Власти Казахстана сделают все возможное, чтобы подобная январским беспорядкам трагедия не повторилась. Об этом президент республики Касым-Жомарт Токаев заявил, выступая в Алма-Ате на церемонии открытия мемориала жертвам событий начала 2022 года. «Это было время испытаний для нашего народа. Под угрозой оказались основы государственности. Более того, стоял вопрос о том, сумеем ли мы сохранить наше государство», – цитировал Токаева ТАСС.
Напомним, 2 января 2022 года в Жанаозене, на западе Казахстана, в центре нефтяных промыслов, начались стихийные манифестации граждан, разозленных дороговизной сжиженного газа – главного топлива для частных автомобилей в этом регионе. Газ подорожал с 1 января сразу вдвое – после того, как власти перестали его субсидировать.
Уже 4 января правительство Казахстана отыграло назад и вновь принудительно понизило цену до прежнего уровня. Но волнения оказались «заразительными». К этому моменту митинги начались на центральных площадях других областных центров, включая «вторую столицу» – Алма-Ату. В столичной Астане (Нур-Султане), где находился президент Токаев, обстановка оставалась спокойной.
Лозунги из экономических быстро стали политическими – манифестанты требовали от клана предыдущего президента страны Нурсултана Назарбаева оставить власть. «Дед, уходи!» – скандировали многие из демонстрантов, особенно молодых. Несколько памятников Назарбаеву были снесены протестующими.
К 5 января протесты в Алма-Ате переросли в погромы. Мирные демонстранты покинули улицы, зато власть фактически захватили погромщики. Они заняли и разграбили административные здания, включая резиденцию президента в Алма-Ате и мэрию, здания силовых структур, редакции телекомпаний, крупные торговые центры и даже аэропорт. Армия и полиция в этой ситуации скорее бездействовали. Погромщики нападали на людей в военной и полицейской форме.
Протестная «самоорганизация» в Казахстане не могла реализоваться без поддержки высших лиц в силовых структурах, писала в конце января газета ВЗГЛЯД. По оценке экспертов, ключевую роль в попытке переворота сыграл глава Комитета национальной безопасности (КНБ) Казахстана Карим Масимов. Он был взят под стражу в тот же день, когда погромщики взяли под контроль Алма-Ату. Позднее было объявлено, что генерал и несколько его соратников подозреваются в госизмене и действиях, направленных на насильственный захват власти. Ряд экспертов позднее предположил, что Масимов решил воспользоваться мирными протестами, чтобы свергнуть президента Касым-Жомарта Токаева, захватив власть.
После ареста заговорщиков Токаев заявил о попытке госпереворота и обратился за помощью к Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). К 7 января в страну прибыл десант войск ОДКБ. Обстановка в стране стабилизировалась, 19 января по всей стране был снят режим чрезвычайного положения.
По данным властей, в результате волнений погибли 230 человек, более 4,5 тыс. пострадали, напоминает ТАСС. Среди арестованных участников беспорядков оказались 35 членов запрещенных экстремистских движений.
«Пока бывшие руководители КНБ сидят в СИЗО, протестная активность сильно идет на убыль. Осенью, когда объявили о суде над Масимовым, часть оппозиционных групп, которые были неактивны весь этот год, почему-то снова напомнили о себе. Такое вот интересное совпадение», – сказал газете ВЗГЛЯД казахстанский политолог Марат Шибутов.
В целом же, если оценивать события уходящего года, можно сказать, что он был очень тяжелым для Казахстана. «Год начался с попытки госпереворота и заканчивается авариями на ТЭЦ, из-за чего городам грозит замерзание», – указал Шибутов.
Если в начале года инфляция была на уровне 8,5%, то к ноябрю показатель вырос до 19,6%, отмечает казахстанский экономический портал LS. Нацбанк республики ожидает, что в декабре годовая инфляция сложится в пределах 20-21%. Казахстанский тенге по отношению к доллару с начала года ослаб на 8%. Одной из причин роста цен были многочисленные санкции, введенные против России, указал собеседник. «Санкции бьют и по нам, потому что для транснациональных компаний мы – единый рынок», – пояснил Шибутов.
