Под Новый год стало известно, что сдача новых атомных подводных лодок – «Казани» и «Новосибирска», проекта «Ясень-М», и подлодки специального назначения «Белгород», носителя самоходных подводных аппаратов (СПА) «Посейдон» переносится на следующий год. В случае с «Казанью» можно добавить слово «опять» – лодка уже, мягко говоря, подзадержалась на испытаниях. Ее спустили на воду аж в 2017 году, и сейчас, на пороге 2021-го, она все еще не принята в боевой состав.
Что же с ними не так?
«Ясени-М»
Для начала стоит обратиться к тому, что вообще такое проект 885М, известный под шифром «Ясень-М». Тактико-техническое задание на проект 855 «Ясень» (без «М») подписал еще Главком ВМФ СССР С. Г. Горшков в 1977 году. Сегодня в СМИ можно найти информацию о том, что эта лодка должна была заменить и многоцелевые лодки проекта 971, и носители противокорабельных крылатых ракет проектов 949 и 949А.
Реально это не так. На замену «охотникам на подлодки» – многоцелевым «Щукам-Б» проекта 971 – предназначалась подлодка проекта 957 с шифром «Кедр», которая никогда не увидела серийного производства. Проект же 885 «Ясень» родился как замена «батонам» проектов 949 и 949А. Это уже потом, когда сначала позднесовесткая промышленность просто не осилила «Кедр», ВМФ объявил, что «Ясень» заменит собой все лодки, кроме носителей баллистических ракет. Реально же этот корабль для такого не предназначался, это была вынужденная мера после провала «Кедра». А потом СССР развалился, и стало вообще не до теоретических концепций.
Заложенный в 1993 году «Северодвинск» (головная лодка проекта) был попыткой скрестить «ужа и ежа». Лодка создавалась в мучениях. Еще когда головной (и единственный) «Ясень» стоял на стапелях, стало ясно, что попытка «скрестить» привела к переусложнению корабля. Кроме того, необходимо было адаптировать проект к новым реалиям – «Северодвинск» заложили еще в 1993-м, когда были другие доступные смежники, а проектировали его вообще при СССР, в единой стране. Теперь проект надо было переделать под имеющихся поставщиков комплектующих, и они должны были быть только российскими. Еще до спуска было ясно, что у корабля будет масса недостатков, что позже, при эксплуатации, подтвердилось. Появления этих недостатков на новых лодках решили не допускать.
В итоге родился проект 855М «Ясень-М». Многие считают, что это усовершенствованный «Ясень». Это не так. Похожие номер и шифр не должны никого обманывать. В нем очень многое переделано полностью, и дело тут не только в том, что у нового проекта короче корпус, меньше осадка и больше ракет в вертикальных пусковых. Изменения там куда существеннее. У этого корабля отсеки иначе скомпонованы, уменьшено число торпедных аппаратов, изменены углы их установки, другие механизмы и корабельные системы, радиоэлектронное оборудование существенно отличается... Это просто другая лодка. И головным (то есть первым из построенных) кораблей этого типа является именно «Казань».
Широко известно, как в современной России рождаются новые типы боевых кораблей. Разгром военного кораблестроения, непродуманные реформы, пересмотры распределения полномочий между Главкоматом ВМФ и аппаратом МО в целом привели к интеллектуальному краху в нашем кораблестроении. Заказчик зачастую не знает, что он хочет, или знает, но сформулировать не может, а строитель не всегда понимает, как это сделать. В итоге новый проект – это как пожар. В нем толком ничего никогда не работает, и потом его приходится подолгу переделывать. Так что задержки «Казани» и «Новосибирска» не должны удивлять – все новое в нашем флоте еще долго будет рождаться в муках.
Какими могут быть недостатки обеих лодок? Мы можем кое-что предположить. Так, и «Ясень», и «Ясень-М» должны были иметь на вооружении антиторпеды типа «Ласта». Но их нет, они не закупаются для ВМФ, и даже информации о каких-то экспериментальных стрельбах нет.
Вполне возможно, что у лодок есть какая-то проблема, препятствующая их применению, так как сами антиторпеды поражали подводные цели еще в конце 90-х, и дело явно не в них.
Эта проблема едва ли является единственной на новейшем корабле. Ряд таких проблем вполне может не дать военным принять корабль, а дальше встанет в полный рост фактор его конструкции – дело в том, что у «Ясеней-М» очень плотная компоновка. Эта лодка всего на 20 м длиннее «Щуки-Б», но в нее при этом ухитрились установить намного больший по объему носовой гидролокатор, 50 ракет в вертикальных пусковых установках, более габаритные бортовые (расположенные по борту под углом к центральной оси корабля) торпедные аппараты и массу другого оборудования, которого в «Щуке-Б» нет. А ведь у «Щуки-Б» тоже очень плотная компоновка. Этот факт приводит к тому, что более-менее серьезная переделка каких-то узлов может потребовать очень большого объема работ. Вплоть до резки элементов корпуса в некоторых случаях, иначе нештатно работающий узел может просто оказаться невозможно демонтировать.
