К утру вторника битва за Алеппо закончилась полной победой правительственных войск. Статистические 1% территории, которые все еще удерживают боевики, не играют роли (другое дело, что оставшимся терять уже нечего, и они могут затянуть свое существование до последнего). Сейчас в городе идут зачистка, разминирование и фильтрация населения.
Операции сирийской армии могут записать себе в актив тысячи населенных пунктов, которые были втянуты в противостояние, но потом нашли общий язык с властями
Сложная обстановка сохраняется вокруг Пальмиры, где боевики ИГИЛ* вновь попытались атаковать, на сей раз – в направлении авиабазы Т-4 и перекрестка Джихар, опираясь на позиции у Аль-Байарат и Аль-Дауа. Сирийская 11-я танковая дивизии под давлением противника отошла от Джихара, открыв исламистам дорогу на авиабазу. Но впоследствии поступили сообщения, что контроль над периметром Т-4 сохранен, а в регион стали поступать подкрепления из-под Дамаска.
Одновременно появились сообщения и о том, что ИГИЛ атаковала правительственные войска у Дейр-эз-Зора. При этом джихадисты активно применяли беспилотники для обстрела передовых позиций САА, один из них был сбит.
На этом фоне министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер заявил в Брюсселе следующее: «Режим в Дамаске и те, кто его поддерживает военными средствами – Россия и Иран, питают иллюзии, поскольку Алеппо автоматически воспринимается как поворотный пункт в сирийском конфликте. Разумеется, падение Алеппо – серьезное событие, вопросов нет. Однако я думаю, что если в Дамаске сочтут это концом гражданской войны в Сирии, то это быстро окажется иллюзией».
При этом Штайнмайер допустил участие Башара Асада в переходном политическом процессе, но подчеркнул, что оно должно быть «ограниченным по времени». «Речь о создании переходного правительства, которое будет гарантировать, что Сирия не развалится, что ее единство будет сохранено. Правительства, в котором будет представлена оппозиция, а будущее Сирии не будет на длительную перспективу представлено Асадом, – резюмировал министр. – Сирийскому режиму не удалось удержать Пальмиру, которая теперь находится в руках ИГ. Это показывает, насколько слаб сирийский режим с военной точки зрения. Я говорю это, чтобы убедить иранцев и русских в том, что в итоге не будет альтернативы политическому урегулированию».
#{smallinfographicleft=773669}Двумя днями ранее Штайнмайер вместе со своим французским коллегой ультимативно потребовали (и тоже почему-то от России и Ирана) обеспечить безопасность членам так называемой Сирийской гражданской обороны. Члены этой организации более известны как «белые каски». Это спонсируемая западноевропейскими правительствами организация, претендующая на роль аполитичных спасателей, а на деле – активных участников обороны восточной части Алеппо на стороне разнообразных джихадистов и бывших «умеренных». Дополнительную известность этой организации обеспечила фабрикация множества фейковых видеоклипов и активная работа в социальных сетях, где от имени сирийских детей создавались фальшивые аккаунты, сравнивавшие события в Алеппо с холокостом и требовавшие «остановить Россию и Иран» с помощью ядерного оружия. Информационная война с участием «девочек с косичками» до сих пор никуда не делась. Озабоченность же Штайнмайера связана в основном с тем, что «белые каски» финансируются в том числе из бюджета ФРГ.
Позиция Штайнмайера по поводу Алеппо психологически понятна. Удержание части крупнейшего сирийского города оппозиционными Дамаску силами считалось важным фактором политического давления на Асада на планируемых переговорах о будущем Сирии. В Западной Европе потратили много сил в попытках убедить всех в том, что в восточной части Алеппо имеются неназванные «здоровые силы оппозиции», способные привести страну к процветанию и демократии, если только они победят и свергнут «кровавый режим». Препятствием на этом пути стали Россия и Иран, которые поддержали законное правительство в Дамаске. Еще год назад счастье было так близко, и теперь главе германской дипломатии приходится утешать себя и своих сторонников тем, что «война не закончилась».
