В 1955 году Станислав Лем написал фантастический роман «Непобедимый». По сюжету сверхсовременная боевая техника будущих землян оказывается бессильной перед простейшими инопланетными микророботами, которые нападают тучей или роем. Уничтожить одну такую «мушку» – проще простого, но когда они образуют скоординированный вихрь из миллионов боевых единиц, человек вынужден сдаться.
Прошло более 60 лет, и предсказание Лема, похоже, начинает сбываться – в виде земной и пока по большей части разрабатываемой в США технологии. На передовой военной мысли оказывается разработка роя, пусть пока не «мушек», но уже «трутней» (именно так с английского дословно переводится drone).
«Дроны будут использоваться «стаями», управляемыми, как правило, с тяжелых пилотируемых самолетов-носителей, своего рода воздушных авианосцев», – так футуролог Максим Калашников в беседе с газетой ВЗГЛЯД обрисовал картину воздушного боя недалекого будущего. Впрочем, очертания этого боя видны уже сейчас невооруженным глазом.
В середине апреля Пентагон опубликовал видео запуска беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) из серии Gremlins. Рой небольших и дешевых многоразовых беспилотников запускается с обычного военно-транспортного самолета С-130 Hercules, управляется единой системой и после успешного поражения целей собирается следующим самолетом. В пентагоновском Агентстве перспективных оборонных проектов (DARPA) поясняют: «Гремлины» и подобные им «стайные» дроны в перспективе должны занять нишу между «умными», но дорогими и одноразовыми ракетами и самолетами.
В самом деле, одно дело самолет, который просто в силу своих габаритов становится легкой добычей для средств ПВО. Другое дело – «туча» небольших ударных беспилотников, которые, тем не менее, могут быть оснащены и ракетами, и бомбами. При этом зенитчики, как бы ни старались, не смогут – просто в силу их количества – охватить их все вниманием.
В свою очередь рой новых американских ударных мини-дронов Perdix (на латыни «куропатка») способен сам подавить и сопротивление систем ПВО, и наземные наступательные вооружения. Так, во всяком случае, уверяют в Управлении стратегических возможностей (SCO) Пентагона. «Микродроны продемонстрировали продвинутые модели поведения роя, такие как коллективная выработка решений», – приводил ТАСС в 2016 году заявление Пентагона.
В сухопутных войсках, как грозят американские генералы, будут использоваться тучи маленьких дронов, которые смогут даже распознавать отдельные лица в рядах противника и поражать определенных людей – к примеру, значимого полевого командира. Понятие «безликой» солдатской массы уйдет в прошлое.
С другой стороны, эксперты предрекают и ответную «мутацию» средств ПВО, которым предстоит отражать атаки таких стай. «Комплексы противовоздушной обороны будут дополнены. К ЗРК добавится не только скорострельная артиллерия, но и беспилотники, которые будут сами прикрывать комплексы ПВО, – считает Максим Калашников. – Их задача – создавать помехи, охотиться за чужими дронами. Кроме того, дроны будут увеличивать «кругозор» комплекса ПВО – «поднимать его глаза».
Резко возрастет роль радиоэлектронных средств, которые будут сжигать электронику атакующих «стай» электромагнитными импульсами, полагает Калашников. По сути, воевать будут роботы, которыми будут управлять люди, сидящие за рукояткой джойстика в сотнях, а то в тысячах километров от поля битвы. «Бой превратится в высокотехнологичное мероприятие. Естественно, должны возникнуть и управляющие системы, которые должны руководить разнородными беспилотными средствами», – резюмирует футуролог.
Добавим, что в будущем дроны могут быть «отвязаны» от спутниковой навигационной системы – так, чтобы нельзя было сбить их навигацию. В 2011 году DARPA объявило конкурс на создание гироскопических комплексов ориентации, не зависящих от спутников.
Какое же будущее ждет привычную боевую авиацию – пилотируемую? Еще в 2009 году эксперты ВВС США выпустили доклад «План развития беспилотной авиации до 2047 года». В нем утверждалось, что истребитель-бомбардировщик F-35 станет последней разработкой пилотируемого аппарата ВВС США. После этого останутся только дроны. Причины такого «обесчеловечивания» очевидны.
Первая – финансовая. Американский истребитель F-35 в базовой версии стоит 112 млн долларов. Стоимость новейших российских Су-34, Су-30 или Су-35 – более 1 млрд рублей, или 15 млн долларов (и это внутренние цели, для российских ВС, на экспорт гораздо дороже). Естественно, что потеря даже одной машины – серьезный удар по бюджету. Боевые дроны стоят на порядок меньше: к примеру, ударный Predator – 4 млн долларов, а Reaper – 16,9 млн долларов.
Вторая причина – гуманитарного характера. Переход на беспилотники означает, что в бою мы рискуем только грудой железа, но не жизнью летчиков.
И наконец – беспилотники позволяют осуществлять маневры и операции, принципиально недоступные для пилотируемых аппаратов. Например, допустимая перегрузка для беспилотников куда выше тех 8–9 g, при которых теряет сознание даже самый тренированный летчик.
