Прежде всего определимся с критериями. Как определить, чей флот мощнее?
Военно-морской флот представляет собой сложную систему, которую едва ли возможно охарактеризовать одним числовым показателем. Даже в эпоху брони и пара, когда морское могущество являлось, по сути, эквивалентом суммарной массы бортового залпа, были нюансы: начальная скорость снаряда, определявшаяся длиной ствола и мощностью заряда; угол возвышения орудий; масса и тип взрывчатого вещества; толщина, марка и расположение брони.
В наше время, когда титул главной ударной силы в войне на море в ситуации «флот против флота» перешёл к противокорабельным крылатым ракетам, нюансов и неопределённостей стало ещё больше. Дальность пуска, маршевая и конечная скорость ПКР, схема полёта, масса боевой части, совершенство головки самонаведения, способность к противозенитному манёвру и постановке помех, уровень заметности цели, эффективность её ПВО и средств РЭБ. Разработка метода сравнения ударной мощи флотов, учитывающего названные факторы, возможна только при наличии достоверных исходных данных, многие из которых по понятным причинам засекречены.
Учитывая сказанное, не остаётся ничего другого, как сравнивать военно-морские силы стран мира по суммарному полному (для ПЛ – надводному) водоизмещению боевых кораблей основных классов. На первый взгляд данный метод может показаться чересчур упрощённым и даже наивным, однако он имеет полное право на жизнь, поскольку в большем водоизмещении можно разместить большее количество вооружения (средств нападения и защиты).
Канонического толкования понятия «корабли основных классов» не существует. Но, наверное, будет правильным отнести к ним атомные и неатомные подводные лодки от 1000 тонн и надводные корабли от 2000 тонн – авианосцы, крейсера, эсминцы, фрегаты, корветы и десантные корабли, то есть ту компоненту ВМС, которая в той или иной степени способна проецировать силу на удалённые регионы мира.
Государств, располагающих военными кораблями тех или иных классов, великое множество (166 согласно авторитетному Jane's Fighting Ships). Рассматривать их всех было бы усердием не по разуму, поэтому ограничимся теми 13 державами, которые к середине 2019 года сумели преодолеть барьер в 100 тыс. тонн совокупного водоизмещения.
Лиги и клубы
Группу 100-тысячников с 34-кратной диспропорцией между крайними её членами можно условно разделить на четыре лиги (в скобках – суммарное водоизмещение в тысячах тонн): высшую – 1) США (3 526); первую – 2) Китай (905), 3) Россия (754); вторую – 4) Япония (453), 5) Британия (297), 6) Индия (259), 7) Франция (254), 8) Южная Корея (201) и третью – 9) Италия (165), 10) Австралия (121), 11) Испания (113), 12) Турция (106), 13) Бразилия (104). За кадром остаются четвёртая лига, состоящая из претендентов в третью – таких, как Канада, Германия, Египет; пятая – страны, основу ВМС которых составляют несколько неатомных ПЛ и фрегатов (Норвегия, Португалия, Малайзия, Перу, ЮАР и др.) и шестая – откровенные аутсайдеры с крошечными «москитными» флотами из корветов, ракетных, патрульных и десантных корабликов и катеров.
Кроме того, большой клуб 100-тысячников включает в себя три малых элитных клуба: атомный подводный, авианосный – США, Россия, Китай, Британия, Франция, Индия (в части авианесущих кораблей остальные страны из топ-13 вынуждены довольствоваться лёгкими вертолётоносцами и универсальными десантными кораблями), а также клуб океанской зоны, членство в котором определяет среднее водоизмещение от 7000 тонн – США, Британия, Франция, Россия.
Критерий в 7000 тонн достаточно условен, но не случаен. Корабли, обладающие подобным и большим водоизмещением (атомные подводные лодки, авианосцы, крейсера, эсминцы, авианесущие десантные корабли) могут практически без ограничений оперировать в любую погоду в любом районе Мирового океана. ВМС, среднее водоизмещение которых составляет от 3500 до 7000 тонн (соответствует небольшим атомным ПЛ, фрегатам и большим танкодесантным кораблям), способны эффективно действовать в дальней морской зоне (примерно до 1500 миль от береговой черты), до 3500 тонн – в ближней морской зоне (где-то от 100-200 до 500 миль от берега). В топ-13 присутствует только одна страна с ВМС БМЗ – Турция (среднее водоизмещение 2900 т).
Динамика развития
Представляет интерес динамика роста (или упадка) ВМС 13 ведущих морских держав за последние два-три года.
Абсолютный доминант в области морских вооружений, коим уже давно являются США, казалось бы, не показал с начала 2017 года особо бурного роста, который составил всего 6,2%. Однако в переводе на тонны, прирост этот поражает воображение, поскольку он превосходит суммарное водоизмещение всех кораблей основных классов ВМС Италии (!) – 204 против 201 тыс. тонн (следует отметить, что половиной своего прироста US Navy обязан авианосцу «Джеральд Форд»).
В процентном же отношении в роли рекордсменов выступают Турция (19,3%), Китай (15,8%), Южная Корея (15,1%) и Британия (14,7% – опять же благодаря его величеству авианосцу «Куин Элизабет»). Когорту антигероев военно-морского строительства возглавляет Бразилия (–13,3%), которая наконец-то начала списывать свой антиквариат во главе с АВ «Сан-Паулу», заложенном в 1957 году; за ней следуют Индия (–11,1%), Россия (–5,7%), Франция (как ни странно, –1,6%) и Испания (0%).
