16 марта мир с удивлением узнал о том, что британский лев еще может рычать. Премьер-министр Соединенного Королевства Борис Джонсон представил большой доклад (или, если быть точнее, внешнеполитическую доктрину страны) под названием «Глобальная Британия в эпоху конкуренции».
В докладе анонсирована весьма агрессивная и наступательная стратегия страны. Вышедшей, напомним, из Евросоюза и снова вынужденной прокладывать маршрут в мировом политическом океане самостоятельно.
Тысяча лет спустя
На ста страницах доктрины России уделено не так много места. Однако именно Москва – а точнее, планы действий против «страшного и опасного русского медведя» – являются центральным элементом «европейской» части внешнеполитических амбиций Соединенного Королевства. Так, в доктрине указано, что «НАТО останется основой коллективной безопасности в нашем домашнем евроатлантическом регионе, где Россия представляет собою наиболее серьезную угрозу нашей безопасности».
С НАТО все понятно. В отличие от ряда европейских стран, Британии альянс нужен куда больше, чем она ему. После выхода из Евросоюза НАТО остается чуть ли не единственным реальным общеевропейским институтом в области внешней политики и безопасности, где Лондон играет одну из ключевых ролей. Хотя бы потому, что из всех европейских вооруженных сил у британцев одна из наиболее сильных и боеспособных армий. И именно через НАТО Британия может хотя бы частично управлять делами континентальной Европы, направляя ее развитие в нужное Лондону направление.
Вроде бы как к фразам «Россия представляет собой наиболее серьезную угрозу нашей безопасности» тоже не должно уже быть вопросов – налицо стандартная европейская мантра, которая должна консолидировать Евросоюз. Однако еще можно понять, когда ее произносят прибалтийские страны (считавшие себя оккупированными СССР), Польша (у которой Москва забрала Западную Украину и Западную Белоруссию) и даже Германия, чью столицу дважды (в 1760 и 1945 году) брали русские войска.
Однако чего бояться Лондону, откуда взялись разговоры о том, что из России исходит самая серьезная «прямая военная угроза» Британии? Последний раз те, кого можно считать «русскими агентами», стремились взять власть на Туманном Альбионе примерно тысячу лет назад – Эдуард Изгнанник, почти 18 лет проживший при дворе Ярослава Мудрого, в 1057 году прибыл в Англию, чтобы стать наследником престола, но неожиданно быстро скончался. Точно известно лишь то, что не от «Новичка» – ведь тогда не было британских таблоидов, способных внедрить эту мысль в головы добропорядочных англичан.
Вряд ли британцы это помнят. Наверняка не помнят они и об угрозе Хрущева нанести ядерный удар по Великобритании в случае продолжения последней военной операции против Египта (речь о Суэцком кризисе 1956 года).
В американский кильватер
Тогда зачем английским властям на фоне реальных угроз – со стороны, например, исламского терроризма – обманывать население мифами о «наиболее серьезной угрозе из России»?
Потому что только такая угроза – от реальной, мощной в военном плане державы – может стать основанием для резкого роста военно-политических расходов Соединенного Королевства и полноценного использования НАТО для контроля за Европой. В доктрине прописано, что Соединенное Королевство «останется главным европейским союзником в НАТО и будет работать с союзниками для сдерживания ядерной, конвенциональной и гибридной угроз нашей безопасности, особенно со стороны России».
И для этого британцы анонсировали рост ядерного арсенала почти на 40%, до 260 боеголовок (на что будет потрачено примерно 10 млрд фунтов стерлингов). Да, после этого страна все равно останется на четвертом месте в ядерном клубе (после США, России и Китая), однако демонстративная готовность потратить такие деньги на оборону докажет Вашингтону целесообразность дальнейших политических инвестиций в Лондон как в ключевого военно-политического союзника на территории Европы.
На территории Европы – а также на пространстве вокруг Европы. И тут на помощь британцам приходит пресловутая российская угроза. В докладе написано, что «Россия будет более активно действовать на пространстве стран-соседей» Старого Света. И Британия заявила, что намерена «защищать от русских» не только саму Европу, но и эти страны (не входящие, напомним, в НАТО). «Мы поддержим наших (натовских – прим. ВЗГЛЯД) соседей в Восточной Европе, а также страны за пределами этого региона и поможем им защититься от государственных угроз. В частности, речь идет об Украине, где мы продолжим укреплять вооруженные силы этой страны», – говорится в вышедшем британском докладе.
Вероятно, в рамках этой инициативы помощь Лондона Киеву не ограничится лишь инвестициями в украинскую армию – Великобритания попытается (с подачи самой Украины, заинтересованной в таком шаге) влезть в нормандский формат и, потеснив Францию и Германию, стать частью процесса мирного урегулирования украинского вопроса.
То есть подменить европейские интересы в этом вопросе (которые защищают Париж и Берлин) подлинно трансатлантическими.
А эти интересы различаются кардинально. Если Европа заинтересована в прекращении или замораживании конфликта, то Британия и США заточены на разжигание. Британцы – в рамках своей традиционной, многовековой политики по ослаблению континентальной Европы, а американцы – в рамках своей политики по сдерживанию России на всех фронтах.
Британские власти понимают, что, встроив свою внешнеполитическую доктрину в кильватер американской, им будет проще и дешевле добиться лидерства как минимум на европейском пространстве.
А где же Китай?
Правда, здесь есть один тонкий момент. Внешнеполитические доктрины США и Великобритании расходятся вопросу о месте России и Китая в ранжире врагов.
Американцы называют своим главным врагом именно Китай, тогда как Россия в Вашингтоне позиционируется как какая-то назойливая держава, способная испортить американцам жизнь, но при этом не имеющая ни идеологических, ни экономических, ни даже политических ресурсов, чтобы как-то оспорить американский миропорядок. Которую сдерживают лишь потому, что плохо к ней относятся. Британцы же (ранее хваставшие, что, в отличие от заключивших торговые соглашения с КНР континентальных европейцев, готовы сопротивляться китайской экспансии), позиционируют в доктрине Пекин как «системного конкурента», а Россию – как главного врага.
Да, пока это различие не играет особой роли (сдерживать будут и Москву, и Пекин). Однако если в Вашингтоне наконец-то прислушаются к советам умных американских политологов и поймут, что нельзя одновременно сдерживать Россию и Китай, что это одновременное сдерживание лишь толкает Москву к Пекину и усиливает последний, то подход США может измениться. А вот сможет ли Британия подстроиться под это изменение?