Это очевидное преимущество. Среди экспертов сейчас спорят лишь о том, должны ли в перспективе дроны вообще обходиться без ручного управления с земли. Одним кажется идеальным, что полностью автономные аппараты самостоятельно выбирают цель и принимают решение о ее уничтожении. Другие приходят в ужас от мысли, что роботы смогут летать повсюду и самостоятельно выбирать себе жертву. Они считают: как бы ни развивалась техника, человек никогда не должен доверять роботу право открывать огонь.
В любом случае ударные и разведывательные беспилотники (по крайней мере, нынешние) уступают истребителям и в скорости, и в максимальной высоте. К примеру, средние ударные дроны могут разгоняться до 250 км/ч, крупный беспилотник-разведчик Global Hawk RQ – до 650 км/ч. Для сравнения, у того же F-35 крейсерская скорость – 850 км/ч, а максимальная – 1930. Предельная скорость нашего Су-57 – 2600.
Поэтому, как предрекают футурологи, на первых порах ареной для беспилотников станут локальные войны. Те, где противник использует устаревшие летательные аппараты (или вообще не имеет таковых).
«Зачем по бородатым «иррегулярным формированиям» стрелять баллистическими ракетами?
– недоумевает Калашников. – В Сирии, чтобы уничтожить копеечные цели, ВКС используют сверхдорогие «Калибры». Ударные дроны, несущие на себе противотанковые ракеты или управляемые бомбы, могли бы уничтожать цели в Сирии гораздо дешевле и быстрее».
Именно в Сирии Российская армия впервые широко и успешно применила дроны, в том числе российские разведчики «Орлан-10», «Форпост» и новейший ударный беспилотник «Корсар». Беспилотники используют и в Донбассе обе стороны конфликта – и Украина (намеренная производить собственные боевые аппараты), и народные республики, в том числе для корректировки огня.
Возвращаясь к технологии беспилотных «стай», отметим, что она остается прерогативой великих держав – и американцам здесь на пятки наступают китайцы. Угроза, исходящая от Китая, – это «рой боевых дронов», которые могут противостоять ВВС США, сообщил недавно назначенный замглавы Пентагона по исследованиям и разработкам Майкл Гриффин. Действительно, летом прошлого года инженеры China Electronics Technology Group запустили 119 новых единиц беспилотников. Они смогли успешно выполнить команды, создать группировки, уничтожить предполагаемого противника, а также справиться со множеством других боевых задач. Кроме этих двух стран, на переднем крае разработок БПЛА остается Израиль, сказал газете ВЗГЛЯД эксперт в области беспилотных летательных аппаратов Дмитрий Федутинов.
Развивают активно эту сферу и иранцы – не случайно они ухитрились захватить в 2011 году сверхсекретный американский Lockheed Martin RQ-170 Sentinel, выполненный по технологии «стелс». Беспилотник иранцы попросту угнали на свой аэродром, перехватив управление дроном.
А что же Россия? «В этой гонке вооружений, к сожалению, Россия уже проигрывает. У них ударные дроны работают уже 10 лет, а в РФ они еще не появились», – сетует Калашников.
В конце мая в концерне «Радиоэлектронные технологии» сообщили, что рассчитывают подготовить вертолет, который сможет управлять группировкой беспилотников, но не ранее чем к 2025 году. «Срок, обозначенный КРЭТ, выглядит несколько запоздалым, учитывая соответствующие разработки у иностранных «партнеров», – говорит Федутинов.
Футуролог Сергей Переслегин полагает: «беспилотник – штука хорошая в том месте, где она нужна и где ее можно использовать». «Но говорить о том, что они могут заменить все армии на свете? Каждый раз, когда появляется какое-то новое средство ведения борьбы, многие начинают кричать, что все остальное теперь будет не нужно», – добавил собеседник.
«Беспилотники хороши до тех пор, пока не будут найдены достаточно простые способы борьбы с ними. А они будут найдены, это не бог весть какая задача», – сказал Переслегин газете ВЗГЛЯД.
«С моей точки зрения, существуют пределы возможностей БПЛА. В общем и целом они скоро будут достигнуты, – уверен футуролог. – Базовая проблема заключается в следующем: если беспилотник имеет канал управления, то на этот канал можно оказать воздействие. Не уничтожить сам беспилотник – это довольно сложно, а «раздолбать» каналы управления – скажем, произведя небольшой ядерный взрыв в стратосфере».
Возможны и другие варианты, но в любом случае самое простое и естественное средство борьбы – это уничтожение связи. «Далее средства для «убийства» электронной начинки – лазеры, радиация, – перечисляет Переслегин. – Третий вариант – создание беспилотников, которые имеют одну-единственную задачу: увидев любой дрон в зоне своего действия, атаковать его. Здесь можно обойтись сверхдешевым программным обеспечением. Не требуется никакого оборудования для распознавания различий, программы «свой – чужой».
Это «пока только тривиальные соображения», отмечает Переслегин. «При проведении минимальных стратегических игр на эту тему грамотные инженеры могут быстро найти десятки способов противодействия», – сказал он. Поэтому России нужно заботиться о создании не столько собственных беспилотников, сколько дешевых средств охоты за чужими, подытожил эксперт.