Самыми «молодыми» (самыми обновляемыми) военными флотами мира являются китайский (средний возраст 12 с половиной лет, новых кораблей в возрасте до 10 лет включительно – 39,5%), корейский (14 с половиной лет, 36%) и австралийский (15,3 года). Самыми «старыми» – бразильский (средний возраст 31,6 года, новых кораблей нет), российский (25 с половиной лет, 20%) и турецкий (25,2 года, 14%).
Аномалии
Формально в клуб 100-тысячников должны были бы войти ещё два государства – Тайвань и Индонезия (169 и 107 тыс. тонн соответственно). Однако помимо того, что нахождение этих стран в элитном сообществе ведущих морских держав само по себе выглядело бы странным, есть вполне объективные обстоятельства, которые мешают получить им заветный членский билет.
Военный флот Тайваня можно назвать действующей экспозицией музея ВМС США, поскольку состоит он в основном из списанных американских кораблей, которыми Вашингтон щедро вооружал мятежный остров для защиты от агрессии со стороны Пекина. Тут и подводные лодки типа «Тенч»/»Балао» времён Второй мировой войны, и эсминцы типа «Кидд» (улучшенный «Спрюэнс»), и фрегаты типов «Оливер Х. Перри» и «Нокс», и десантные корабли типа «Анкоридж» и «Ньюпорт». Разбавляют дряхлое собрание две голландских ДЭПЛ и шесть французских фрегатов постройки 1980-1990-х годов, но они погоды не делают – средний возраст тайваньских кораблей 35 с половиной лет.
При взгляде на состав ВМС Индонезии в первую очередь бросается в глаза его вопиющий дисбаланс – доля десантных кораблей (по сути, морских транспортных судов с минимальным оборонительным вооружением) в суммарном водоизмещении составляет 75% (!) (для сравнения: в ВМС США – 24%, Китая – 33%, России – 12%). В остальном же индонезийский флот – типичный представитель 5-й лиги.
Турецкий дебют
Строго говоря, вхождение Турции в топ сильнейших флотов мира не является дебютным. Когда-то парусные корабли Османской империи держали под контролем не только Чёрное, но и Средиземное море. Потом был постсинопский упадок (дело рук молодого российского флота) и две тщетных попытки возрождения (при султане Абдул-Азизе и младотурках). И вот наконец президент Эрдоган вывел турецкие ВМС из 4-й лиги в высший свет – за счёт одного корвета и двух танкодесантных кораблей, не использовав даже свой главный козырь – строящийся 27500-тонный УДК.
В целом просматривается стремление Турции к радикальному обновлению и удвоению своего военного флота. Построив на собственных верфях один или даже два универсальных десантных корабля типа «Анадолу» (клон испанского «Хуана Карлоса I», который может использоваться и как лёгкий авианосец), шесть новых ПЛ немецкого проекта 214, до шести и более спроектированных дома 7000-8000-тонных больших фрегатов (эсминцев) TF-2000 и серию малых фрегатов TF-100, турки уверенно займут почётное место в десятке сильнейших.
ВМФ России: место под солнцем
Третье место в рейтинге ведущих морских держав по суммарному водоизмещению кораблей основных классов, которое сегодня занимает Россия – немного не то, чего хотелось бы, но и не повод для печали. Первое место недостижимо (ни для нас, ни для китайцев) – по крайней мере до тех пор, пока США добровольно не снимут майку лидера и не начнут саморазоружаться, как это сделала в своё время Британская империя. Дистанция до 4-го места столь велика, что преодолеть её вряд ли удастся как японцам (на пути вверх), так и нам (двигаясь в обратном направлении). Остаётся борьба с ВМС НОАК за «серебро», которая, впрочем, не должна стать самоцелью.
Статья 39 Основ государственной политики России в области военно-морской деятельности на период до 2030 года, утверждённых два года назад, гласит: «Российская Федерация не допустит существенного превосходства военно-морских сил других государств над Военно-Морским Флотом и будет стремиться к его закреплению на втором месте в мире по боевым возможностям». Именно так – не по водоизмещению, а по боевым возможностям, с которыми у нас, в общем-то, всё благополучно.
Начнём с того, что боеспособность наглухо засекреченных китайских атомных подводных сил находится под большим вопросом. Оба авианосца ВМС НОАК (один в строю, другой на ходовых испытаниях) ещё долго будут выполнять функции учебных из-за проблем с основным палубным самолётом – истребителем J-15 (ремейком Су-27К). Но главное даже не в этом, а в том, что у китайцев нет ничего похожего на созданные еще в СССР противокорабельные ракеты «Гранит» и «Вулкан». Их самая массовая противокорабельная ракета YJ-83 (на базе «Экзосет») – дозвуковая, а новейшая YJ-18 и ещё не принятая на вооружение CX-1 – бледные тени последних модификаций российских 3М54 («Калибр») и 3М55 («Оникс»).
С учётом того, что ударными ракетами, близкими по совокупности боевых возможностей к нашим тяжёлым сверхзвуковым (а скоро и гиперзвуковым) ПКР, не обладают и США, значимого превосходства кого бы то ни было над ВМФ России нет и в помине. Главная проблема отечественного военного флота заключается в необходимости скорейшего обновления и некоторого наращивания корабельного состава – носителей лучшего в мире морского оружия.
Другими словами, нам надо иметь в распоряжении не только сокрушительные и несбиваемые (трудносбиваемые) средства поражения, но и хотя бы один миллион тонн достаточно молодого водоизмещения, в котором эти средства можно было бы разместить. Думается, что к 2050 году эта задача в основном будет решена.