Эммануэлю Макрону удалось вызвать бурю гнева по всему исламскому миру. Не остался в стороне и один из самых влиятельных мусульман России, глава Чечни Рамзан Кадыров. «Президент Франции... сейчас становится похож на террориста», – написал накануне в Telegram руководитель российского региона. Советник Кадырова, муфтий Чечни Салах-хаджи Межиев на странице в Instagram* назвал Макрона «террористом номер один», «врагом Аллаха» и «самым унизительным существом».
Во вторник антифранцузская демонстрация, собравшая десятки тысяч человек, прошла за восемь тысяч километров от Парижа, в столице Бангладеш Дакке. Иранская газета «Ватане Эмруз» опубликовала карикатуру на Макрона с подписью «парижский иблис» (Сатана). В Анкаре митингующие поддержали призыв президента Реджепа Тайипа Эрдогана бойкотировать французские товары, а сам Эрдоган, как известно, на днях посоветовал французскому коллеге лечить голову. Имран Хан, лидер Пакистана, 200-миллионной страны с ядерным оружием, обвинил Макрона в оскорблении чувств мусульман по всему миру.
Лидер Пятой республики, похоже, не намерен отступать от жесткой линии по отношению к тому, что он назвал «исламским сепаратизмом во Франции» – пусть даже и ценой ссоры со всем мусульманским миром. Считается, что поводом для этого клинча стала трагическая гибель 16 октября в пригороде Парижа учителя Самюэля Пати. Как известно, преподаватель провел урок, посвященный свободе слова, в ходе которого показывал школьникам пресловутые карикатуры на пророка Мухаммеда из журнала Charlie Ebdo. По версии следствия, этнический чеченец Абдуллах Анзоров, узнав об этом, напал на Пати и обезглавил его.
Но отметим, что еще до этой трагедии, в сентябре, Макрон, комментируя новые публикации карикатур на пророка Мухаммеда в Charlie Hebdo, заявил, что во Франции есть «свобода богохульствовать».
Но очевидно, что возмущение в мусульманском мире вызвало не только и не столько обещание президента Франции «создать просвещенный ислам», сколько его заявление, что во имя свободы слова Франция не откажется от публикации карикатур на пророка.
На прошлой неделе рисунки из Charlie Ebdo в течение нескольких часов проецировали на здания городских собраний Монпелье и Тулузы. Акцию санкционировала глава совета региона Окситания Кароль Дельга, но многими (включая чеченского муфтия Межиева) это было воспринято как исполнение прямого указания Макрона «развесить карикатуры на всех правительственных зданиях».
«Французские власти поддерживают публикации карикатур на пророка Мухаммеда. Оскорбительные почти для двух миллиардов мусульман мира действия он называет «свободой слова». Более того, Макрон решил, что изменит их религию и создаст во Франции «просвещенный ислам». Я не знаю, в каком состоянии находился Макрон, делая это заявление, но последствия такой реакции могут быть очень трагическими», – заявил глава Чечни Кадыров.
В мусульманском сообществе уверены, что действия Макрона могут привести к непредсказуемым последствиям.
«Мы все скорбим о гибели во Франции преподавателя истории Самюэля Пати.
Какой бы поступок человек ни совершал, вершить над этим человеком самосуд никому не дозволено. Это запрещается канонами ислама.
Если поступок Пати оскорбил кого-то, надо было на основании законодательства Французской Республики обратиться к властям», – сказал газете ВЗГЛЯД муфтий Альбир хазрат Крганов, председатель Духовного собрания мусульман России.
Вместе с тем, подчеркнул муфтий, серьезную тревогу в исламском мире вызывает то давление на мусульманские организации, которое допускает французское руководство и лично президент Макрон. «В России ранее происходили страшные теракты. Мы проходили через Буденновск, Кизляр, Буйнакск, «Норд-Ост», Беслан. Деяния бандитов осудили и светское государство, и религиозные организации. И власть после этого не начинала давить на исламские организации и проводить такую непонятную линию, как сейчас делают во Франции», – отметил Альбир хазрат.
Некоторые действия французских властей выглядят как прямая провокация, констатировал муфтий. «Скоро мусульмане будут в течение десяти дней отмечать день рождения пророка Мухаммеда, да благословит его Аллах и приветствует. Во Франции решили проецировать карикатуры на пророка из «Шарли Эбдо» на стенах государственных учреждений – как «символ свободы слова и знак памяти об историке Самюэле Пати». Это неумное, непродуктивное решение, большой провал в конфессиональной политике Франции», – подчеркнул собеседник.
