Впервые о введении в Донбасс некоего международного миротворческого контингента в Киеве заговорили сразу после подписания Минских соглашений. Выполнять их никто на Украине не собирался изначально, а противопоставить что-то было нужно, тем более что бои под Дебальцево не оставили ВСУ шанса на контрнаступление. При этом под «миротворцами» на Украине и тогда, и сейчас понимают иностранную военную силу, которая поможет Киеву вернуть Донбасс под контроль. Напрямую этого, конечно, не говорят, но в кулуарах никто не скрывает.
При этом деятельность миссии ОБСЕ в зоне конфликта не просто буксует, а фактически отсутствует – эти вежливые (в плохом смысле) люди просто не могут ничему помешать. Москва пошла навстречу, предложив вооружить охрану наблюдателей, но тут-то и выяснилось, что миссия не хочет (да и не может) охранять саму себя даже легким стрелковым оружием. Но на Западе за идею «вооруженных людей» ухватились, посчитав ее серьезной уступкой со стороны Москвы, которая между тем четко отсекла «лишние» идеи типа допуска вооруженных иностранцев вглубь территории ДЛНР, тем более на свою границу.
Убедив себя в том, что «уступку» Москвы необходимо быстро капитализировать, «наши западные партнеры» начали разрабатывать идею международного миротворчества в Донбассе. Со временем эти планы стали обрастать слухами и домыслами, которые для украинской жизни – естественная среда. Так и возник план Андерса Фог Расмуссена, бывшего датского премьера (из либералов крайнего толка) и бывшего генсека НАТО, а сейчас – внештатного советника президента Украины. В общих чертах этот план (вернее, та его часть, которую по заказу экспертного фонда Rasmussen Global приготовил Ричард Гован из Колумбийского университета) предусматривает ввод международных миротворческих сил по линии разграничения. Больше ничего нового.
Правда, всё это записано на бумаге кондовым языком академического сообщества и снабжено цветной инфографикой. А за откровение и даже «прорыв» выдается численность и национальный состав этих сил.
Национальный состав
Расмуссен и Ко охотно рассказывают о том, что в миссию не должны входить контингенты из «неприемлемых» для сторон конфликта стран. При этом выяснилось, что для Украины все «приемлемы», а для успокоения России (она тоже подчеркивается как страна – участник конфликта) от процесса отсекаются контингенты из основных стран НАТО. Кто вместо них?
Расмуссен публично называет Австрию, Швецию и Финляндию, а также государства Латинской Америки и неких «союзников России». В самом докладе также упомянуты Монголия (те еще «вооруженные силы»), Белоруссия, Казахстан, Чили, Аргентина, Бразилия, Португалия и Греция. Возглавить военную операцию предлагается Швеции, которая от этого слегка опешила.
Логика примерно такая. Про Монголию забываем. Бразилия, по словам Расмуссена, может рассматриваться как союзник России, поскольку состоит в БРИКС. Греция – исторически симпатизирующая России страна. Португалия хоть и член НАТО, но географически удалена от зоны конфликта, как и Чили с Аргентиной. Казахстан пока отмолчался, а вот Александр Лукашенко отреагировал быстро и бодро. Прямо на избирательном участке (в Белоруссии на днях прошли парламентские выборы) он довольно долго и туманно рассказывал о том, что это все чуть ли не его личный план, который извратили сперва поляки, а теперь и Расмуссен. «Но если нас позовут, чтобы мы пришли и встали между, мы придем и встанем», – сказал глава Белоруссии в эфире белорусского телевидения, которое иногда полезно смотреть.
Руководство и численность
Цифры в 20 тысяч миротворцев и от 2 до 5 тысяч полицейских и гражданских взяты с потолка. В докладе нет ссылок на методики, по которым Гован подсчитывал все это, но есть подозрения, что он исходил из своего боснийского опыта. Сам он, правда, ссылается не на Боснию, а на Восточную Славонию, ситуация в которой на момент размещения там миротворцев ничем не напоминала донбасскую – сербы к этому времени уже сожгли Вуковар и Осиек и углубляться в кукурузные поля не желали. Но тогда это выглядит вторично и не содержит какой-либо привязки к местности. В итоге практическое обсуждение того, как и где будут располагаться миротворцы (по-научному «имплементация»), может обрушить любые теоретические рассуждения ученых мужей.
Войска по Расмуссену и Ко должны обладать мандатом на неограниченное применение силы для защиты гражданского населения и мирного процесса в целом и сдерживания тех, кто будет этому процессу мешать. Прекрасно, но опыт подсказывает, что согласование применения силы в таких операциях занимает настолько много времени и сопряжено с таким количеством инструкций, что сводит эффективность операции к нулю.
Для руководства всем этим Расмуссен и Ко предлагают назначить специального комиссара ЕС. Но умножение европейской бюрократии на квадрат самой себя еще ни разу к успеху не приводило.
Дробление «Минска»
Необходимо помнить, что Расмуссен и Ко готовили эти предложения не как сторонние специалисты, а как внештатный советник президента Украины и его личная экспертная группа. Потому по определению отражают не взвешенную международную оценку, а преференции для Киева, от которых все уже порядком устали. Например, продолжают настаивать на размещении международного контингента прямо на российской границе, что неприемлемо.
И тут начинается самое интересное.
Расмуссен и его люди готовили этот проект довольно долго, что удивительно, поскольку подобную домашнюю работу можно написать за пару дней, максимум – за неделю, отвлекаясь на виски и здоровый сон. Но представлен доклад был только сейчас, на Мюнхенской конференции по безопасности, поскольку содержит несколько деталей, не слишком внятно прописанных, но весьма важных. При этом часть обстоятельств озвучивается только на словах и принадлежит к разряду слухов и украинских «хотелок».
