Когда бывший министр иностранных дел Украины электросварщик Павел Климкин игнорировал распоряжения избранного президента Украины Владимира Зеленского, а другие министры правительства позволяли себе грубые выпады в адрес первого лица, это вызывало смех, возмущение, но никак не удивление. Украина – классическое «несостоявшееся государство», failed state, поэтому отсутствие субординации в органах власти там выглядит абсолютно естественно.
Но США – мощнейшая в военном и экономическом плане страна мира, к тому же претендующая на абсолютное лидерство. Государственная система США исторически считается одной из самых устойчивых благодаря отлаженной системе сдержек и противовесов. Для этой системы не является угрозой ни смерть президента, ни его недостаточный интеллектуальный уровень.
Дональд Трамп – не первый эксцентричный миллиардер на этом посту, но почему-то именно Трампа называют угрозой американскому порядку. Политологи из разных стран уже третий год спорят о том, виноваты ли в этом личные особенности Трампа или американская государственная система начала естественным образом разрушаться под воздействием накопленных ошибок, неадекватности современным реалиям международной политики и обыкновенной «усталости материала».
Похоже, что дело все-таки не в Трампе. Эрозия американской государственности началась гораздо раньше, просто она была не так заметна. Об этом ярко свидетельствуют мемуары экс-представителя США при ООН Саманты Пауэр. Ее книга «Школа идеалистки» была опубликована на этой неделе.
В мемуарах Пауэр, в частности, рассказывает о том, как в 2016 году она получила распоряжение из Вашингтона проголосовать за Россию во время выборов членов Совета по правам человека. По словам Пауэр, пять постоянных членов Совета Безопасности ООН имеют негласную договоренность поддерживать друг друга при избрании в СПЧ.
«Но в этот день мое настроение было иным. С того момента, когда я прибыла в ООН, произошло слишком многое, чтобы я могла позволить себе не голосовать в соответствии со своей совестью», – признается дипломат. В итоге она отдала голос за Венгрию и Хорватию, которые получили 144 и 114 голосов соответственно, а Россия набрала только 112, что вызвало «всеобщий шок».
По мнению Пауэр, именно ее голос стал решающим: если бы Хорватия получила на один голос меньше, а Россия – на голос больше, то состоялся бы второй тур, где Москва бы добилась победы «угрозами и взятками».
«Это был первый раз в истории, когда ее правительство (России) проиграло крупные выборы в ООН», – хвастается своей «крупной победой» бывший представитель США.
Собственно, подобно тому, как палеонтологи по косточке восстанавливают облик динозавра, по этому яркому примеру «народной дипломатии» в исполнении человека в ранге министра можно поставить диагноз американской государственной машине.
Дипломатия существует тысячи лет, обман представителя другого государства никогда не являлся в этой сфере человеческой деятельности чем-то предосудительным. Поэтому то, что Пауэр нарушила негласную договоренность с Россией и другими постоянными членами Совбеза, ничего не говорит ни о ее профессионализме, ни о ее моральных качествах. Это нормально.
Но вот нарушение дипломатом прямого распоряжения, полученного от руководства страны, причем с формулировкой «в этот день мое настроение было иным»... Это, во-первых, подтверждение сексистских мифов о том, что женщины не способны вести себя рационально и руководствуются при принятии решений лишь сиюминутными капризами. А главное – явный сигнал о том, что предыдущий президент США Барак Обама не контролировал своих дипломатов.
Пауэр голосовала в ООН как считала нужным, а не как ей приказывали. Хиллари Клинтон использовала для секретной переписки личную, а не официальную почту вопреки всем инструкциям – и так и не была за это наказана. Возникает неизбежный вопрос – а раздача печенек и другие, более явные примеры вмешательства посольства США в украинский госпереворот в 2014 году: был ли Обама в курсе активности своих официальных представителей или просто был вынужден смириться с произошедшим?
Хотя и до Обамы ситуация была ничем не лучше. Фильм «Власть» про вице-президента Дика Чейни не претендует на стопроцентную документальность, но мало кто отрицает тот факт, что именно этот человек, а вовсе не президент определял внешнюю политику США при Джордже Буше.
Клинтон вроде бы руководил сам, но опять-таки есть серьезные подозрения, что наиболее принципиальные решения принимала первая леди Хиллари, а вовсе не веселый бабник Билл.
Таким образом, кадровая чехарда советников по национальной безопасности у Дональда Трампа свидетельствует не о том, что он плохой руководитель. Просто американские чиновники высшего и даже среднего звена слишком уж уверовали в то, что их личное экспертное мнение, или даже, как в случае с Пауэр, актуальное настроение важнее и правильнее для страны и мира, чем прямое распоряжение руководства.
Бизнесмену Трампу такой подход, разумеется, кажется противоестественным. В бизнесе все по-другому: если тебе не нравятся распоряжения шефа, то увольняйся и открывай свой бизнес, раз такой умный.
Причины подобного явления – тема для серьезного научного исследования. Навскидку, это может быть вызвано тем, что государственная система США была ориентирована на постоянное жесткое противостояние с равным по силе, а в чем-то даже превосходящим врагом – Советским Союзом. Когда враг за считаные годы исчез с карты мира, причем по своим внутренним причинам, а не из-за американской активности, система оказалась не готова к подобной ситуации и постепенно пошла вразнос. Медленно – поскольку это действительно очень прочная система. Но неумолимо, потому что современная Россия – это совсем не то же самое, что СССР, и противостоять ей теми же методами невозможно. А существовать вне режима противостояния хоть с кем-нибудь эта система, похоже, в принципе не умеет.
Никаких поводов для злорадства по поводу самоуправства американских чиновников, кстати, у нас нет и быть не может. Слава Богу, что Пауэр представляла США в ООН, а не была пилотом (тут даже уместен термин «пилоткой») бомбардировщика с ядерными ракетами на борту. Вдруг у нее возникло бы «иное настроение» и она, вопреки полученному приказу пролететь вдоль российских границ, «в соответствии со своей совестью» решила бы нанести удар, например, по Севастополю.
Ответ России был бы страшным, но кому от этого стало бы лучше?
Так что нам и всему миру остается лишь надеяться, что американским военным, в отличие от гражданских чиновников, по-прежнему знакомо значение слов «субординация» и «приказ».