В ночь на понедельник в районе 1.35 мск российские средства ПВО сбили украинский беспилотник на малой высоте при подлете к военному аэродрому в Энгельсе. По данным Минобороны, из-за падения обломков БПЛА погибли трое российских военных технического состава. Авиационная техника не пострадала.
Вместе с тем это уже вторая атака на стратегические аэродромы России за последний месяц. 5 декабря Минобороны подтвердило налет на аэродромы Дягилево в Рязанской области и Энгельс в Саратовской области, а также гибель троих российских военнослужащих в результате нападения беспилотников ВСУ.
Тогда российские ПВО сбили беспилотники, летевшие на малой высоте, в результате взрыва и падения была незначительно повреждена обшивка корпуса двух самолетов. Отметим, что на аэродроме в Энгельсе, как и в Дягилево, базируются стратегические бомбардировщики дальней авиации ВКС России.
«У подобных атак есть несколько целей. Во-первых, вызвать деморализующий эффект в России, но это у них не выйдет. Во-вторых, продемонстрировать украинской аудитории якобы способность ВСУ достигать каких-то значимых военных результатов. В-третьих, прощупывать по согласованию с НАТО нашу оборону», – считает эксперт в области ПВО Юрий Кнутов.
«Однако и чисто военные цели здесь тоже стоит учитывать. Подобные «комариные укусы», даже одним беспилотником, могут привести к серьезным последствиям, учитывая специфику военной техники, которая размещена на авиабазе в Энгельсе», – добавил эксперт.
«Но психологический аспект подобных атак, бесспорно, имеет доминирующее значение. Об этом говорят и сами представители ВСУ. Они хотят оказать влияние на наших граждан и показать им, что они находятся в зоне досягаемости возможных ударов со стороны ВСУ. Такие попытки командованием украинской армии предпринимались неоднократно», – отмечает Кнутов.
«Кроме того, противник уже заявлял о разработке новой модели дрона с радиусом действия до тысячи километров. Каких-то подробностей они не раскрыли. Возможно, мы имеем дело с неким прототипом этого дрона. Либо, что наиболее вероятно, в повторной атаке на аэродром в Энгельсе использовался хорошо знакомый нам Ту-141 «Стриж» с американской или британской начинкой», – предположил эксперт.
Сам по себе «Стриж» летает на предельно малых высотах, что усложняет его обнаружение, особенно когда речь идет об одиночном БПЛА, а не о «стае». Это касается не только российской ПВО, но ПВО стран НАТО. Здесь достаточно вспомнить инцидент, который произошел в марте текущего года, когда натовская система ПВО «проворонила» запущенный с Галичины «Стриж». В результате он упал в Загребе, столице Хорватии.
«Вероятно, в этот раз «Стриж» сбивала объектовая ПВО в момент выхода беспилотника на «горку» для проведения атаки. Этим и вызвано падение обломков на аэродром. В этой связи нам необходимо не только шире использовать комплексы С-300 ПМУ-2 совместно с «Панцирями» и «Торами», но и расширять наши возможности дальнего обнаружения целей с помощью воздушной разведки, лишая противника способности реализовать свои военные и пиар-замыслы», – подчеркивает Кнутов.
«Нам необходимо вновь создать полноценное радиолокационное поле над всей страной. Это позволило бы обнаруживать и сбивать БПЛА противника еще в отдалении. Альтернативой может быть выстраивание поля над ключевыми районами с достаточной границей для перехвата беспилотников. Такая защита существовала в СССР, пока в ходе реформ Сердюкова не была уничтожена», – добавил доктор военных наук Константин Сивков.
«Процесс восстановления радиолокационного поля крайне тяжелый – необходимо ставить огромное число радиолокационных станций. Важно создавать самолеты радиолокационного обнаружения (ДРЛО), например, А-50 и А-100. На момент распада СССР у нас было более 30 таких машин. Ими можно было обеспечить контроль над всей европейской частью России. Сейчас в нашем распоряжении всего лишь девять самолетов А-50», – акцентирует эксперт.
«Второе нападение на Энгельс, хотя оно и выглядит как попытка пиара со стороны ВСУ с целью давления на наше общественное мнение, – это повод для применения ответных мер с повышенной жесткостью. Нам необходимо в кратчайшие сроки нанести мощный удар по позициям противника, используя серьезное вооружение. Я бы даже не стал исключать бомбы свободного падения», – подчеркивает собеседник.
«При этом важно помнить, что ни о каких ударах по мирным жителям разговора быть не может. Здесь речь идет о специализированных объектах противника, его позициях, расположениях, скоплении техники и живой силы. ВСУ должны усвоить, что подобные нападения на наши стратегические объекты не останутся без ответа», – заключил Сивков.