Китай постепенно возвращается к обычной жизни, однако в обществе очень силен страх перед «второй волной» коронавируса. При этом считается, что эта волна если и придет, то уже из-за границы – от «завозных случаев». В итоге сегодня многие китайцы с подозрением относятся к иностранцам, сообщает РИА Новости. С подозрением в стране относятся теперь даже к тем, кто в разгар эпидемии не покидал пределов Поднебесной.
В соцсетях появилось много сообщений о предвзятом отношении, в том числе и к гражданам России. Их отказываются пускать в гостиницы и больницы, выселяют из съемных квартир или, наоборот, безо всяких причин запрещают покидать дом. Некоторые блогеры считают, что отношение к россиянам начало портиться еще в феврале, когда китайских туристов стали массово бойкотировать в России.
Накануне «Известия» привели пример россиянина Ивана Левкина, прилетевшего в Гуанчжоу по делам бизнеса. Отсидев, как и положено, 14 дней в карантине и получив документ об отсутствии у него вируса, он попытался снять гостиницу, но везде получил отказ.
В китайском МИДе уже заявили, что правительство выступает против любой дискриминации, но добавляют: иностранцы обязаны подчиняться законам Китая. Что касается бойкота иностранцев в гостиницах, то МИД объяснил это усилением эпидемиологического контроля.
Как писала газета ВЗГЛЯД, ранее в одном из популярных в КНР мессенджеров Weixin появилась серия комиксов, изображающих, как китайцы разбрасывают по мусорным бакам людей, которые по внешности напоминают жителей Европы или Африки.
Александр Копысов (фото: facebook.com/avkopysov)
|
ВЗГЛЯД: Александр, говорят, что поводом для волны ксенофобии стал случай в Гуанчжоу. Там нигериец, зараженный коронавирусом, ударил и даже вроде бы укусил 47-летнюю медсестру, которая пыталась помешать его побегу из больницы. Правда ли, что после этого отношение ко всем иностранцам стало меняться?
Александр Копысов: Этот случай действительно получил большой отклик в соцсетях. Поднялась некая волна, которая коснулась не только представителей Нигерии, но и европейцев. Я тоже видел жалобы в социальных сетях, но они концентрированно шли только из одного города – из Гуанчжоу. Это юг страны.
Судя по отзывам наших соотечественников в социальных сетях, информации 50/50. Кто-то говорит, что почувствовал это на себе, были конкретные случаи, кто-то пишет, что ничего подобного не заметил.
Я живу в Пекине, причем на юге города, где живут в основном простые люди. Теоретически они тоже могут поддаваться влиянию соцсетей, слухов. Мы с женой ходим в магазины, в парки, езжу на скутере по улицам – и ни разу не встретил агрессии. Не вижу разницы с тем, что было до эпидемии. И я бы очень не хотел ее увидеть. В любой стране бывает обострение, но я бы очень не хотел оказаться очевидцем такого в Китае.
ВЗГЛЯД: Насколько отличается отношение к россиянам и к представителям Запада?
А. К.: К русским отношение здесь изначально было лучше, чем, например, к представителям США. Особенно заметно это стало в момент обострения торговой войны. Когда люди распознают русскую речь, то обычно следует рукопожатие и сразу такой набор слов:
«Россия, Путин, Китай, друзья».
Особенно часто такое я слышу от старшего поколения, которое успело пройти в школе русский язык. Когда мы недавно хотели зайти в торговый центр в Пекине, охрана спросила наш «код здоровья». Это специальная программа, она показывает на смартфоне, какое время ты лично находишься в Пекине безвыездно (бывают еще «красный» и «желтый» коды). У нас с женой – «зеленые коды», потому что я нахожусь здесь уже более года, а жена – больше трех месяцев. Это значит, что нас везде должны пропускать. Охранник и так пропустил бы нас по этому «коду здоровья», но он услышал нашу речь, спросил: «Русские?» – и улыбнулся.
Но в целом теперь все же возникла какая-то настороженность к иностранцам. Допустим, вы постучитесь в дверь к незнакомым людям. При выборе, кто войдет в их квартиру – незнакомый иностранец или незнакомый китаец, сейчас горожане отдадут предпочтение китайцу.
Долгое время иностранцы чувствовали себя в Китае почти как особая каста. Мы чувствовали, что некоторые вещи, за которые, скажем, китайца накажут, нам простят. Ну иностранец, «лаовай», ничего не понимает, что с него взять. Сейчас к иностранцам будут относиться так же, как к китайцам.
Если теперь иностранец не носят маску, если пререкается с чиновниками, если как-то еще идиотничает, то поблажек не будет. Ведь ситуация очень непростая, есть опасение второй волны.
ВЗГЛЯД: Ваше отношение к властям не стало более критичным по итогам эпидемии?
А. К.: Я видел реальную эффективность властей в разгар эпидемии. Действовала нормальная профилактика, агитация. Я понимал всю логику – зачем выдают пропуска, почему карантин, почему в Пекине были ограничены междугородние автобусы, зачем добровольцы дежурят у нашего дома.
Я вижу итог. Я живу в городе, где проживает около 20 млн человек. На дворе апрель, а смертность составила 8 человек. И это на 20 млн населения. Город, куда постоянно прилетали люди, куда в день приезжало огромное количество поездов, прилетало большое количество самолетов.
ВЗГЛЯД: Россияне в Пекине держатся вместе или, скорее, каждый сам за себя?
А. К.: В Пекине довольно мощная русская диаспора. Есть русский культурный центр, несколько серьезных групп в Сети, куда входят 500 человек – это ребята, которые, к примеру, устраивают «Бессмертный полк» на 9 мая, другие акции. И если что-то такое случится, наши объединятся – и не дадут себя в обиду.