Совет при президенте по русском языку создан позднее других подобных консультативных органов – всего пять лет назад. Но как раз в эти годы русский язык подвергся самой большой внешней атаке. Причем не где-то на чужбине, а на собственной родине, на Украине, где его пытаются вытеснить (через ликвидацию русских школ), заменив даже для тех, кто продолжает считать себя русскими, полонизированным украинским. Но на последнем заседании Совета речь шла не об Украине, хотя и ее Путин упомянул, не называя страну:
«Сегодня мы сталкиваемся с попытками искусственно, я хочу это подчеркнуть, именно искусственно, грубо, подчас абсолютно бесцеремонно сократить пространство русского языка в мире, вытеснить его на периферию... К сожалению, в некоторых странах это становится вполне официальной государственной политикой».
Главными темами стало выполнение закона «О государственном языке Российской Федерации», поддержка и популяризация русского языка и литературы за рубежом. Много говорилось о профессиональном педагогическом образовании, о подготовке и нехватке, особенно в сельских школах, учителей русского языка, о необходимости подготовки новых толковых словарей.
Значение русского языка для русской цивилизации и русского народа понятно, но и его роль для нынешней России, как государства, невозможно переоценить. Путин сразу же сказал, что он «служит основой духовно-исторической общности десятков самобытных культур и народов, в огромной степени обеспечивает суверенитет, единство и идентичность российской нации». То есть это самая настоящая скрепа для федерации – фундаментальней не бывает.
Понятно, что заботиться о настоящей грамотности всех наших граждан, о том, чтобы они свободно владели «великим и могучим» – важнейшая задача государства, часть внутренней политики.
Но и международная роль, то есть влияние на внешний мир русского языка – тоже предмет его забот.
По поводу продвижения русского языка в мире на Совете выступали немногие, но именно на эту тему подробно высказался Владимир Путин. Причем говорил он, по сути, не о языке, а о том, как к нам относятся в мире и с чем это связано. Неожиданно для большинства собравшихся Путин сказал о том, что определяет влияние страны в мире экономика. Но не в примитивно-материалистическом смысле:
«Интерес в целом к языку, особенно в мире, к русскому языку – он будет возрастать по мере роста нашего благосостояния в самом широком смысле этого слова: и народного благосостояния, и страны в целом, роста влияния. Тогда и интерес к языку будет. Не будет этого – не будет, хоть тресни! Хоть у нас еще два-три Толстых появится и четыре Пушкиных – будут переводить просто и всё, это сто процентов, будут хорошие переводчики. А если страна будет мощной, сильной, привлекательной, притягательной – будут учить русский язык».
Ближе к концу заседания Путин уточнил для тех, кто не понял;
«Я не говорил о том, что экономика способствует развитию языка, культуры. Нет, базу создает и вызывает интерес к стране, а значит и к языку... И если страна ничтожная, маленькая, не влиятельная, никому не нужна – и интерес будет пропадать.
Будут в музей ходить, смотреть, кто такой Пушкин, кто такой Толстой, и этот, в конце концов, интерес и к этому пропадет, уверяю вас, как это для нас не было бы печально. Музыку Чайковского слушать, конечно, будут всегда, надеюсь. Но, в принципе, интерес к стране, к культуре, к языку пропадает сразу же, как пропадает интерес к стране как к таковой, как к деятельному участнику международного общения.
В основе интереса к стране лежит, конечно, экономика. Это очевидный факт. Но производная потом и в политике, и в обороне, и так далее».
Путин говорит о том, что только общая мощь страны гарантирует интерес к ней других наций и государств. Эта мощь не измеряется экономическим весом. Но именно экономика дает возможность оставаться участником мирового концерта держав, потому что благодаря ей можно развивать образование, армию, культуру, науку, сохранять природу и свойственный твоему народу уклад жизни.
В конце концов, сильная экономика или, по-старому, народное хозяйство – это то, что делает Россию независимой, самостоятельной. А без этого мы не только не удержим свои огромные пространства, но и не сохраним свою цивилизацию. Русскую цивилизацию, которую в мире ценят и за ее дух, который дышит в том числе и через великую литературу, то есть русский язык, и за боевые качества народа, то есть его армию, и за ее устремленность к правде и справедливости.
Россия последние несколько веков была в центре мировых событий, обладая мощной экономикой, временами, как это было на пике СССР, даже второй в мире. Мы привыкли быть сильными, поэтому так тяжело переживали падение 90-х. Но внимание к нам будет возвращаться, чем сильнее мы будем становиться. Сильнее экономически и сильнее духом. Для интереса мира к нам у нас есть прекрасный фундамент – наша история, то есть наша репутация. Важнейшей частью которой является великая русская литература и русский язык. И Путин прав в том, что стремиться изучать его за границей начнут тогда, когда Россия снова станет важным мировым игроком, силой заметной и экономически, и политически.
Понятно, что русофилы и любители русской словесности, стремящиеся выучить язык Достоевского и Ленина (да, для многих это тоже важно) будут всегда. Но сейчас в мире массово учат китайский не потому, что хотят в подлиннике читать Лао Цзы или Мао. И даже не потому, что китайские власти продвигают по всему миру институты Конфуция (открыв за 15 лет почти шестьсот институтов и вдвое больше классов), а потому, что Китай стал первой экономикой мира, ведущей активнейшую внешнюю экспансию. А ведь китайская цивилизация всегда относилась к числу величайших на Земле. Но почему-то в 60-е годы в мире было на порядок меньше изучающих китайский студентов.
А к нашей стране как раз полвека назад был пик внимания всего мира. Потому что СССР был второй по силе в мире экономической державой и центром новой, альтернативной капитализму мировой системы. Путин вспомнил и об этом:
«Законы рынка ведут к вытеснению языков». Не ведут. Наоборот. Смотрите, еще в советские времена во всей Восточной Европе в школах везде изучали русский язык активно и неплохо, кстати говоря. До сих пор мы пользуемся этим. «Мы» в широком смысле слова, наши партнеры пользуются. Почему? Потому что было целесообразно и выгодно в хорошем и непримитивном смысле этого слова знать русский язык: главный партнер был Советский Союз. От этого зависела карьера, от этого зависело продвижение по службе, сотрудничество реальное было с Советским Союзом большое. Это влияние было. Советский Союз растворился – всё, интерес к языку начал затухать».
Сейчас Россия усиливается – и интерес к русскому языку в мире возвращается. Не у всех и не везде. Но тенденции Путин подметил:
«Но сейчас мы что наблюдаем? Я вам говорю совершенно ответственно, в некоторых странах, с которыми у нас начало возрождаться экономическое, политическое сотрудничество, – всплеск интереса к русскому языку пошел, просто реальный всплеск интереса. Говорят: «Дайте, дайте учебников, преподавателей дайте!». Причем не только в республиках бывшего Советского Союза, но и в так называемом дальнем зарубежье уже, мы видим, очевидный интерес возникает...»
Понятно, что Россия должна всячески поддерживать этот интерес, продвигать за рубежом и русский язык, и русскую культуру. Но при этом понимать главное: чем лучше и счастливее мы будем жить в своей стране, чем сильнее будет Россия как государство русского народа, говорящего на русском языке, тем больше будет к нам интерес. Не наоборот.
Доказывать всему миру величие русской культуры нет никакой необходимости – лидеры Франции и Китая, Анголы и Индии читали Толстого или даже говорят по-русски. Но для того, чтобы русский учили десятки, сотни тысяч студентов по всему миру, Россия должна быть сильной и самостоятельной.