Выступая в понедельник на расширенном заседании коллегии Роскомнадзора, помощник президента Игорь Щеголев потребовал сделать для россиян де-факто работающим введенное ранее «право на забвение» в Сети.
Там, в принципе, нет снимков, которые нужно сжечь. И я не стала платить. К тому же у меня есть правило: вообще никогда не разговаривай с шантажистами
«Граждане должны пользоваться правом быть забытыми», – подчеркнул он, напомнив, что в первый же день после принятия такой нормы в Евросоюзе заявки на удаление информации подали 12 тысяч пользователей. Приоритетом в этой сфере Щеголев назвал баланс «между технологическим прогрессом и соблюдением фундаментальных прав и свобод, а также обеспечение безопасности граждан без ущерба для их частной жизни».
Поведение, мировоззрение и «признаки»
«Интерфакс» истолковал слова Щеголева как призыв ввести в законодательство «право на забвение», хотя на самом деле такое право уже есть. Как писала газета ВЗГЛЯД, еще 17 декабря Госдума в третьем, окончательном, чтении приняла закон о хранении личных данных на серверах в России. С января закон вступил в силу.
Вторым важным тезисом, с которым выступил Щеголев, стало расширение самого списка «персональных данных», которые подпадают под защиту закона. «Необходимо уточнить само понятие персональных данных в российском законодательстве с учетом восприятия гражданина, информации о его деятельности, перемещениях, предпочтениях и другой, не идентифицирующей, но характеризующей человека информации как персональной», – указал помощник президента.
Как известно, нынешнее законодательство считает «персональными» всего три вида данных: ФИО пользователя, его местонахождение и онлайн-идентификатор. Все остальные виды данных юридически никак не защищены.
Однако, как напомнил Щеголев, при этом интернет-компании фиксируют поведение пользователя, мировоззрение и другие косвенные признаки, с помощью которых можно установить личность.
«Рынок обработки данных не способен к саморегулированию», – цитирует Щеголева ТАСС. По его словам, регулирование интернет-рынка – задача государства. Щеголев предложил посмотреть на западноевропейский опыт, чтобы перенести его на российскую почву.
«Всем будет дико неудобно»
После заседания глава Роскомнадзора Александр Жаров напомнил, что «право на забвение» у россиян по факту оно уже есть: они могут обратиться в суд с требованием удалить свои личные данные с интернет-сервисов. Однако ни одного такого иска в суды еще не поступало. Он пообещал, что, «как только прецедент случится, он будет реализован».
Жаров пообещал работать над предложениями Щеголева вместе с законодателями, чиновниками и участниками рынка, анализируя при этом международный опыт. Он также согласился, что понятие персональных данных становится шире, но напомнил о спорах о том, являются ли персональными данными аккаунты в соцсетях и на почтовых сервисах.
«Сами по себе аккаунты личными данными, конечно, не являются», – утверждает эксперт Фонда развития гражданского общества (ФоРГО), политолог Станислав Апетьян. Чиновникам эксперт советует крайне аккуратно расширять круг сведений, которые должен защищать закон.
«Я бы вывел вообще из юридического понятия «персональные данные», из-под защиты закона, всю информацию, которую пользователь сам о себе оставляет. Иначе мы просто запутаемся, мы погрязнем в этих судебных спорах, всем будет дико неудобно, возникнет совершенно безумное правоприменение», – предрекает Апетьян.
Эксперт предлагает, чтобы пользователь сам помечал, какая информация – личная и не подлежит огласке, а какая – нет. «В момент регистрации на сайте, когда вы заводите аккаунт, то часть информации вы сами можете обозначить как публичную – допустим, город проживания, а часть – как закрытую, например свой мобильный телефон», – предлагает Апетьян.
