Карантинные ограничения в России привели к тому, что около 40% трудовых мигрантов, ранее работавших в нашей стране, лишились работы (данные Совета безопасности РФ). Из-за невозможности платить за съемное жилье многие мигранты решили уехать из России, чтобы переждать кризис дома. По разным данным, еще около 30% трудовых мигрантов, которые сейчас находятся в России, хотят вернуться на родину. В сентябре–октябре, вероятно, наконец-то могут быть открыты границы, и они смогут уехать.
До настоящего времени пассажирское авиасообщение России со странами Средней Азии находится под запретом. Счастливчикам удалось прорваться на чартерные рейсы, организуемые посольствами. Наиболее отчаявшиеся мигранты из Средней Азии до сих пор едут автомобильным транспортом до границы с Казахстаном, где образуют палаточные лагеря в Омской, Оренбургской, Самарской и других приграничных областях России. Казахстанская таможня с неохотой постепенно пропускает транзитеров, поток которых не прекращается с весны. Что ждет их дома? Судя по всему, ничего хорошего.
«Мы тут живем, как бомжи. У нас же есть родина – Таджикистан. Узбекистанцам помогли, а нам никто не помогает. Даже местные русские спрашивают: неужели вашим властям на вас наплевать?» <...> «Мигранты им нужны тогда, когда присылают деньги. Но когда нам трудно, никому до нас нет дела», – подобные высказывания звучат в любом временном лагере на границе с Казахстаном.
Часть из тех, кто вернулся из России, вынуждены сидеть без работы и прибегают к незаконным «заработкам». Об этом на встрече с населением заявил хоким (губернатор) Сурхандарьинской области Узбекистана, когда местное население пожаловалось ему на участившееся воровство. «Я знаю, кто совершает кражи. Мы должны все правильно воспринимать. Преступления совершают те, кто вчера вернулись в Узбекистан из России и не смогли улететь обратно. Они из-за отсутствия работы совершают кражи», – отметил хоким.
По данным исследования IWPR Central Asia, заявления властей Таджикистана о том, что они обеспечат работой вернувшихся мигрантов, могут ввести в заблуждение находящихся в трудовой эмиграции соотечественников. Неясно, как на практике будут реализованы такие обещания, ведь заработная плата на имеющейся работе часто очень низкая.
Организация приводит слова одного из таких экс-мигрантов. «Мы зарабатываем копейки, иногда 20 сомони в день (2,5 доллара), иногда 50 (6,3 доллара)», – говорит отец троих детей Шамсиддин Шарипов, который недавно вернулся в Таджикистан из России, потеряв там работу.
Сложнее всего приходится мигрантам-горожанам, которые, вернувшись в свой город, пополнили армию безработных. Им труднее адаптироваться к местным реалиям, которые они изрядно подзабыли за годы нахождения за рубежом. Если раньше они кормили свои семьи, то теперь сами стали обузой для родственников, что ведет к семейным конфликтам. В такой ситуации они испытывают дополнительную психологическую нагрузку с неясной перспективой относительно будущего.
Найти хорошую работу мешает и низкий уровень образования. Зачастую молодые люди сразу после школы вынуждены уезжать на заработки, вместо учебы в вузе. В этом плане жителям сельской местности немного легче: вернувшись в село, они активно включились помогать по хозяйству. Но такая деятельность лишь позволяет свести концы с концами, а не заработать живые деньги.
В Средней Азии гораздо хуже
«Надежды на то, что удастся удержать значительные темпы роста экономики, типичные для стран Средней Азии в предыдущие несколько лет, не оправдались, – сообщил газете ВЗГЛЯД доктор экономических наук, профессор СПбГУ Станислав Ткаченко. – Экономический спад в этих странах во втором квартале 2020 года составил от 2 до 6% ВВП. Можно прогнозировать снижение показателей уровня жизни населения пятерки центрально-азиатских стран в течение всего 2020 года».
Самого катастрофического сценария странам Средней Азии удалось избежать. Сокращение ВВП и снижение объемов межгосударственной торговли государств между собой, а также с главными торговыми партнерами (Китаем и Россией), оказались не столь значительными, как это предвидели скептики. Однако удар пандемии все равно был очень сильным, особенно по Казахстану.
