Испания уже восемь месяцев живет без правительства – смертельно надоевшие избирателям партии все никак не могут поделить между собой портфели и кабинеты. Экономика тем временем загибается, и под гнетом социальных проблем население уже не верит ни в выборы, ни в марши, ни в демонстрации. Однако воскресные фотографии Барселоны, Таррагоны, Льейды говорят сами за себя: старинные площади и бульвары буквально забиты людьми – и все они требуют независимости для Каталонии. Над толпами развеваются желто-красно-синие флаги республики, сшитые к празднику в товарных количествах.
Иностранные журналисты, чтобы не мучиться, называют политика «Покемоном
Многие полагали, что пятый по счету День массовых маршей в поддержку Каталонии соберет меньше участников, чем предыдущие «Дни независимости». Однако, согласно оценкам организаторов, в акции приняло участие больше миллиона каталонцев. Власти в Мадриде насчитали 370 тысяч участников. Более реалистичные подсчеты полицейских дают цифру около 800 тысяч, что весьма впечатляюще для региона с населением в 7,5 млн человек. Политический хаос, в который погружается Испания, только придал оптимизма и сил каталонским сепаратистам.
В 2014 году, когда правительство в Мадриде запретило каталонцам проводить референдум о независимости, а референдум в Шотландии прошел для сторонников независимости бесславно, многим казалось, что тема «свободной Каталонии» заглохнет сама собой и, как и прежде, станет уделом политических маргиналов. Однако экономические и политические проблемы Испании нарастали такими темпами, что желание каталонцев отделиться от попавшего в кризис государства разгорелось с новой силой.
«Хватит кормить Мадрид» – так, если вкратце, можно сформулировать претензии Каталонии к Испании. Самому экономически развитому региону страны давно уже мало имеющейся автономии и официального статуса каталонского языка. Главное требование каталонцев – оставить все их налоги в бюджете региона, а не перенаправлять в центр для поддержки погибающей на глазах испанской экономики с ее огромным бюджетным дефицитом и 21 процентом безработных среди трудоспособных граждан.
В последний год популярность сепаратистских идей росла тем заметнее, чем больше ослабевала центральная власть в Мадриде. Кризис двухпартийной системы, в которой государство существовало со времен окончания диктатуры Франко, привел к заметному усилению таких каталонских партий, как «Вместе за «Да» и «Кандидатура народного единства». И пока политики в Мадриде безуспешно пытались создать парламентскую коалицию в Кортесах, дабы сформировать правительство, сепаратисты победили на местных выборах и получили большинство в Женералитете – парламенте Каталонии. А сразу после победы проголосовали за резолюцию об отделении автономной области Каталония от Испании и постановили до конца 2016 года провести референдум о независимости. Из Мадрида тогда пришел запрет на проведение плебисцита, но складывается впечатление, что на этот раз запретить его будет просто некому – с тех пор в столице так и не удалось сформировать правительство.
В январе, пока и. о. премьер-министра Мариано Рахой все еще пытался создать коалицию под своим руководством, Женералитет выбрал своим лидером Карлоса Пучдемонта (его фамилия произносится несколько иначе, но как точно – не знает никто, кроме каталонцев; иностранные журналисты, чтобы не мучиться, называют политика «Покемоном»). У 54-летнего Пучдемонта нет высшего образования, но он всю жизнь был успешным журналистом, а потом – успешным мэром Жироны, стотысячного города на востоке Каталонии. Ему даже удалось добиться того, чтобы в Жироне сняли несколько серий «Игры престолов», и благодарные за поток туристов горожане бывшему мэру этого еще долго не забудут. Но главное, Пучдемонт всю свою жизнь посвятил борьбе за отделение Каталонии и долго возглавлял Ассоциацию каталонских муниципалитетов за независимость. Сегодня он близок к исполнению своей мечты как никогда.
Европейские СМИ называют Пучдемонта премьер-министром, но официально его должность – президент Каталонии. В Мадриде избрание каталонского президента вызвало ярость. «Я не позволю кому бы то ни было принять на себя неограниченную власть вне рамок закона и демократии, – заявил тогда и. о. премьер-министра Мариано Рахой. – Я буду отстаивать демократию на всей территории Испании. И собираюсь защищать испанский суверенитет от имени народа всей страны». Но никто в Барселоне на эти угрозы даже внимания не обратил, и в мае президенту Каталонии был представлен на рассмотрение черновик конституции республики Каталония.
В королевском Мадриде тем временем продолжали искать компромисса правые и левые партии. После полугода, прошедшего в тщетных попытках сформировать кабинет министров, король Филипп VI был вынужден назначить новые выборы в Кортесы. Левые партии не смогли выступить единым фронтом – их объединению, практически гарантировавшему победу, противился, в частности, Евросоюз. В результате они заняли вторые–третьи места, а победила правая Народная партия все того же Мариано Рахоя. Патовая ситуация сохранилась. Консервативный Рахой не может консолидироваться с коммунистами, которые ругают его «франкистом». При этом лидеры левых партий едва ли не дерутся друг с другом в прямом эфире. Вопрос об отделении Каталонии вносит дополнительный раскол, и никакая коалиция в таких условиях невозможна. Испании грозит провести еще полгода без утвержденного правительства и, возможно, новые выборы.
Специфическая международная обстановка последнего времени тоже сыграла на руку каталонским сепаратистам. Евросоюз тщетно решал кризис с мигрантами, США и Россия боролись за свои интересы на Украине и в Сирии, Китай сконцентрировался на островах Спратли. Никто, собственно, не замечал – «что там у каталонцев». А между тем в Барселоне всего за полгода провозглашена республика, выбран ее президент и написан черновик конституции. Регион уже полностью готов пройти «на выход» – и в Мадриде его некому остановить.
Возглавивший массовые акции в воскресенье президент Пучдемонт объявил, что планирует провести референдум о независимости до конца года. Если же уломать пребывающий в кризисе Мадрид на это никак не удастся, в 2017 году президент объявит о проведении местных выборов. Они, по его словам, и станут тем плебисцитом, в ходе которого каталонцы смогут определиться с вопросом об отделении. А результат такого плебисцита почти не вызывает сомнений: в рамках крупнейшего социологического опроса каталонцев, охватившего 2,25 миллиона человек, за отделение от Испании высказались более 80% респондентов.