Взрывы на оружейных складах во Вребитце, точнее, безапелляционные обвинения в адрес России в их организации, практически похоронили отношения Москвы и Праги – восстанавливать их придется долго. При этом большинство других стран ЕС отказались высказывать солидарность в адрес Чехии в той форме, в какой она просила это сделать – через высылку российских дипломатов.
В числе немногих исключений – Болгария, что в общем-то объяснимо: взорвавшиеся склады принадлежали болгарскому торговцу оружием Емельяну Гебреву, крайне мутному типу, напоминающему второразрядного злодея из «бондианы». Послушав чехов, болгарская генпрокуратура обвинила граждан России еще в четырех взрывах на оружейных складах Гебрева, расположенных уже в самой Болгарии. После этого из страны действительно выслали дипломата – в дополнении к двум, объявленным персонами нон грата еще в марте на фоне очередного шпионского скандала.
Неудивительно, что всё, так или иначе связанное с русскими, стало горячей темой в болгарских СМИ и породило своего рода чемпионат по русофобии – журналисты, общественники и политики как будто стали соревноваться в предложениях о том, как бы еще уязвить Россию. Особо стоит выделить два из них.
Во-первых, поражает своей глупостью инициатива по переименованию храма-памятника Александру Невскому, воздвигнутому в Софии в начале XX века в честь освобождения страны от османов русскими войсками. Видимо, предложивший это журналист Горан Благоев ненавидит даже тех русских, которые были признаны святыми.
Во-вторых, впечатляет своей наглостью требование снести знаменитый памятник советскому солдату-освободителю в Пловдиве, более известный как «Алеша».
Сейчас в российской прессе активно цитируют материал Пете Блыскова в болгарской газете «Труд», где перечисляются эти и другие антироссийские инициативы, а также их авторы. Блысков с коммунистической прямотой называет все это «дикостью» и «низкопоклонством перед Западом», но со вторым определением можно и поспорить.
На Западе в общем-то ни от кого не требуют переименовывать храмы и сносить памятники – не интересно. Подобным занимаются в основном северные и восточные соседи Болгарии – например, Польша. Но в случае с болгарами это особенно скользкая дорожка – примерно та же, по которой вышагивают эстонские ветераны СС. На такой стыдно должно быть.
К слову, болгарская дивизия СС тоже существовала, но речь сейчас не о ней.
После Второй мировой войны Болгария стала самым верным союзником СССР в советском блоке, демонстрируя безоговорочное подчинение и даже большую, чем нужно, «одновекторность». Если другие страны ОВД пытались как минимум диверсифицировать импорт, то болгары закупали все, что нужно, у Москвы с ее «братскими» скидками. Как следствие, распад Советского Союза отразился на Болгарии очень тяжелым кризисом, ответственность за который власти попытались перенести на «русских оккупантов».
На этой волне в середине 1990-х годов была предпринята первая попытка снести «Алешу», и попытка серьезная – соответствующее решение приняли власти Пловдива. Монумент был спасен благодаря запрету судов, в том числе Верховного суда Болгарии. Тем не менее уже тогда было понятно, что болгары не в ладах с собственной историей – ее позорные страницы забыты, поскольку мы позволили их забыть. «Мы» – в смысле советское руководство, где оценили лояльность социалистической Софии и выступили ее адвокатом на международной арене.
Раз забыли, придется напомнить.
Вплоть до осени 1944 года Болгария была последовательным союзником нацистской Германии, причем союзником глубоко мотивированным – ее интересовала аннексия территорий соседних стран.
Болгары оккупировали значительную часть Сербии, включая города Крагуевац и Косовска Митровица, подойдя вплотную к Белграду. У этих славян свои исторические споры меж собой, которые София попыталась разрешить раз и навсегда наиболее экстремистским способом. И тут, наверное, нужно уточнить, что в царское время Петербург, расчищая Балканы от османов, в основном ориентировался на болгар, чем портил свои отношения с сербской элитой. Другими словами, мы ссорились с друзьями ради предателей.
Болгары оккупировали практически всю Македонию, поскольку не признавали за македонцами, их культурой и языком права на существование – все это должно было стать болгарским. Первые месяцы оккупации македонцы были почти исключительно «за», так как искренне считали оккупантов своими, но вскоре против них поднялась дубина народной войны. И виноваты в этом исключительно болгары, точнее, болгарские чиновники и военные, поразившее местных своей наглостью, хамством, жадностью и ускоренной «болгаризацией» всего, что в этом не нуждалось. Только после этого македонцы осознали себя как отдельную нацию, о чем в Софии горюют до сих пор.
Болгары оккупировали часть Греции, которая по итогам послевоенных событий оказалась в западном блоке и выставила соседям миллиардный счет. Выплачивать его не пришлось только по одной причине – из-за заступничества СССР, который простил все болгарам и от других потребовал простить. Очевидно, не стоило.
В итоге Болгарию миновали и многие тяготы войны, и морально-политическая ответственность за поддержку нацизма. Отсюда и наглый наезд на «Алешу».
У «братушек» любят подчеркивать отдельные юридические детали, которые выставляют их поведение во Второй мировой войне в выгодном свете, но это зачастую искажает суть.
Например, часто утверждается, что из Болгарии не было выслано ни одного еврея, следовательно, Болгария не принимала участия в Холокосте. На самом деле принимала, причем активное – евреев интернировали с оккупированных болгарами территорий.
Еще чаще встречается тезис, что Болгария никогда не отправляла войска на Восточный фронт и стала единственной страной в германском блоке, кто не объявлял войны СССР. Это правда – даже при нацистах власти Третьего болгарского царства (так тогда называлась страна) не решились провоцировать преимущественно русофильское население. Но по второму пункту «братушки» не договаривают.
Они не объявляли войну СССР, но СССР сам вынужден был объявить войну Болгарии, когда изгоняющая нацистов на Запад Красная армия вплотную подошла к болгарским границам. Через несколько дней после этого болгары все-таки решились на государственный переворот, поэтому успели «вписаться» в число победителей нацизма. Румыны и итальянцы в таких условиях поступили более дальновидно, как минимум, не ждали до последнего.
Хищническое поведение Третьего болгарского царства и жестокая политика его властей на оккупированных территориях – это то, о чем мы позволили болгарам забыть, а они с удовольствием забыли. Своей вины за происходившее в те годы они попросту не чувствуют: мол, жили да жили, а тут пришел русский оккупант, которого зачем-то увековечили в Пловдиве.
Страна, где на полном серьезе обвиняют Россию в присвоении кириллицы и княгини Ольги, напрашивается на серьезный исторический разбор своих прегрешений не только перед Россией, но и перед всей Европой. Примерно такой разбор, какой мы провели для Польши на высшем уровне. Однако если статус Польши, как жертвы нацизма, оспорить невозможно, то болгарам, ей-богу, лучше бы вовсе молчать, как молчат Финляндия, Венгрия и Италия.
Разумеется, из этого не следует, что Болгария тотально ударилась в русофобию и населена исключительно неблагодарными людьми. Это далеко не так, и затянувшийся почти на 12 лет период русофоба-популиста Бойко Борисова во главе болгарского правительства рано или поздно пройдет (причем скорее рано, чем поздно).
Но лучше уже сейчас расставить все акценты, изменив в том числе и свое восприятие болгарской нации. Не «братушки», а многократные предатели. Не «старые союзники», а клиентелла Адольфа Гитлера. А «Алеша» памятник не «коммунистическим оккупантам», а советским солдатам, великодушно позволившим болгарам после войны сохранить честь, отбросив совесть.