«Вернувшиеся из России в свои страны экономические мигранты оказались у себя на родине в трудном положении: безработица растет, уровень жизни снижается. На этом фоне ситуация в России выглядит гораздо лучше. Новая статистика о состоянии экономики России, обнародованная в начале августа нынешнего года, показывает, что страна во втором квартале прошла острую фазу кризиса. Сейчас положение дел в социально-экономической сфере в России налаживается, инфляция под контролем, волатильность валютного курса рубля не превышает типичных для этой валюты параметров. Поэтому уже в ближайшие месяцы можно прогнозировать возвращение части экономических мигрантов из государств Средней Азии в Россию», – говорит Ткаченко.
К мыслям о возвращении в Россию экс-мигрантов подталкивает и сложная социальная обстановка, в которой они оказываются, вернувшись домой. Некоторые подвергаются притеснениям со стороны родственников – правозащитники из Киргизии заявляют, что дело доходит до открытой дискриминации. «Ненавистнические и оскорбительные высказывания в отношении возвращающихся трудовых мигрантов и внутренних перемещенных лиц были задокументированы и лишь подчеркнули высокий уровень языка вражды и существующую дискриминацию в публичном пространстве», – говорится в докладе правозащитных организаций.
Гибель сферы услуг
«Кризис выбросил в странах Средней Азии на улицу сотни тысяч новых безработных, усилив таким образом конкуренцию на рынке труда», – рассказал газете ВЗГЛЯД сопредседатель Клуба региональных экспертов «Пикир» из Бишкека Игорь Шестаков. Эксперт согласен, что сектор услуг понес огромные потери, спровоцировав еще большую безработицу.
«Киргизия – страна сферы услуг. У нас стратегическую роль в экономике играл туризм, который сейчас находится в мертвом состоянии. Закрылись все компании, которые занимались пассажирской логистикой. Добавилось 100-200 тыс. новых безработных. Из России, когда откроют границы, по моим оценкам, вернется еще 80-100 тыс. человек. И где они все найдут работу?». Для решения же проблем с безработными необходимо создавать новые производства или же людям вновь придется отправиться на заработки в другие страны.
Индустриальное производство в странах Средней Азии развито слабо.
Экономика в основном держится на сельском хозяйстве, экспорте сырья, туризме и сфере услуг. Миллиарды долларов, которые мигранты присылали своим родственникам, вливались в местную экономику. Они стимулировали потребительский спрос и создавали рабочие места. Теперь этот канал едва ли не целиком иссяк.
«Карантинные ограничения сильно повлияли на экономическую активность, резко снизив уровень потребления товаров и услуг, – пояснила газете ВЗГЛЯД экономист из Киргизии Нургуль Акимова. – Это, в свою очередь, повлияло на всю цепочку людей, работающих в этой сфере. Речь идет о гостиницах, ресторанах, развлекательных и других заведениях, которые были закрыты. В данном секторе экономики в Киргизии было занято около 500 тыс. человек, особенно живущих в столице и других крупных городах. Все они испытали на себе последствия кризиса. К тому же из-за девальвации импортные товары стали дороже, что ударило по всем без исключения жителям страны».
Кризис и ограничения на собрания повлияли и на культуру людей. Ранее в традиции было собираться по сотне человек, на свадьбы и похороны приглашали многочисленных родственников и друзей, организация таких мероприятий было дорогостоящим делом. Отказаться от них было фактически невозможно, пострадал бы престиж всей семьи. «Очевидно, культура людей тоже начала меняться. Наш народ гостеприимный, любит принимать гостей и ходить в гости.
Теперь же такие посещения из-за эпидемии резко снизились, повлияв таким образом на социальную сферу. У соседних стран аналогичная ситуация»,
– полагает экономист.
Мигрантам, вернувшимся из России, со стороны государства не предоставляется никакая помощь, так как в бюджете и без того дефицит. Отсюда и отсутствие социальных гарантий. «Так получилось, что правительству нечего предложить вернувшимся мигрантам. Ни социального пакета, ни другой помощи – вообще ничего. В итоге они оказались никому не нужны. А ведь трудовые мигранты – это локомотив киргизской экономики. Поэтому я думаю, что мигранты после снятия карантинных мер снова попытаются уехать туда, где есть работа.
У других стран Средней Азии аналогичная с нами ситуация, там тоже все плохо с госпособиями. И те люди, которые раньше зарабатывали больше, они теперь не согласятся с резким падением уровня доходов. Теперь, возможно, некоторые изменят регионы для трудовой миграции. Например, попытаются уехать в западные страны или Юго-Восточную Азию», – резюмирует Акимова.