Вот и получается, что лодка курсирует между заводом и полигоном. Что мы, собственно, и наблюдаем. С учетом того, что флот сейчас закрывает глаза даже на тяжелые недостатки новых кораблей, можно догадаться, что проблемы у лодок очень серьезные. Или, по крайней мере, были таковыми. Будем надеяться, что в следующем году все вопросы по «Ясеням-М» будут закрыты.
С третьей же подлодкой, «Белгородом», ситуация другая.
«Белгород»
«Белгород» – одна из самых таинственных российских подлодок. Во-первых, потому, что это подлодка не ВМФ, а Главного управления глубоководных исследований Минобороны. Строго формально, Главкомату ВМФ эта структура почти неподотчетна, ею командует непосредственно начальник Генштаба. Деятельность ГУГИ окутана массой легенд и мифов, а реальные факты о ней глубоко засекречены. В случае с «Белгородом» налет секретности еще и усугубляет то, что эта лодка – первый носитель межконтинентальных торпед с ядерной энергоустановкой. Самоходных подводных аппаратов (СПА) «Посейдон».
Проблемы «Белгорода» лежат в иной плоскости, нежели у «Ясеней-М». Эта лодка изначально строилась по проекту 949АМ и должна была быть первой модернизированной ракетоносной подлодкой из лодок третьего поколения, ее основным вооружением должны было стать несколько десятков крылатых ракет семейства «Калибр» или «Оникс». Разные источники оценивают залп «Белгорода» (которого сейчас уже не будет) в 72–100 ракет. Этот корабль отличался бы существенно меньшей, нежели у немодернизированных лодок, шумностью. Такая подлодка была бы одинаково полезна и в локальной войне типа сирийской, и как инструмент сдерживания, и в большой войне, в которой Россия ставила бы перед собой задачу если не победить, то хотя бы выжить.
Вместо этого лодку отдали ГУГИ. АПЛ была удлинена, за рубкой в ее легком корпусе был выполнен отсек для необитаемого подводного аппарата типа «Клавесин». В нижней части, под килем, оборудованы захваты и шлюз для малогабаритной атомной подлодки – глубоководной станции, типа печально известной теперь АС-31 «Лошарик». Ракетного оружия у лодки теперь не будет.
Так эта лодка стала такой, какой стала. Из этого следует первый вывод – тех проблем с новой и неиспытанной конструкцией, которые есть у «Ясеней-М», у «Белгорода» как такового, да еще в таком объеме, просто не может быть. В основе своей это все же тот же самый «батон», и те отличия в конструкции, которые он имеет, не являются радикальными. Инфраструктура для применения подводных аппаратов типа «Клавесин» и глубоководных станций на борту тоже чем-то сверхъестественным не является.
Предполагать можно много, но кое-что известно точно. А именно то, что ни одного испытания СПА «Посейдон», анонсированного руководителями Минобороны или же анонимными источниками, в срок проведено не было. А значит, если с чем-то и связана задержка в сдаче этой подлодки, то с этим оружием – единственным, что на «Белгороде» является абсолютно новым и никогда ранее не создававшимся.
Длина у сверхторпеды без малого вдвое больше, чем у баллистической ракеты, на ее борту находится ядерный реактор. Такое изделие нельзя просто оставить в торпедном аппарате или ином пусковом механизме, оно может потребовать обслуживания или экстренного ремонта.
Его подготовка к пуску не мгновенна, и это процесс, связанный с запуском ядерного реактора. Все это должно выполняться прямо внутри отсека с торпедой, потому что из-за ее размеров вытащить ее из торпедного аппарата (или что там вместо него) в торпедный отсек нельзя. В свою очередь к торпедному аппарату (назовем это так) предъявляются такие требования, которых к обычному торпедному аппарату не предъявляют никогда. Это касается и радиационной безопасности, и условий для длительного хранения ядерного оружия (боевой части сверхторпеды), и многого другого.
Иначе говоря, если и грешить на какие-то причины задержки сдачи «Белгорода», то, скорее всего, это причины, связанные с «Посейдонами». Тут, увы, оптимизму взяться неоткуда – по сравнению с ракетами система исключительно сложна и конструктивно, и в применении. В итоге сдача «Белгорода» в состав ВМФ России может затянуться, и довольно существенно.
* * *
Наше военное кораблестроение по-прежнему переживает сложные времена, и задержка со сдачей подлодок тому яркое свидетельство. К сожалению, только часть проблем носит технический характер. Другая, и очень значительная, носит организационный. Конкретно на кораблях это отражается в том, что не всегда получается правильно организовать как процесс проектирования, так и процесс постройки. Потом, на уже построенном корабле, приходится переделывать массу всего, что требует и времени, и денег.
И если пробелы с технологическими возможностями страны решаются долго и трудно, то приведение в норму организационных моментов вполне могло бы быть сделано уже давно. А пока нам остается только дальше ждать сдачи флоту новых кораблей и подлодок.