На прошедшем в середине прошлой недели саммите Совета Европы в исландской столице Рейкьявике большинство участников проголосовало за создание так называемого Реестра ущерба, причиненного агрессией Российской Федерации против Украины. То есть, проще говоря, списка потерь в ходе СВО на территории, которую киевский режим считает своей.
«Поддержка и солидарность Украины – один из основных приоритетов исландского президентства в Совете Европы. Мы упорно работали над тем, чтобы итоги Рейкьявикского саммита были нацелены на привлечение России к полной ответственности за ее агрессию против Украины», – заявила премьер-министр Исландии Катрин Якобсдоттир. А генсек Совета Европы Мария Пейчинович-Бурич назвала реестр «одним из первых юридически обязывающих решений по привлечению России к ответственности за ее действия».
Правда, юридическим это решение назвать сложно. Никаких военных преступлений на бывших и пока еще нынешних территориях Украины российские войска не совершали и не намерены. Юрисдикцию этой сомнительной структуры Россия не признает.
Российская Федерация не является членом Совета Европы. Она не подсудна никакой Гааге. Привлечь ее к ответственности за то, что будет написано в этом реестре, можно только в том случае, если Москва подпишет капитуляцию и добровольно разрешит себя судить, что представляется невероятным.
Реестр сомнителен и с фактологической точки зрения. Да, у организации есть срок действия (три года) и даже финансирование (деньги для ее функционирования даст Евросоюз и другие евроструктуры). Даже офис в Гааге («юридической столице мира», как ее назвал премьер Нидерландов Марк Рютте), а также дочерний офис в Киеве, где и будут, видимо, собираться данные для этого реестра. Однако достоверность этих данных в любом случае сразу будет вызывать большие сомнения.
«Реестр будет составляться на основе данных из Киева – у евробюрократии нет ни физических возможностей, ни желания ездить по Украине и разбираться, кто, что, где и насколько разрушил. Киев просто в этот реестр впишет, словно Антон Семенович Шпак из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», то, чего никогда не было. Поэтому ценность сведений из реестра будет околонулевой», – поясняет газете ВЗГЛЯД глава аналитического бюро СОНАР-2050 Иван Лизан.
Не принесет этот реестр России проблем и с точки зрения международной дипломатии. Да, к его составлению уже готовы присоединиться страны вне Совета Европы. В частности, США, которые требуют себе место внешней страны-основателя (Associate Founder). «Как отмечал президент Байден, Соединенные Штаты намерены привлечь Россию к ответственности за ее агрессивную войну против Украины. Создание реестра для документирования ущерба от жестокой войны, которую ведет Россия, является критически важным шагом в этом намерении», – заявила посол Америки в ООН Линда Томас-Гринфилд.
Однако при всем при этом реестр остается исключительно западным проектом – странам Глобального Юга он неинтересен.
Более того, к нему отказались присоединиться целый ряд стран Совета Европы – в частности, Армения и Азербайджан (соседи России, не желающие с ней ругаться), Сербия (дружественная России европейская страна), Босния и Герцеговина (сербская часть элиты которой не позволила подписать), Венгрия (у которой хорошие отношения с Россией и плохие с Украиной), а также Турция по понятным многовекторным причинам. Никакой практической пользы от участия в этом мероприятии они для себя не видят.
Зачем же в итоге создается данный реестр – кроме очевидных пропагандистских причин?
Прежде всего, европейские государства понимают всю тяжесть задачи по восстановлению Украины и заниматься ею не хотят. Однако украинскому населению надо показывать заботу о его будущем, о восстановлении того, что останется украинским после войны. В ином случае это население не будет готово умирать за свое отсутствующее будущее.
«Примерно год назад был саммит по восстановлению Украины в швейцарском городе Лугано. Ничего из того, о чем говорили на саммите, не обрело формы, подкрепленной финансированием, – поясняет Иван Лизан. – Поэтому к реестру я отношусь так же, как к саммиту: простая болтовня чиновников, которые ни за что не отвечают, но хотят создать видимость собственной важности. Проще говоря, евробюрократы пиарятся».
Вторая выгода – материальная. Европейские правительства все еще хотят заполучить российские деньги. Те самые, что заморожены Западом. Причем не для Украины, а для себя.
«В значительной мере европейцы будут стремиться покрыть собственные расходы на украинский конфликт. Большая часть расходов уже превратилась в украинские долги, то есть это не безвозмездные услуги. Кроме того, всегда можно посчитать содержание беженцев и прочее», – поясняет газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
Да, просто так изъять деньги с замороженных российских государственных счетов тоже нельзя – и это признают сами европейцы. По сути, здесь опять требуется либо согласие России на изъятие, либо объявление Евросоюзом войны Российской Федерации с последующей конфискацией средств. А значит, серьезной материальной базы для выплаты компенсаций у стран Запада не будет. «Поэтому евробюрократия избрала модель передачи Украине прибылей от инвестирования ЗВР, но не передачу ЗВР. Проще говоря, они лишают нас процентов за пользование нашими деньгами, но сами деньги не трогают. А на проценты много не восстановишь, особенно если восстановлением занимается законченный клептоман», – говорит Иван Лизан.
Однако российские средства на Западе есть не только в виде замороженных счетов с ЗВР, но и в виде многочисленной частной и государственной собственности на территории ЕС.
«Одной из главных задач Запада является создание механизмов изъятия и распределения российских средств, которых на самом деле больше в Европе, чем принято думать. В целом их в 2015 году было около триллиона долларов в деньгах и активах. С тех пор данные закрыты, но не исключаю, что их стало больше», – поясняет Дмитрий Офицеров-Бельский.
А значит, какой-то дополнительный механизм для легализации воровства российской собственности Западу необходим. «Признание России спонсором терроризма Европарламентом и рекомендации внести странам-членам изменения в свое законодательство призваны создать возможность для подачи претензий и требований компенсации в европейские суды. Такой вариант может быть реализован, хотя о правомочности в этом случае можно даже не рассуждать», – пишет Дмитрий Офицеров-Бельский.
Наконец, третья выгода – политическая. Западные элиты закрепляют за Европой роль политического заложника.
Напомним, что в российской доктрине внешней политики Европа (большая ее часть) обозначена как регион, с которым еще можно как-то восстановить отношения. Начав же отъем денег у российских юрлиц и приняв внутриевропейские акты о необходимости выплаты Россией «компенсаций», европейские лидеры фактически фиксируют состояние перманентного конфликта с Москвой. Делают невозможным восстановление отношений в будущем. По крайней мере, обозримом.
«Выйти из конфликта такие инструменты помешают, так как нельзя взять и так просто без следа их упразднить», – говорит Дмитрий Офицеров-Бельский. И тем самым ставят жирный крест не только на будущем Украины, но и на перспективах обретения Европой хоть какого-то суверенитета.