В понедельник Верховный суд России признал молодежное криминальное движение или субкультуру АУЕ («Арестантский уклад един», «Арестантское уркаганское единство» или «Арестантское уголовное единство») экстремистской организацией. Заседание прошло в закрытом режиме. По итогам заседания суда АУЕ была признана «хорошо структурированной и управляемой организацией» – молодежным движением экстремистской направленности.
Как пояснили в Генпрокуратуре, деятельность движения представляет реальную угрозу жизни и здоровью граждан, обществу и государству. В его деятельность активно вовлекались подростки и молодежь, чья психика наиболее подвержена деструктивному воздействию. Участники АУЕ причастны в том числе к организации массовых беспорядков, поэтому запрет организации позволит эффективнее защищать интересы молодых людей и «способствовать оздоровлению общества», добавили в ведомстве.
Позже в правоохранительных органах сообщили о том, что у «Арестантского уклада» больше 34 тысяч активных приверженцев в 40 регионах, из которых до 40% – подростки от 13 до 17 лет. При этом за три с половиной года правоохранители пресекли деятельность более тридцати групп АУЕ.
Как напоминают криминалисты, аббревиатура фигурирует в уголовной хронике примерно с осени 2010 года, когда в Белореченской воспитательной колонии на Кубани произошли беспорядки, участники которых использовали речевку «АУЕ». Впрочем, в первую очередь эта субкультура развилась в регионах Дальнего Востока. Так, анонимный опрос, который сотрудники полиции провели среди школьников Забайкальского края, показал – ученики школ и училищ 15 районов либо сами состояли в АУЕ, либо знали о его существовании. Опрос показал, что
«тюремный устав они знают лучше, чем таблицу умножения».
В Госдуме полагают, что это молодежное движение лишь на первый взгляд кажется стихийным сообществом пабликов в соцсетях, а на самом деле у него наверняка есть совершенно конкретные кураторы – по крайней мере, в некоторых регионах.
Бывший советник главы Росгвардии, депутат Госдумы Александр Хинштейн не исключил причастности сторонников АУЕ к протестам в Хабаровске. «В силу исторических причин там большая, чем в других регионах, часть населения относится терпимо к уголовно-блатной романтике, и пропаганда «единого арестантского уклада» легла на благодатную почву», – сказал он газете ВЗГЛЯД. «Я не верю в народное творчество и энергию масс в этом вопросе. Даже если изначально АУЕ возникло как некая игра, то позже организаторы преступных сообществ подхватили ее и начали развивать, увидев в этом возможность для вовлечения молодежи в свои ряды», – уверен Хинштейн.
Генерал-майор полиции в отставке Владимир Ворожцов считает, что эта субкультура процветает в регионах, где значительная часть населения успела отсидеть в тюрьме. «В Сибири и на Дальнем Востоке есть районы, где в местах лишения свободы ранее побывало до трети населения. Откуда там возникнет противостояние идеологии преступного мира?» – риторически спрашивает эксперт.
Правда, генерал сомневается в том, что у АУЕ выстроена четкая вертикальная структура. «Уровень изучения этой проблемы не позволяет однозначно утверждать, что есть единая система управления. Но так или иначе она способна сформироваться. Четко выявленного главаря нет, но молодежные движения всегда в той или иной мере попадали под влияние организованной преступности и становились ее авангардом», – рассказал Ворожцов газете ВЗГЛЯД.
Ворожцов напомнил, что нечто подобное АУЕ было популярно у подростков в начале 90-х. «Молодежные группы собирались в качалках, а потом они превращались в мелкие банды, затем – в крупные мафиозные сообщества. Именно так и возникли люберецкие, таганские и прочие группировки», – напомнил он. По мнению генерала, реакция прокуратуры запоздала, потому что АУЕ бурно распространяется уже много лет: «У молодежи становится модным противостояние закону, но молодые люди не чувствуют границу, где начинается криминал».
Напомним, в пятницу генеральный прокурор Игорь Краснов распорядился усилить профилактику вовлечения подростков в деструктивные организации и движения, уделяя внимание противодействию распространению среди подростков идеологии «Арестантского уркаганского единства».
