20 июня этого года в столице Албании Тиране был найден мертвым в съемных апартаментах 71-летний гражданин Польши Анджей Издебский. Владельцу апартаментов показалось подозрительным, что жилец не отвечает на звонки. Албанская полиция сильно не напрягалась: дедушка старенький, жизнь тяжелая, сердце не вечное. Следствие было закончено за четыре дня, место происшествия обыскали, тело сфотографировали и на всякий случай взяли образцы ДНК. Перевезти тело в Польшу взялась какая-то болгарская фирма. Очень радел за эту историю командир батальона военной полиции Минобороны Албании генерал Юлии Зюла (Ylii Zyla), в недавнем прошлом один из руководителей албанской военной разведки.
Тело Издебского было доставлено в Польшу, но почему-то в Лодзь, хотя он жил в Люблине, как и вся его семья. Тело было быстро кремировано, процедура опознания не проводилась, отсутствовали не только представители польской прокуратуры и полиции, но и члены семьи покойного. Затем урну с прахом перевезли в Люблин и захоронили на одном из местных кладбищ уже в присутствии его жены Эвы. У памятника появился венок с надписью по-английски: «От твоих любящих друзей из Тираны».
Вся эта история прошла очень тихо и подозрительно быстро. И лишь после того, как Издебского похоронили, все вспомнили, что на этого человека выдано аж два ордера на розыск: местный, выданный прокуратурой Люблина, и международный. Причем международный появился задним числом, уже после смерти Издебского в Тиране.
Более того, ранее польская прокуратура связывалась с Издебским по видеосвязи, точно знала, что он находится в Тиране (по IP-адресу определили, хотя он никуда особенно не скрывался), а номера телефонов у него албанские и турецкие. Но Албания не входит в ЕС и в шенгенскую зону, потому она игнорировала требования польской провинциальной прокуратуры. Сейчас прокурорские оправдываются тем, что на момент смерти Издебского они никак не могли проводить следственные действия в Албании.
В чем обвинялся Издебский по версии польской прокуратуры?
В первые месяцы пандемии коронавируса в 2020 году весь мир охватили разные формы истерии. Одной из них стала гонка наперегонки за аппаратами искусственной вентиляции легких, масками и прочими медицинскими атрибутами. Участвовали в этой гонке и спецслужбы. В ход шли любые методы: от подкупа производителей и чиновников до джеймс-бондовских операций по захвату уже купленных конкурентами партий дефицитного товара.
Первое время побеждали в этой необъявленной шпионской войне за явным преимуществом американцы и израильтяне. Американцы за счет денег. А израильтяне за счет наглости. В очевидном проигрыше оказывались те страны, которые даже в перспективе не могли наладить собственное производство.
Как, например, Польша. Ситуация стала принимать характер национальной катастрофы. И польское министерство здравоохранения забило тревогу: любыми средствами и за любые деньги надо достать эти проклятые аппараты ИВЛ. Срочно.
Тут и появилась скромная фирма E&K с офисом в Люблине на улице Радзивилловой. Ее владельцами и управляющими были как раз супруги Издебские, Анджей и Эва. И министерство здравоохранения Речи Посполитой заключило с ними контракт на поставку 1247 аппаратов на общую сумму около 200 миллионов злотых. Непосредственно на фирму E&K приходилась поставка 1200 аппаратов на сумму 150 миллионов злотых (примерно два миллиарда рублей), из которых 50 миллионов злотых были переданы Анджею Издебскому авансом.
Скажем сразу: польская медицина получила всего 20 аппаратов из требуемых 1200. И то часть из них оказались некомплектными. Где их вообще взял Издебский – загадка. Деньги он просто унес в сторону Албании. Полтора года польское правительство пыталось вытрясти из него хоть что-то и даже частично преуспело. У фирмы E&K конфисковали по суду их офис на Радзивилловой в Люблине, затем Издебский вернул что-то в районе 6,5 млн злотых. Капля в море. И исчез.
Люди стали задаваться вопросами. Как так вообще вышло? Кто он такой, из какого подземелья его достал Минздрав? Не было ли там коррупции со стороны двух высокопоставленных сотрудников Минздрава? Отката банального? И много еще всякой конспирологии.
Советская часть жизни престарелого авантюриста покрыта мраком. По ряду данных, Издебский служил в военной контрразведке Войска польского, а после 1990 года не прошел аттестацию (она же люстрация) и официально был уволен из армии. И занялся бизнесом.
