Источники либеральной прессы утверждают, будто Обама и сам – тот негр, который не в восторге от Камалы. Он выступал за открытые выборы нового кандидата, а когда кандидатом назначили Харрис, принимал в ее кампании минимальное участие. Поэтому жаль, что Обама не уточнил, перед кем у него будут проблемы, если чернокожие мужчины не преодолеют лень и скепсис (перед мировым правительством, что ли?).
Как бы там ни было, ситуация признана угрожающей на очень высоком уровне. В медиа появилась политическая реклама с четким посылом: как бы ни был черный мужчина умен и красив, он сразу теряет социальную и сексуальную привлекательность, если не хочет голосовать на выборах (понятно, за кого).
Однако черные (не те, кто закончил Говард – так называемый Гарвард для черных, как Камала, а те, кто ближе к большинству), кажется, чувствуют, что их пытаются наколоть. Не как индейцев с Манхэттеном, но так же, как накололи с раздачей денег в период «байденомики»: блага даже от тех обещаний, которые демократы выполняют, съедает инфляция. А может что и похуже.
«Похуже» – это как в Детройте, крупном городе в одном из колеблющихся штатов (Мичигане). Трамп заявил, что в случае победы Харрис, вся страна превратится в Детройт. Чуть погодя певица Лиззо на митинге в поддержку Харрис в том самом Детройте предложила этому возрадоваться, потому что ее родной город совершил революцию в автомобилестроении и звукозаписи, так что – голосуй за Камалу, пусть вся Америка будет, как Детройт!
Образ, от которого отталкивался Трамп, более понятен: Детройт – это город промышленного упадка, безработицы и криминала. Город с огромным количеством разрушенных зданий, поскольку дома часто поджигают сразу после выселения из них. Уличные банды даже завели традицию раз год соревноваться в количестве уничтоженных домов в так называемую ночь дьявола.
И при этом Детройт более чем на 80% черный город с черными властями и черной полицией, где всегда побеждают демократы. Черным там трудно пострадать от расизма, но жить в Детройте они почему-то не хотят – и покидают место промышленной славы США вослед белому населению.
Стремиться к Детройту как к идеалу лишь потому, что там производили красивые авто и бойко читали рэп – это не пожелание черных. Это бред богатых людей, оторвавшихся от реальности.
Доведет ли президент Камала Харрис США до той же ручки, до какой довели Детройт, вопрос спорный. С одной стороны, наверное, все-таки не успеет – в Америке еще много чего предстоит развалить. С другой стороны, два президентских срока – это восемь лет, а за 10 лет в США, как было сказано, меняется многое.
Ситуация, когда политические лидеры черных и испаноязычных общин докладывают с мест в Вашингтон, что дело дрянь, а столичная кандидатка с дорогой сумочкой не вызывает симпатий у людей с тяжелой долей, очень напоминает ситуацию перед выборами 2016 года. Только тогда ходоки шли от белых – рабочих Среднего Запада (так называемого ржавого пояса), которые обычно голосовали за демократов, но в тот год проголосовали за Трампа.
Если критически значимая часть черных и испаноязычных в 2024 году сделают так же, удивляться нечему. От того, что власти игнорировали реальные проблемы населения, полагаясь на идеологические догматы, прежде разваливались государства и умирали идеологии куда более крепкие, чем воукизм.