Хинштейн тоже недоумевает, почему прокуратура раньше не добилась запрета АУЕ. «Проблема возникла не вчера: и криминологи, и правозащитники давно говорили об опасности этого явления», – сказал Хинштейн. «Проходили разные мероприятия, вопрос поднимался на заседании Совета по правам человека (СПЧ) при президенте, но какого-то кардинального решения, способного поставить точку, никто не предлагал».
Хотя, по понятным причинам, движение никогда не регистрировалось, и судебный запрет не приведет к его моментальному роспуску, однако он позволит пресекать всю пропаганду «Арестантского уклада» в Сети и в прессе. «Механизм, введенный Верховным судом, оптимален. Если даже он не позволяет полностью блокировать любое упоминание об АУЕ, он обязывает СМИ добавлять, что это движение включено в список экстремистских и запрещено», – пояснил Хинштейн.
Правоохранительные органы будут устанавливать участников АУЕ, проверяя их высказывания в социальных сетях и других открытых источниках, предположил адвокат Андрей Гривцов в интервью ТАСС. Он не исключил, что основанием для возбуждения дел об экстремизме может стать даже простая символика.
«Эта криминальная субкультура появилась в нашей стране довольно давно, в 90-е годы, но сейчас АУЕ уже представляет стратегическую опасность для государства и общества», – считает бывший глава СПЧ, действительный государственный советник Михаил Федотов. Эксперт пояснил, что «АУЕ» – это молодежная программа криминального мира, эта идеология проникает в школы, детские дома, интернаты: «Через нее вербуется новое поколение криминального мира».
«Мы впервые столкнулись с этим явлением, когда делегация Совета по правам человека посещала Забайкальский край. Потом выяснилось, что это явление имеет общероссийский размах. Не только в Сибири и на Дальнем Востоке, но, к сожалению, в других регионах, в том числе в московском, мы тоже с этим сталкивались», – рассказал Федотов газете ВЗГЛЯД.
«Большая доля ответственности лежит на телевидении.
Многочисленные сериалы про бандитов и воров не могли не сыграть свою роль.
К сожалению тюремная романтика привлекает достаточно значительную часть нашей молодежи», – сетует правозащитник.
Участники АУЕ в последние годы уже не раз оказывались героями уголовной хроники. Неформальной вотчиной субкультуры еще несколько лет назад считалось Забайкалье, а точнее Хилокский район, расположенный на юге края. Именно здесь имели место самые резонансные преступления, связанные с «Арестантским укладом». В сентябре 2015 года в селе Могзон подростки бейсбольными битами забили насмерть участкового полицейского и двух его друзей. А в феврале 2016-го уже в райцентре, городе Хилок, полтора десятка воспитанников коррекционной школы-интерната, вооруженные железными прутьями и палками, напали на городское отделение полиции, попытались освободить своего друга, задержанного за хулиганство. Подростки отступили только после того, как полицейские сделали несколько предупредительных выстрелов в воздух из табельного оружия.
География уголовной субкультуры весьма широка. В Петербурге были задержаны двое подростков, предположительно из банды АУЕ, которые подозреваются в нападении и избиении прохожего, сделавшего им замечание. Сургутские школьницы, которые издевались над сверстницей и вымогали у нее деньги, также оказались сторонницами АУЕ.
В 2016 году портал «Такие дела» сообщал о том, что представители движения АУЕ назначают в школах и детских домах своих «смотрящих», которые собирают дань с одноклассников, заставляя их жить по воровским понятиям. В зависимости от своего социального положения участник АУЕ должен ежемесячно уплачивать от 50 до 250 рублей. Покинуть сообщество нельзя – членство в нем пожизненное.
Те же подростки, кто вступил в сообщество, но позднее попытался его покинуть или просто отказался сдавать деньги в «общак», становятся изгоями. Они попадают в ранг «опущенных», их систематически подвергают моральному и физическому насилию: избивают, могут облить водой из унитаза или даже изнасиловать. При этом даже «опущенные» имеют свою «ступеньку» в иерархии, то есть АУЕ признает их своими представителями. Как отмечал портал Тайга.инфо, они не могут подняться по воровской социальной лестнице, но тоже обязаны «греть» – добывать деньги и продукты питания.