В пятницу Минобороны сообщило об освобождении села Безымянное в Донецкой народной республике (ДНР). Безымянное – очередная точка на маршруте продвижения российских войск по направлению к Дружковке и трассе Н-20. Ранее, в начале текущей недели, бойцами Южной группировки войск было освобождено предыдущее на этом пути село Клиновое.
Оба этих села небольшие, но важные. Они расположены неподалеку от железной дороги Краматорск – Часов Яр – Артемовск к северу от Константиновки. Далее на запад, за железнодорожным полотном – уже трасса Н-20 и окраины Дружковки. То есть, таким образом не только создается угроза окружению Константиновки или хотя бы прерыванию снабжения этого населенного пункта со стороны Краматорска, но и формируется плацдарм для оказания давления на Дружковку – важную позицию между Константиновкой и Славянско-Краматорской агломерацией.
Продвижение всей Южной группировки на этом участке долгое время шло не самыми быстрыми темпами. Это объяснялось сложностью рельефа, постоянной переброской на Константиновское направление противником дополнительных подразделений и хорошим снабжением его позиций со стороны Краматорска.
Длительное время ВСУ обороняли Константиновку именно за счет обеспечения снабжения из Краматорска по трассе Н-20, которая связывает все крупные населенные пункты этого участка. По сути, это единственная сквозная артерия, проходящая по центру городов, и ее обороне и поддержанию противник уделяет много внимания и ресурсов.
Сейчас же бои идут уже почти в центральной части Константиновки, к востоку от железной дороги Краматорск – Донецк (полотно делит город на две почти равные части), а сама линия боевого соприкосновения достаточно отодвинута от Часова Яра, чтобы можно было думать о ставших уже привычными фланговых маневрах ВС РФ. Высвободились и те части, которые ранее были сконцентрированы на движении от Часова Яра на запад.
Десантники совершили рывок в обход ж/д станции Веролюбовка (и как раз в пятницу заняли соседнее село Безымянное). Их целью, видимо, было занятие не столько населенных пунктов, сколько позиций по изгибу железнодорожного полотна, что обозначило бы угрозу всей группировке противника от Дружковки до Константиновки.
Нет уверенности в том, что военнослужащие ВСУ коммуницируют друг с другом на таких расстояниях, но появление передовых российских частей в глубине тыла и на открытом фланге само по себе было способно добавить паники в обороне противника. Отсюда и столь яростное отрицание сообщений российского Министерства обороны в украинском информационном поле.
Надо понимать, что трасса Н-20 – единственный и основной путь снабжения, тянущийся от Краматорска до Константиновки. Даже теоретическая угроза ее прерывания или хотя бы постановки под контроль российскими беспилотниками будет означать начало быстрого краха всей системы обороны противника. И потому ВСУ уже несколько дней спешно меняют конфигурацию линии боевого соприкосновения, оборудуя промежуточные позиции в Алексеево-Дружковке – еще одном населенном пункте в окрестностях Константиновки на трассе Н-20, у старого мелового карьера и у Кутовки.
Кроме того, под сомнение поставлена и ключевая для противника позиция на старом аэродроме Краматорска. Именно эта взлетно-посадочная полоса советского времени (ранее она использовалась для малой авиации) с небольшим комплексом построек превращена ВСУ в штаб управления своими беспилотниками на широком фронте.
Когда прорыв ВС РФ на Клиновое завершится закреплением на этом участке ближе к череде небольших хуторов по реке Беленькой у мелового карьера, то можно будет говорить о формировании непосредственной угрозы уже и самому Краматорску.
Противник на данный момент не может определиться, какую цель преследовал неожиданный для всех рывок российских десантников на Клиновое и Безымянное. С одной стороны, как бы очевидно, что создаются предпосылки для окружения оставшейся части Константиновки. С другой стороны, создается угроза Дружковке, которая воспринимается как промежуточная позиция на пути к Краматорску. И, наконец, формируется новая линия боевого соприкосновения фронтом на север в сторону Краматорского аэродрома.
В такой ситуации ресурсы и силы противника подвергаются чрезмерному напряжению и разрушается связность «старой» оборонительной схемы, которая изначально не предусматривала никаких изгибов восточнее Дружковки, а была рассчитана исключительно на фронтальное противостояние ВС РФ южнее Константиновки. К появлению же российских войск восточнее Дружковки сейчас оборона ВСУ, очевидно, не готова.
Примечательно, что линия боевого соприкосновения южнее Константиновки тоже постепенно теряет актуальность и может прекратить свое существование после того, как ВС РФ выйдут на северный берег Клебан-Быкского водохранилища. В сочетании с уличными боями в самом городе противник будет вынужден формировать новую оборонительную позицию в западной части. Ранее эта сторона не рассматривалась ВСУ как опасная.
А если добавить к этому угрозу прерывания снабжения по трассе Н-20, то прогнозы о возможном освобождении города к середине декабря выглядят весьма реалистично.
Ранее начальник Генерального штаба ВС РФ генерал Валерий Герасимов докладывал Владимиру Путину о занятии примерно 30% зданий в Константиновке. К этому стоит добавить, что центральная часть восточной половины города вплоть до Второй городской больницы (в реальности эта больница – вполне сельского типа постройка, а не комплекс бетонных зданий, как, например, Первая горбольница в северо-западной половине) находится в серой зоне. Противник оставил эту территорию на прошлой неделе, осознав невозможность ее удержания.
И сейчас на наших глазах формируется новая конфигурация движения ВС РФ на всем Константиновском направлении. А это весьма важно, поскольку постепенное движение линии боевого соприкосновения к северу будет дополнено энергичными фланговыми маневрами, за которыми противник просто не успевает.
Киев, очевидно, планировал на этом направлении максимально долго затягивать боевые действия путем удержания сплошного фронта южнее Константиновки. Теперь же эта стратегия развалилась, а придумывать новую и создавать новые оборонительные позиции на флангах всей своей группировки у противника нет ни сил, ни времени.