Банкротства являются наиболее ярким признаком экономических кризисов. Прямо сейчас Европа переживает процесс, невиданный десятилетиями – массовые разорения предпринимателей, особенно малого и среднего бизнеса.
Предельно конкретно это можно увидеть на примере Франции, где в декабре 2022-го количество банкротств повысилось на 48,7% по сравнению с аналогичным периодом 2021 года. За каждым закрывшимся предприятием стоит своя история, но везде речь идет о людях, которые в профессии далеко не первый год. Тем не менее они были вынуждены уволить работавший на них персонал (что влияет на рост безработицы) и из-за взлетевших тарифов во многих случаях были вынуждены распрощаться с делом своей жизни.
Вот наглядный пример. Колбасное производство Крузей-Лерис – семейная фирма, которая существовала в деревушке Ган в течение 90 лет. Ею управлял внук основателя Жаки, но когда в начале года ему пришел счет за электричество в 12 тысяч евро (вместо 1800, как было в прошлом году), он понял, что придется закрываться: такое колоссальное повышение он ничем не компенсирует.
«Нельзя сказать, что это было легкое решение, – признался Жаки Лерис. – С этим трудно смириться, потому что это все-таки 90 лет истории семьи. У нас был круг своих клиентов со всех концов Франции, которые привыкли покупать именно у нас».
А вот еще одна история: просуществовав лишь полтора года, объединение производителей сельхозпродукции Coeur paysan вынуждено было в конце января объявить о банкротстве.
«Мы держались, пока повышение цен касалось только упаковки, транспортировки и стоимости зерна, но долго протянуть нам не удалось, – с горечью замечает директор Франсуа Сиреза. – Счета за электричество подписали нам смертный приговор. Жалеем ли мы, что все так обернулось? Еще как! Мы были так уверены в успехе, когда начинали наш проект!».
Хозяин единственной пекарни в бретонском городке Ландоль боролся за свое предприятие до последнего. Кристоф Безони поднимался ни свет ни заря, чтобы успеть выпечь хлеб в те часы, когда электричество дешевле всего – так он рассчитывал сэкономить. Дошло до того, что он даже перестал днем выпекать свежий хлеб. Увы, ему все равно пришлось распустить персонал и закрыть пекарню, потому что только в декабре цены на электричество взлетели в четыре раза.
Дело, впрочем, не только в электричестве – по карману стали бить и другие расходы. «Мука подорожала на 10% лишь за несколько месяцев, – отметил Безони, говоря обо всех деталях своего ремесла. – Масло было 7 евро за килограмм, а стало 12». Чтобы продержаться на плаву, ему потребовалось бы поднять как минимум вдвое цены на свою продукцию – но за такие деньги ее никто не будет покупать.
И таких историй тысячи, хотя министр финансов Брюно Ле Мэр клялся в январском интервью, что «на самом деле не такое большое количество предприятий испытывает сложности, связанные с взрывным ростом цен на электричество... Да, цены на электричество и газ растут, но наши предприниматели в целом выдерживают давление».
Разумеется, европейские политики приучены выдавать желаемое за действительное – а когда им это выгодно, попросту лгать. Но статистика – вещь упрямая. Массовые банкротства задают тренд в Европе, а разоряются предприниматели далеко не только во Франции.
Даже в процветающей вроде бы Швейцарии количество банкротств в 2022 году побило все рекорды и повысилось по сравнению с 2021-м на 37%. Каждую неделю прекращали свое существование в среднем около 200 фирм.
Впрочем, местные экономисты предпочитают объяснять происходящее эффектом отмены швейцарских ковидных кредитов, благодаря которым в 2020-2021 годах проблемные предприятия еще могли держаться на плаву, а в 2022-м будто бы массово посыпались. А в 2023-м, благодаря тому, что Швейцария не входит в Евросоюз, сама может определять свою политику и имеет свою собственную денежную единицу, эксперты испытывают даже «некоторый оптимизм».
В Германии из-за затянутости процедуры банкротства, которая длится не один месяц, пока трудно оценить итоги 2022 года, но аналитики группы Allianz предсказывали рост банкротств на 5% в 2022-м и на 17% – в 2023-м.
В Великобритании количество банкротств в 2022-м бьет рекорды и достигло максимума за 13 лет – 22 109 предприятий и фирм прекратили свое существование, что на 57% больше, чем в 2021 году. Больше всего пострадали строительство, торговля и гостиничный бизнес.
«Разрыв цепочек поставок, взлет инфляции и высокие цены на энергоносители создали, так сказать, «трилемму» проблем, с которыми большинство управляющих команд было вынуждено впервые столкнуться одновременно», – заметила эксперт Саманта Кин.
Рост банкротств отмечается и в Бельгии, и Гильем Баскль, профессор Католического университета Лувена, объясняет: «С лета прошлого года мы видим увеличение числа банкротств, особенно среди предприятий, где работает меньше 50 человек. Мелким предпринимателям пришлось сполна испытать на себе последствия взлета цен на электричество, сложностей, которые породил конфликт на Украине, и проблем с поставками».
Прогноз профессора на нынешний год не слишком оптимистичен: «На небосклоне 2023-го мы видим несколько туч...
Прежде всего это инфляция, которая может уменьшить маржу многочисленных предприятий. Требования повысить зарплату составляют еще одну проблему. Ко всему этому добавляются геополитические разногласия, и это туча может разрастись до угрожающих размеров».
Профессор предпочитает недоговаривать. Он умалчивает, что геополитических туч прекрасно можно было бы избежать, пойдя по пути переговоров и перестав притворяться, что можно потушить костер на востоке Европы, подливая в него все больше масла. Но Европа сделала ставку на всестороннее подпитывание конфликта, рассчитывая чужими руками нанести России максимальный урон, и наложила санкции на российские нефть и газ – хотя сама же была главным бенефициаром и за счет дешевых энергоносителей развивала свою экономику.
Теперь же Европе приходится дорого платить за то, что раньше, как теперь выясняется, стоило дешево. Как итог – цены на электричество и на топливо растут и в какой-то момент становятся слишком высокими. Поэтому пекари, строительные фирмы и держатели гостиниц во Франции, Великобритании, Бельгии и других странах будут продолжать разоряться, а счета за электричество будут расти. Ничего личного, просто бизнес. И не только потому, что это капитализм – но и потому, что это расплата за русофобию.