Однако с политической же точки зрения все выглядит гораздо лучше. Состоявшиеся в ноябре внеочередные президентские выборы, на которых с большим отрывом (81,3%) победил Токаев, нельзя оценивать без оценки референдума, который прошел летом и внес многочисленные изменения в политическую систему страны, указывает эксперт. «Выборы состоялись на фоне того, что прошла демократизация и либерализация. Поэтому они и были такими спокойными, – отмечает казахстанский политолог. – Провести спокойные выборы без нареканий, протестов и критики в нашей обстановке уже большое достижение. Политическая система страны оказалась намного прочнее, чем думали. В целом обстановка в республике спокойная – люди чувствуют ответственность и поэтому стараются не раскачивать лодку, когда вокруг шторм. Заняты своими делами».
Из социально-экономических причин, вызвавших год назад массовые протесты, многие сохранились, считает глава Института стран СНГ, первый зампред комитета Госдумы по делам СНГ Константин Затулин.
«За такой короткий срок общество не может трансформироваться – даже с учетом произошедшей по сути в Казахстане смены первых лиц.
Одной из главных причин произошедших тогда событий было расхождение между реальной жизнью и формой организации управления страной. Взявший ныне в свои руки все бразды правления Токаев до прошлого января был в действительности представительской фигурой. Реальная власть оставалась у Назарбаева и его клана. Существуют различные оценки периода правления последнего, но точно можно сказать, что за это время социальное недовольство в обществе выросло. И это недовольство было успешно использовано, чтобы как раз и провести смену власти», – считает Затулин.
Если политическую элиту удалось сменить, то по поводу остальных претензий к власти, звучавших год назад, следует выждать время, заметил депутат. «Удастся ли ограничить коррупцию, вывести Казахстан на более эффективный путь развития, удовлетворить запрос населения на перемены? Все зависит от многих факторов: не только от поведения новой власти, но и от международной и внутренней конъюнктуры, от отношений, которые складываются между регионами», – рассуждает эксперт. По словам парламентария, в стране сохраняется и возникшее еще при Назарбаеве социальное расслоение.
С одной стороны, Астана предоставляет красивую картинку, в которой страна – лидер постсоветского пространства по инвестиционной привлекательности. С другой – за благостным описанием скрывается много перекосов. В Казахстане сохраняется дисбаланс между представленными властью показателями и реальным состоянием дел, полагает научный сотрудник Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института востоковедения РАН Станислав Притчин.
«Если верить руководству, республика – чуть ли не первая по показателям в Средней Азии, обладает самым высоким уровнем жизни. Но на самом деле население по большей части живет достаточно скромно. Это влияет на скрытый протестный потенциал, который и вызывает катаклизмы, подобные тем, что возникли год назад», – поясняет собеседник.
«Стране удается обеспечивать макроэкономическую стабильность, но при этом малый и средний бизнес развиты крайне слабо, а капитал перераспределяется по территории страны неравномерно. Так, Астана и Алма-Ата процветают, а провинция остается в упадке», – пояснил эксперт. Этот дисбаланс вызывает серьезную социальную напряженность, которая и выливается в потрясения, подобные тем, что случились год назад. На этом фоне руководству приходится использовать популизм – он активно звучит в риторике казахстанских лидеров, делает вывод Притчин.
В декабре РИА «Новости» опубликовало рейтинг, посвященный тому, какую долю покупка продуктов питания составляет для семейного бюджета разных стран Европы и СНГ. Казахстан оказался среди международных антилидеров по доле таких расходов – этот показатель достиг 53%, хотя еще в июне составлял лишь 47%, говорил ранее в интервью газете ВЗГЛЯД политолог Рахим Ошакбаев, директор Центра прикладных исследований ТАЛАП.
«Показатели экономического роста в Казахстане приемлемы, тем не менее падение реальных доходов населения продолжается», – сетовал эксперт. «К сожалению, рост стоимости жизни значительно обгоняет рост номинальных доходов. Другой индикатор, говорящий о сложном социальном положении – объем закредитованности граждан. Процветают микрозаймы с высокими процентными ставками. Размеры общего долга физических лиц превышают размер кредитов предпринимателей», – отмечал Ошакбаев.
«Власти пока не сумели грамотно перераспределить бюджетные средства. Таким образом, социальные причины январских протестов до сих пор не только не устранены, но и, наоборот, усугубляются», – полагает казахский политолог.