Судя по всему, Анджей Издебский принадлежал к той редкой породе авантюристов, на которых держится нелегальный рынок торговли оружием. О них складывают легенды, пишут шпионские романы и снимают триллеры. Узок их круг, и они в подавляющем большинстве случаев так или иначе аффилированы с государством. Нефть течет по трубам, ее не перевозят через границу в ведрах. Так и оружие производится на заводе и контролируется официальными агентствами. Правда, в 1990-х годах открылись невероятные возможности для тех, кто знал, как правильно зайти через заднюю дверь во множество вновь образовавшихся государств. Там всегда чуть-чуть приоткрыто, только надо не забыть занести 10% на счет какой-нибудь фирмы «Жулики&Шпионы LTD». Опасно, трудоемко, но очень увлекательно.
В 1994 году, в разгар войны в Югославии, чешская фирма Joy Company Ltd пытается провезти на территорию Югославии в обход запрета ООН 28 тонн семтекса (мы привыкли называть эту пластиковую взрывчатку С4, а снобы англичане – Р) и в нагрузку 11 пистолетов местного производства. Вице-президентом этой фирмы трудится Анджей Издебский. Затем во второй половине 1990-х Издебский регистрирует в соседней Словакии фирму Joy Slovakia, а совладельцем в ней выступает россиянин Александр Исламов, ранее работавший у Виктора Бута.
В 2001 году эта фирма переправляет из Кыргыстана в Африку через Словакию вертолеты Ми-24. Чуть позже Издебский устанавливает контакты с албанцами, и в Тиране регистрируется фирма Unimesko SHPK. Регистрировал фирму албанский торговец оружием Лоренц Гоча, но фактическим ее владельцем был Издебский. Чуть позже Издебский получает долю в еще одной албанской фирме – Win Water Sun, совладелицей которой стала жена албанского генерала Юлии Зюла, который на тот момент контролировал поставки итальянского оружия для албанской армии (и дальше в Косово) на контакте с мафией.
В конце 1990-х годов Издебский и его польская фирма E&K наконец-то попадают в «черный список» ООН, как торговцы оружием в странах и регионах, где ООН наложила эмбарго. Тогда он единственный раз в жизни дал интервью, клялся, что никогда не был в Либерии и Анголе, а просто любит авиацию, а все остальное – наветы завистников.
Как человек с такой репутацией мог стать официальным поставщиком медицинского оборудования для правительства Польши, да еще и в столь критический момент? Польские комментаторы не то чтобы показывают пальцем, но вполне однозначно утверждают, что Издебского за руку привел в Минздрав начальник разведки Петр Кравчик. Ну, может быть, не сам, но точно с его ведома.
При этом Кравчика критикуют в основном за то, что он «недостаточно проверил» Издебского. Мол, в той обстановке любые средства были хороши, и если надо купить медицинское оборудование по нелегальным каналам, аффилированным с разведкой, то пусть так и будет. Если бы Издебский выполнил бы заказ, а не исчез бы с деньгами, никакого скандала бы не было. Может кто и медаль получил бы за борьбу с пандемией. И про коррупцию никто бы даже не заикнулся.
Но то ли Издебского кинули албанцы, то ли он на старости лет изначально замыслил что-то из ряда вон выходящее, но успешная операция разведки превратилась в многомиллионную аферу. А сейчас после слишком быстрого кремирования тела Издебского и при странно пассивном поведении прокуратуры стали плодиться совсем уж фантастические версии. То Издебского называют «козлом отпущения», которого убрали, чтобы не позволить ему дать показания на членов правительства Польши и самого Кравчика. А с другой стороны, некоторые полагают, что Издебский жив и здоров, а албанцы, мол, предоставили фальшивые образцы ДНК. Недаром же на опознании не присутствовали члены семьи.
Подавший в отставку начальник разведки Петр Кравчик (официально отставка объясняется «личными причинами») считался крепким профессионалом. Он ориенталист, говорит по-персидски и по-русски, работал в Тегеране, Кабуле и Ираке. Его «недосмотр» можно объяснить излишним доверием к тем, кто порекомендовал ему Издебского. С другой стороны, важным фактором было время, всё в обстановке истерии решалось наспех. Но в результате польское государство потеряло крупные деньги, не говоря уже о репутационных потерях. И еще не понятно, чем далее может закончиться вся эта история, хотя прокуратура не проявляет никакого желания что-то расследовать. И ее тоже можно понять.