Представление о том, что в восставшей части Сирии до сих пор есть кто-то, с кем можно вести переговоры об общем будущем, заразно. Даже в России в части экспертной среды достаточно людей, сопереживающих «умеренным» по каким-то иррациональным причинам. При этом все чаще употребляется термин «шабиха» (от арабского корня «признак») – так называются различные проправительственные добровольческие подразделения преимущественно из алавитов, которые еще в 80-е годы начали формировать братья Намир и Рифат Асады. За время гражданской войны пропаганда превратила шабиху в жупел, ее участников обвиняют в военных преступлениях, пытках и казнях. Теперь стали массово появляться новые видеоматериалы, якобы свидетельствующие о зверствах шабихи в освобожденных районах Алеппо. Утверждается даже, что возможность выхода из восточной части города получили только те местные жители, у кого были родственники в шабихе. Это бред по определению, поскольку население Алеппо поликонфессионально, но в основном состоит из суннитов, а контроль над перемещенными лицами осуществляет еще и российский Центр по примирению.
В целом победа в Алеппо породила целую волну новой критики в адрес России. На ее внутреннем рынке утверждается мысль, что Москва не имеет в Сирии заявленной цели, а дежурной поддержкой правительства Асада вступает на скользкий путь Афганистана. Но эта цель есть, и сейчас, помимо борьбы с терроризмом, на первый план выходит сохранение территориальной целостности Сирии и общего уклада ее жизни как светского и поликонфессионального государства. А для этого и требуются военные победы. Сохранять власть невесть каких бармалеев в Ракке и Идлибе недопустимо, в такой ситуации вести речь о политическом диалоге вообще невозможно. Но даже позиция сирийской оппозиции, считающейся «умеренной», основана на ультимативном требовании отставки Асада. Разве что некоторые готовы подождать еще пару лет, а некоторые уже сейчас делают ставку на раскол страны, создают «правительства в изгнании» или пытаются формировать параллельные органы власти в подконтрольных им районах.
Новая военная ситуация, сложившаяся после зачистки Алеппо, вынуждает широкий круг людей – от Штайнмайера до российских либеральных экспертов – искать новые линии противостояния уже в политической сфере. Не соприкосновения и диалога, а именно противостояния. Западу сейчас крайне сложно изобрести новую оппозиционную структуру, которая пользовалась бы достаточной легитимностью хотя бы в одной провинции Сирии, для того, чтобы ее можно было посадить за стол переговоров. Разнообразные «зонтичные» союзы и советы в реальной жизни не сработали, и контроль над захваченными территориями осуществляют в основном джихадисты. Можно, как американцы, идти на поводу у племенных вождей, а потом удивляться безблагодатности происходящего. Можно вести бесконечные закулисные переговоры с турками, которые понимают только силу. Но все это не приблизит установление прочного мира в Сирии. Никто из тех, кто продолжает изобретать новые оппозиционные группы и лоббировать им кресла в переходном правительстве, не связан с ситуацией на местах.
Но на фронте уже давно не важно, как называется та или иная оппозиционная группа – ровно с тех пор, когда Джон Керри эффективно просаботировал отделение чистых от нечистых (то есть «умеренных» от террористов).
Конфигурация фронта будет меняться и далее. Будут продолжаться требования США и западноевропейской дипломатии приостановить наступление ради очередной гуманитарной паузы. На это никто уже не пойдет, поскольку реальной пользы от этих пауз нет, а ожидать практического участия наших партнеров в установлении мира в Сирии уже не приходится. Мир там возможен только в результате военной победы Асада, и лишь с ее приближением можно будет говорить о конфигурации нового правительства или даже о составе группы переговорщиков.
В конце концов, есть большие сомнения в том, что сколь-либо существенная часть населения Сирии вообще поддерживает эти искусственные оппозиционные организации. Большинство из них за время гражданской войны успело доказать свою бессмысленность. Напротив, операции сирийской армии могут записать себе в актив тысячи населенных пунктов, которые были втянуты в противостояние, но потом нашли общий язык с властями. В списке причин затянувшейся гражданской войны было много искусственных, привнесенных извне, и только избавившись от них можно будет говорить о мире.
И при этом вполне можно будет обойтись без советов, а тем более – ультиматумов Штайнмайера и его коллег. После взятия Алеппо на них даже отвлекаться не обязательно.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