После распада СССР Китай сразу предъявил новым независимым республикам Средней Азии существенные территориальные претензии. Стоит отметить, что если на Дальнем Востоке предметом спора Китая с Россией в свое время служили небольшие речные острова, то в Средней Азии Китай претендовал на все земли, когда-то входившие в состав Джунгарского ханства (XVII-XVIII века). А это большая часть Восточного Казахстана и Северной Киргизии.
Сознавая, что такую территорию им никто не отдаст, китайские власти постепенно умерили аппетиты, но территориальные претензии все равно составляли десятки тысяч квадратных километров. В частности, китайцы претендовали на «спорные» казахстанские 34 тыс. кв. километров.
Договориться, пока не поздно
В 1990-е годы Казахстан решил не дожидаться новых инцидентов на границе и поспешил урегулировать все приграничные вопросы с Пекином. Для этого ему дважды пришлось идти на уступки. В 1994 году Китай и Казахстан заключили договор о границе, по которому китайцам досталась территория площадью 946 кв. километров.
В 1997 году Нурсултан Назарбаев сумел достичь окончательных договоренностей о демаркации казахско-китайской границы. По официальным данным, Китаю была передана территория площадью 407 кв. километров. Но самого договора в открытом доступе никто не видел. Обеспокоенная казахстанская общественность из-за этого выдвигает предположения, что реально китайцам отдали несколько тысяч квадратных километров. В любом случае Казахстан смог решить доставшийся от Советского Союза территориальный вопрос, не испытав при этом политических потрясений, как это случилось в соседней Киргизии. Даже несмотря на то, что среди отданных Китаю территорий была гора Хан-Тенгри, имеющая культовое значение для местных кочевых народов.
Первому президенту Киргизии Аскару Акаеву тоже пришлось договариваться с китайцами. В 1999 году Бишкек и Пекин достигли соглашения по спорному участку Узонгу-Кууш. В итоге Китай получил 161 кв. км, что составило 39% от их первоначальных требований. Стороны остались довольны компромиссом, но киргизское население было возмущено фактом заключения этих соглашений, что стало одной из причин первой революции в стране в 2005 году.
«Все эти территории были предметом пограничных споров еще с советских времен, Китай не признавал существующую по факту границу, – заявил газете ВЗГЛЯД эксперт из Киргизии Марс Сариев. – Киргизия и Казахстан сами были заинтересованы в урегулировании, чтобы решить приграничные проблемы и закрепить это в документах. Вопрос того же участка Узонгу-Кууша не был решен в советское время, СССР демонстративно сам провел границу и поставил там укрепления. Стоит отметить, что большая часть спорных территорий все-таки осталась за постсоветскими республиками. Китай претендовал на гораздо большие земли, но нашли компромиссный вариант, и китайцы согласились на меньшую часть».
«Китай – это растущая сверхдержава, и нам надо было решить с ним пограничные вопросы. Я не думаю, что в будущем у Китая снова возникнут такого рода территориальные претензии. Даже учитывая опасения, что из-за громадного госдолга придется по примеру Таджикистана или Шри-Ланки расплачиваться с китайцами своей территорией, думаю, до этого не дойдет. Пекин уже согласился пролонгировать долг, если мы оплатим проценты», – считает Сариев.
Тема территориальных уступок в Средней Азии является одной из самых болезненных. Во многом из-за повышенной китаефобии среди местного населения, причем чем ближе люди живут к Китаю, тем больше китайцы вызывают опасений. В Казахстане провалились проекты еще на стадии обсуждения по передаче в аренду китайским компаниям сельскохозяйственной земли. В Киргизии споры с китайскими горнодобывающими компаниями местное население и вовсе решает путем митингов и погромов.
Такая реакция отчасти вызвана политикой Пекина по отношению к мусульманским меньшинствам, проживающим в Синьцзян-Уйгурском автономном округе. В западных СМИ постоянно появляются публикации о трудовых лагерях, куда насильно помещают на перевоспитание местные народности. Закрытость Китая не позволяет опровергнуть или подтвердить эту информацию.
Сами среднеазиатские страны попадают во все большую экономическую зависимость от Китая, в частности, постоянно набирая многомиллиардные кредиты, которые не в силах отдать. Население всерьез опасается, что за кредиты их коррумпированные правительства будут расплачиваться землей, либо отдадут в разработку месторождения полезных ископаемых. Подобный прецедент уже произошел в Таджикистане.
Уступчивый Таджикистан
В 1990-е годы соседний Таджикистан был охвачен гражданской войной, поэтому территориальные вопросы с другими государствами таджики отложили на потом. Возможно, поэтому Душанбе пришлось отдать гораздо большие участки земли, по сравнению с Киргизией и Казахстаном. Китай усилился и уже не стал ограничиваться компромиссными вариантами.
В 2011 году, в день образования КНР, Таджикистан торжественно (!) передал часть своей территории Китаю. Китайцы получили 1,1 тыс. кв. км земли, что составляет ни много ни мало – 0,77 процента от общей территории Таджикистана.
Такая щедрость со стороны таджиков обусловлена многими факторами, в том числе и большой зависимостью от Пекина. Кроме того, в Таджикистане до сих пор правит жесткий режим Эмомали Рахмона, вся оппозиция разгромлена и фактически запрещена. В такой ситуации президент может позволить себе пойти на непопулярные решения. К тому же отданные территории находились в Горно-Бадахшанской автономной области. Местное население этнически и религиозно отличается от таджиков и живет в труднодоступных горных районах, поэтому их мнение в Душанбе мало кого интересовало.
На этом «плодотворное» сотрудничество между двумя странами не завершилось. Таджикистан набрал китайские кредиты на постройку дорог, ТЭЦ и другой инфраструктуры. Расплачиваться же бедной стране оказалось нечем. В итоге китайским компаниям отдали в разработку золоторудное месторождение «Верхний Кумарг». Ранее китайцы уже получили в разработку другие золотые, серебряные и угольные месторождения в Таджикистане.
В соседних странах оппозиция кивает на таджикский пример и заранее грозит властям протестами в случае повторения у них подобного сценария. Китайцы еще никому просто так не списывали долги, расплачиваться в любом случае придется, либо на отдаленную перспективу пытаться пролонгировать долги.
Тем временем совсем рядом, в Гималаях, противостояние Китая с индийской армией периодически перерастает в полноценные бои. И если даже Индия не может всегда противостоять Китаю мирными методами, то что могли бы сделать маленькие постсоветские республики? Уступки были неизбежны, но удовлетворится ли ими Китай или вновь вспомнит в будущем?
«У Китая сейчас большая напряженность с Индией, этот конфликт всегда находился в тлеющем режиме. Сейчас там идет накопление вооружений, особенно с китайской стороны, непонятно, как они собираются решать с индусами территориальный вопрос. Также у Пекина большие территориальные споры в Южно-Китайском море. В этой ситуации Китай будет заинтересован в стабильности у своих западных границ со среднеазиатскими странами и Россией, рассматривая их в качестве тыла в условиях противостояния с США», – полагает Марс Сариев. А значит, есть надежда, что никаких новых территориальных претензий к государствам бывшего СССР со стороны Китая больше никогда не возникнет.