«С правом на забвение в Евросоюзе всю технологию уже обкатали. Есть нюансы, связанные с правом на апелляцию, но инструмент уже существует, – напомнил газете ВЗГЛЯД Апетьян. – Но вот что касается персональных данных, в частности продажи их для таргетирования рекламы, – более сложный вопрос. Тут нужно аккуратно подходить. Если ввести драконовские нормы, то это очень сильно ударит по рекламному рынку в интернете».
По мнению эксперта, это сложный вопрос не только для России. «Пока ни в одной из развитых стран не создан механизм охраны личных данных, – признал Апетьян. – Пользователи по сути сами, добровольно оставляют информацию о себе в соцсетях. Если предупредить человека: мол, пользователь, мы такую информацию можем продать, то я не думаю, что кого-то такое предупреждение остановит».
Не помню, значит, не было
Бывшая модель Ольга рассказала газете ВЗГЛЯД о том, как пыталась вычистить из Сети свои слишком откровенные снимки, сделанные в возрасте 18–19 лет. С тех пор Ольга закончила вуз, начала карьеру не в модельном, а в другом, респектабельном бизнесе, и тогда решила подчистить свое сетевое прошлое.
«Я пробила свою фамилию в поисковиках и по выпавшим страницам просила удалить даже не сами снимки, а мою фамилию. Как известно, в поисковике есть функция исправления устаревшей или недостоверной информации. Соответственно, робот проверял и удалял мою фамилию», – вспоминает Ольга.
На тех же страницах, за которыми следили «живые люди» – фотографы, удалить фамилию, по словам Ольги, тоже оказалось легко. «У меня ведь с фотографами сохранились нормальные отношения, – сказала экс-модель. – Но я потом наткнулась на человека, который принципиально собирал такие данные и на этом зарабатывал. С меня потребовали, кажется, 200 долларов. Это был не фотограф, а человек, который просто агрегировал».
Как говорит Ольга, в любом случае в ее фотосессиях нет ничего «ужасного». «Там, в принципе, нет снимков, которые нужно сжечь. И я не стала платить. К тому же у меня есть правило: вообще никогда не разговаривай с шантажистами – так сказать, для улучшения мира в целом».
«Мне хочется наказать шантажиста, но тащиться в суд, конечно, лень, – признается бывшая модель. – Если будет, как на Западе, если можно не выходя из дома просто обратиться в специальный сервис поисковика, это будет приятнее. Тогда я, наверное, им воспользуюсь».
300 тысяч рублей за «интим»
Глава комитета Госдумы по информполитике Леонид Левин согласен, что пока процедура не работает в силу своей тяжеловесности.
«Любая судебная тяжба у рядового гражданина ассоциируется с дополнительными расходами денег, нервов и времени, – сказал Левин газете ВЗГЛЯД. – Поэтому стоит внимательнее изучить европейский подход, где все приведено к единой универсальной системе – обращению по сути через интернет в приемную поисковой системы. Если доводы гражданина она сочтет обоснованными, она и удаляет подобного рода информацию. Дело не доводится до суда. Схема серьезно упрощает гражданам защиту своих персональных данных. Думаю, это то, к чему и мы должны стремиться».
Как известно, 24 февраля Госдума приняла в первом чтении уже не собственный, а правительственный законопроект об увеличении штрафов за нарушение закона, вступившего в силу 1 января, сообщало РИА «Новости».
Законопроект предлагает увеличить штрафы в пять раз. В частности, обработка персональных данных о расе, национальности, политических, религиозных или философских взглядах, здоровье, интимной жизни и о судимости, если это не предусмотрено законом, будет караться штрафом в три–пять тысяч рублей для граждан, 10–25 тысяч для должностных лиц и 150–300 тысяч рублей для юридических. Также предлагается разрешить Роскомнадзору возбуждать в этой сфере административные дела. Сейчас материалы о нарушениях направляются в прокуратуру, где их могут вообще не принять, если превышен трехмесячный срок давности.
Левин надеется, что новый закон будет принят уже «в рамках весенней сессии».