Так, из Киева распространяются слухи, что российская сторона уже чуть ли не согласилась на введение миротворцев, спорным остался только вопрос о контроле над границей. Утверждается, что «прорыв» случился месяц назад на встрече Курта Волкера и Вячеслава Суркова в Дубае. Там стороны якобы договорились «разбить» минские договоренности на две части.
|
Андерс Фог Расмуссен (фото: Delmi Alvarez/ZUMA/Global Look Press)
|
Сперва миротворцы заходят на линию фронта, чем достигается устойчивое прекращение огня. После этого начинается выполнение политической части Минских соглашений, под которой подразумевается проведение в ДНР и ЛНР выборов, введение в действие Закона об особом статусе Донбасса с амнистией, «отдельными» отношениями с Россией, русским государственным языком и собственной системой правоохранительных органов. И по мере того как Киев будет выполнять эту политическую составляющую, миротворцы будут как бы «пошагово» приближаться к российской границе и зайдут на КПП только тогда, когда вопросы к Киеву будут сняты.
Курт Волкер, кстати, примерно в таком духе и высказывается. Ранее он фактически требовал капитуляции ДЛНР без каких-либо обязательств со стороны Киева. Когда же приехал с этим в Белград на встречу с Сурковым, был фактически послан, после чего все заговорили о провале идеи с миротворцами. Теперь же этот план подается как гигантская уступка со стороны США и большая победа Москвы. Лесть, как известно, тоже оружие.
Однако Минские соглашения предусматривают закрепление всего этого в конституции Украины, а новый украинский закон никакого «особого статуса Донбасса» не предусматривает, о чем все уже устали напоминать.
Кнут и пряник
Расмуссен и Ко настаивают на том, что соглашение о миротворцах должно быть одобрено властями ДЛНР, иначе оно работать не будет. Оно и логично: несчастных австрияков с монголами просто перебьют, если они попытаются зафиксировать некую преференцию для Киева на земле. Но при этом группа Расмуссена, фактически представляя интересы Киева, не объясняет, какими механизмами будет гарантироваться лояльность Украины при выполнении политической части «Минска».
Для бывшего генсека НАТО куда более важно продемонстрировать те методы, которыми предполагается давить на Москву. Он мужчина разговорчивый и весьма охотно поясняет, что переговоры Сурков – Волкер – это «площадка для торга», а Россия пошла (уже пошла!) на введение миротворцев исключительно из-за американской угрозы поставить Украине летальное оружие. Так сказать, русские испугались «Джавелинов».
Но предполагается и «пряник». «Если Россия согласится на то, о чем я сказал, а именно дееспособный мандат, включая контроль российско-украинской границы, и мандат для защиты всего населения, тогда несомненно, я думаю, что «пряником» для России может быть ослабление некоторых санкций», – заявил Расмуссен. Он прямо так и говорит «пряник», но при этом реалистично рассуждает о том, что «Россия не должна заблокировать проект в ООН» и что «согласование в Совбезе будет носить очень долгий и сложный характер». Конечно, «долгий» и «сложный», если весь этот ученический текст, которым он и его люди так гордятся, неосуществим на практике.
Напрасно он так. Автор текста Ричард Гован через слово оговаривается, что всё это «только черновик», не стреляйте в пианиста. Расмуссен же, похоже, всерьез верит в то, что судьба в лице Порошенко дает ему шанс войти в историю как «первому миротворцу XXI века в Европе», а в учебниках напишут, как сын фермера из захолустного датского местечка Гиннеруп предотвратил Третью мировую войну.
Другое дело, что своими непроизвольными проговорками и интервью украинской прессе он вполне способен в короткий срок настроить против себя тех, кто этот «черновик» мог бы воплотить в реальность.
Всего одна просьба
«На земле» сейчас столько кочек, что план на ней не устоит. Согласовывать детали размещения миротворцев, их мандат и функции можно годами. Невозможно управлять Киевом в том виде, в каком мы его знаем. Очень сложно убедить ДЛНР в отсутствии злой воли и закулисной подлости. И так далее, и тому подобное. Расмуссен же напирает на большие геостратегические события типа выборов президента РФ. По его словам, после 18 марта президент Путин может согласиться на его план. Почему? Есть основания полагать, что может случиться как раз наоборот. Настолько наоборот, что Расмуссену и в страшном сне не приснится. Конечно, эти процессы сопровождает определенный (часто – неоправданно высокий) уровень секретности, но он не помешал поставить на место Курта Волкера, да так успешно, что он в корне изменил свою публичную риторику.
Тут дело не в выборах, а в принципе: насколько миротворческая операция в любом ее виде (не обязательно по Расмуссену и Ко) действительно будет способствовать установлению мира. Недоверие к датчанину и его группе в этом смысле связано в первую очередь с тем, что он работает на Порошенко. А любой план, исходящий от Порошенко, по определению не может быть искренен. Расмуссен говорит, что Минские соглашения похожи на капитуляцию Украины, но именно поэтому и неприемлемо их фактическое дезавуирование.
Никаких международных миротворцев в Минских соглашениях, кстати, нет. И это важно.
Посему в рамках общей борьбы за дело мира остается озвучить только одно пожелание, причем не к Расмуссену, а уже к Волкеру. Хотелось бы, чтобы американская сторона, которая пока что от Расмуссена открещивается, показала, что способна надавить на Киев. Прежде чем всерьез разговаривать о плане, почти напрямую исходящем из этого древнего города, хочется увидеть, как украинцы делают (а не просто говорят) что-то срочное, важное и конструктивное. И только в том случае, если Киев продемонстрирует что-нибудь подобное, можно будет говорить о продвижении других планов. А пока что все разъехались, просто посмотрев друг на друга. В том числе из Дубая.