«Власти Франции недовольны, что мусульманским общинам страны помогают иностранные фонды, – заметил Крганов. – Но что им мешало открыть свой французский государственный фонд помощи общинам? За прошедшие годы можно было сделать немало проектов по вакфам (дарам мусульманским общинам), учебным заведениям и так далее». Ничего подобного для встраивания мусульман во французское общество сделано не было, отметил Крганов.
По мнению муфтия, нынешний раздор во Франции стал следствием ошибочной политики французских и, шире, европейских элит. «Поддержка властями стран Европы «арабской весны», экспорт «демократии» в Ирак, Сирию, Ливию и другие страны взывали хаос в этих странах и вынудили их жителей спасаться в Европе. Это вызвало неоднозначную реакцию местного населения. Мигрантофобия, а значит, и исламофобия охватили не только Францию, но и Германию и многие другие страны Евросоюза», – констатировал глава Духовного управления мусульман России.
«Создать некий европейский – датский, шведский, французский – ислам пытаются в Европе лет двадцать. И ничего в итоге не получается, потому что не получится никогда», – заметил в комментарии газете ВЗГЛЯД руководитель исследовательских проектов института «Диалог цивилизаций» Алексей Малашенко.
Эксперт: «Ислам может быть единственным, тем, что берет начало с VII века, со времен пророка Мухаммеда.
Модернизировать эту религию пока что ни у кого не получилось».
Да, многие интеллектуалы и политики стран исламского мира признают отставание от мира христианского в плане научно-технического развития, заметил Малашенко. По его словам, собственно исламское вероучение приветствует тягу человека к развитию, Коран и хадисы приветствуют получение знаний «даже у китайцев».
«После второй мировой войны на Ближнем Востоке и в исламском мире в целом (например, в Индонезии) возникли разного рода режимы, нацеленные на модернизацию – баасистский социализм в Ираке и Сирии, дустуровский социализм в Тунисе. Пытались использовать элементы марксизма. С другой стороны, в Иране шах проводил «белую революцию», – перечислил собеседник.
«Но надо понимать, что в мусульманском сознании заложена главная идея: ислам – это самая совершенная религия в мире, и в конце концов все люди в мире будут мусульманами, – подчеркнул Малашенко. – Каким бы образованным, европеизированным ни был мусульманин, в душе он признает этот постулат. Перефразируя известную поговорку про русского и татарина, сколько ни скреби мусульманина, христианина-европейца вы там не найдете».
По мнению Малашенко, построение государства на основе шариата остается доминирующей идеей в мусульманском мире. «Осуществить ее невозможно – но люди-то будут в нее верить. Отнюдь не отрезая голов, – заметил собеседник. – «Офранцузить, европеизировать» – кого? Чеченцев, алжирцев, турок? Возможно, удастся адаптировать мусульман, и что с того? Может, это трагедийно звучит, но надо жить с осознанием непреодолимых различий. Чем больше Макрон будет «офранцуживать», тем, увы, больше будет терактов».
«Если эмоциональные слова президента Макрона, сказанные сразу после убийства школьного учителя Самюэля Пати, еще отчасти можно понять, то заявление в программной речи о кризисе ислама – тезис совершенно антинаучный и неправильный. Политик такого уровня, лидер крупной страны, не имеет права на такие высказывания», – сказал газете ВЗГЛЯД главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», директор по научной работе Фонда развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай» Федор Лукьянов.
Естественно, утверждение Макрона вызвало бурный отклик в исламском мире, а дальше уже пошли политические наслоения, продолжил собеседник. «Например, турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган накопил такое количество ненависти к Макрону лично и к Франции вообще за ту роль, которую Париж сыграл в препятствовании вступлению Турции в Евросоюз, что тема ислама стала для него идеальным поводом пойти на обострение», – считает Лукьянов.
«Это уже не первый случай, когда европейские политики, выступая с подобными громкими популистскими заявлениями, пытаются набрать политические очки. Но в данном случае слова Макрона наложились на давно зреющий внутри французского общества психологический, культурный и религиозный конфликт», – отметил Лукьянов.
При этом эксперт не ожидает, что слова Макрона приведут к катастрофическим последствиям. «После публикации этих же самых карикатур на пророка Мухаммеда в датской газете «Jyllands-Posten» в 2005 году исламский мир тоже очень бурно реагировал. Радикалы жгли флаги, пытались громить посольства, отказывались от европейских товаров. Но потом все постепенно сошло на нет», – напомнил собеседник.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