По решению Совета нацбезопасности Украины создается батальон нацгвардии, который комплектуется заключенными исправительных колоний, а также участниками криминальных группировок. Об этом сообщили СМИ со ссылкой на агентурную разведку ополченцев Новороссии. Численность батальона составляет около 400 человек, всего же предполагается набрать до тысячи. Всем обещана амнистия. Каждый боец будет получать за «службу» до четырех тысяч гривен в месяц (12 тысяч рублей).
Им нужно любой ценой покорить Донбасс. Уничтожить, утопить в крови. Набор уголовников свидетельствует об истинных намерениях Киева насчет Донбасса. Все эти перемирия, закон про особый статус – блеф и пыль в глаза
Ранее в Киеве признавали, что в состав батальонов нацгвардии вошли бойцы с преступным прошлым. Так, депутат Верховной рады Украины Олег Ляшко говорил, что участвующий в «спецоперации» батальон «Азов*» наполовину состоит из уголовников. По его словам, «это же не клеймо на всю жизнь». Также известно, что костяк «Азова» и ряда других батальонов, в частности «Донбасса» и «Айдара», состоит из открытых неонацистов – как с Украины, так и из-за рубежа, в том числе из России.
Еще в конце июля председатель всеукраинской общественной организации «Народное доверие» Сергей Шахов предложил выпустить по УДО заключенных, отбывающих сроки в тюрьмах за нетяжкие преступления при условии, что они пополнят ряды украинских вооруженных сил. «Считаю, что сегодня это будет правильным и необходимым поступком, так как нужно укреплять армию», – говорил Шахов.
В ответ на слова Шахова спикер парламента Новороссии Олег Царев указал, что украинские власти объявляли амнистию для тех, кто сидит по нетяжким статьям и хотел бы записаться в нацгвардию. По словам Царева, таких нашлось более 15 тысяч человек, «и всем им раздавали анкеты-приглашения в украинскую армию». «Сидеть остались совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления. Соответственно, именно их теперь призывает принять участие в операции на Востоке Украины Шахов», – сказал политик.
В конце июня пресс-центр штаба армии Юго-Восток опубликовал видео, на котором показаны четверо плененных солдат нацгвардии. Один из них рассказал на камеру, что перед освобождением из колонии «к нам подошел офицер» и предложил за амнистию вступить в ряды нацгвардии за зарплату в три тысячи гривен в месяц и «плюс премию за каждого убитого сепаратиста». «В случае отказа нам сказали, что наша судьба будет неизвестна или расстрел», – рассказал он.
В связи с этим эксперты отмечали, что такие инициативы говорят о слабом желании обычных военнослужащих сражаться с «террористами» Юго-Востока, то есть воевать с собственным народом.
В самой нацгвардии всячески отрицали участие зэков в боевых действиях и их освобождение по УДО. Как сообщала пресс-служба нацгвардии, подобная «информация абсурдна и не соответствует действительности» и «попытки дискредитировать нацгвардию не подкреплены ни одним фактом».
Однако еще в середине марта (до начала АТО и создания нацгвардии) заключенные кировоградской колонии особого режима первыми выразили желание присоединиться к движению сопротивления. Осужденные утверждали, что «даже те, кто отбывает наказание, не могут остаться в стороне», поэтому правительство должно создать специальные штрафные батальоны.
Заместитель руководителя Кировоградского отдела государственной пенитенциарной службы Павел Краморов подтвердил, что зэки принесли начальнику колонии заявления «с просьбой призвать их на действительную воинскую службу». Действия заключенных он назвал «патриотическим порывом».
Депутат парламента Новороссии Ирина Попова сказала газете ВЗГЛЯД, что еще в марте сообщалось об особом распоряжении лидера «Правого сектора*» Дмитрия Яроша уничтожить личные дела разных криминальных элементов. «Впоследствии из числа этих элементов формировались отдельные батальоны. Это было в марте. Потом стало тише, но судя по тому, как вели себя украинские войска в Донецкой и Луганской областях, сомнений в том, что в этих батальонах были уголовники, ни у кого не осталось», – сказала она.
Попова напомнила один из эпизодов, который характеризует жестокость украинских военных и указывает на то, что под ружье были поставлены самые настоящие уголовники. В селе Глинки Донецкой области карательным батальоном «Азов» был поврежден памятник воинам Великой Отечественной войны. Местный пожилой житель решил собственными силами восстановить памятник. «По дороге ему встретился блокпост батальона «Азов». Этого пожилого человека заставили прокричать «Слава Украине!». Когда он отказался, его начали ставить на колени. Он тоже отказался, тогда старику прострелили ноги. Но этого тоже оказалось мало. Его расстреляли в грудь, а еще дышащее тело, как установил потом патологоанатом, выбросили на обочину дороги. Старика избили так, что на его трупе впоследствии видели отпечатки ботинок. Так что сомнений в том, что это нелюди, не возникает», – рассказала Попова.
По ее словам, формирование нового батальона из уголовников говорит о том, что война на Юго-Востоке все меньше встречает желающих в ней участвовать и «третья волна мобилизации не принесла того эффекта властям Украины, на который они рассчитывали». «А мира они не хотят. Им нужно любой ценой покорить Донбасс. Уничтожить, утопить в крови. Набор уголовников свидетельствует об истинных намерениях Киева насчет Донбасса. Все эти перемирия, закон про особый статус – блеф и пыль в глаза», – уверена депутат.
Добавим, что в среду первый вице-премьер Донецкой народной республики Андрей Пургин сообщил о том, что значительная часть членов добровольческих батальонов и нацгвардии не фигурирует в списках украинского командования. Таким образом, это тоже может быть очередным подтверждением того, что среди военных есть бывшие уголовники. «Украинская сторона передала нам списки своих пленных раз в шесть меньше, чем есть на самом деле. По их сведениям – около 100 человек, а у нас было около 600», – сказал Пургин.
Он подчеркнул, что украинские батальоны, «и об этом знает даже ОБСЕ, укомплектованы странным образом». «Воюют 100 человек, а если направить запрос, то окажется, что воюют 20–25. Кто есть остальные и что они делают – не знает никто», – указал он.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