В думских фракциях «Единая Россия» и ЛДПР предложили расширить полномочия Генпрокуратуры. По словам зампредседателя комитета нижней палаты по безопасности и противодействию коррупции Александра Хинштейна («Единая Россия»), «возможности для реагирования прокуратуры в части защиты прав и интересов граждан на сегодняшний день крайне малы». «Для нас совершенно очевидно, что необходимо менять сложившуюся ситуацию и усиливать полномочия прокурорского надзора. Это касается и вопросов, связанных с судебной деятельностью», – заявил депутат.
Прокурорский надзор за полицией, за следствием и более активная позиция прокурора в суде просто необходимы
Его поддержал лидер ЛДПР Владимир Жириновский, который заверил, что либерал-демократы «готовы поддержать любое расширение прав прокуратуры по надзору, следствию, возбуждению дел». «Должно быть больше прав, чтобы рос авторитет генерального прокурора», – убежден он.
Идеи о том, что Генпрокуратуре нужно вернуть часть утраченных после появления Следственного комитета (СК) полномочий, высказывались неоднократно. Год назад Генпрокуратура сама направила на рассмотрение в администрацию президента законопроект по усилению своих полномочий. Но документ был отклонен. Прокуроры требовали право возбуждать и расследовать уголовные дела в отношении так называемых спецсубъектов – лиц с неприкосновенностью, в том числе следователей и их руководителей. Кроме того, прокуратура попросила право обращаться в суды с арестами физических лиц и их имущества и производить «иные следственные действия».
Как говорил генпрокурор Юрий Чайка, следователи должны расследовать в первую очередь дела о тяжких и особо тяжких преступлениях, но сегодня «следствие на 60% загружено делами о преступлениях небольшой и средней тяжести».
В мае 2012 года идею расширения полномочий прокуратуры поддержали члены Совета Федерации, предложив поправки в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), в частности, о возможности передать прокуратуре право расследовать уголовные дела о преступлениях, совершаемых лицами, «в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам».
#{smallinfographicleft=454453}«Отрицательные последствия»
Член комитета Совета Федерации по конституционному законодательству, правовым и судебным вопросам, развитию гражданского общества Анатолий Лысков неоднократно вносил в Госдуму законопроекты по расширению полномочий Генпрокуратуры. «Я за то, чтобы выровнять сложившиеся диспропорции в уголовном процессе, которые сегодня существуют между руководителями следственных органов и прокурором. Жалобы, которые мне приходится рассматривать, подтверждают мою позицию. Слишком много нарушений, и ведомственный процессуальный контроль за соблюдением законности на стадии предварительного следствия стал не таким, каким был при жестком прокурорском надзоре», – сказал Лысков газете ВЗГЛЯД.
При этом, подчеркнул сенатор, у него нет претензий к тому, что у руководителей следственных органов достаточно широкие полномочия. «Это все нужно, но параллельно с этим должен быть жесткий прокурорский надзор. В такой чувствительной сфере, какой является уголовный процесс, все передавать монопольно в одни руки чревато определенными отрицательными последствиями», – добавил Лысков.
С ним согласен заслуженный юрист России, экс-сенатор Михаил Капура. Он отметил, что, как показала практика, недостаточное количество полномочий прокуратуры, в частности, по уголовным делам «приводит к серьезным проблемам». «Фактически на сегодняшний день функций прокуратуры недостаточно для того, чтобы устранять все недостатки, которые возникают в ходе расследования уголовных дел. В этом главная загвоздка, потому что требования, которые предъявляют прокуроры в случае обнаружения процессуальных нарушений, не являются обязательными для следствия, в связи с этим руки прокуратуры связаны», – сказал Капура газете ВЗГЛЯД.
В свою очередь член Общественной палаты Владислав Гриб поддержал идею депутатов. По его словам, в последнее время прокуратура «немного ослаблена». «Прокурорский надзор за полицией, за следствием и более активная позиция прокурора в суде просто необходимы. Но надо детально посмотреть, что усилить», – сказал Гриб газете ВЗГЛЯД.
«Слишком много у них забрали полномочий»
Он считает, что прежде всего «прокуратура должна вернуть себе полномочия в части прекращения конкретных уголовных дел, поскольку мы имеем примеры, когда уголовные дела в силу того, что доказательная база достаточно слабая, не могут быть направлены в суд и зависают, а следствие их не прекращает». «В этой части прокуратура могла бы сказать свое веское слово», – полагает эксперт.
Также необходимо, уверен Гриб, вернуть надзор за следственными органами. «Возможно, прокуратуре следует вернуть право выступать в арбитражных судах. В принципе, ряд полномочий, которые были у прокуратуры до реформы, можно вернуть. Слишком много у них забрали полномочий. Надо, чтобы прокуратура не была беззубой», – полагает Гриб.
Член думского комитета по конституционному законодательству Владимир Поневежский убежден, что прокуроры должны получить право возбуждать уголовные дела, а также расследовать их «в исключительных случаях». «Должно быть обязательное выполнение указаний, данных прокурором в рамках расследования, а решение суда об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу должно происходить только при наличии положительного заключения прокурора. Также должно быть право Генпрокуратуры прекращать уголовные дела на любой стадии расследования, в том числе на стадии утверждения обвинительного заключения», – сказал Поневежский газете ВЗГЛЯД.
Что касается возможного противодействия расширению полномочий Генпрокуратуры, то Капура указывает, что следствие, «конечно, возражает». «Хотя, мне кажется, это личностный момент. Следователи считают, что сами разберутся. На самом деле в органах следствия есть серьезное управление, которое осуществляет надзор за процессуальной деятельностью, но, к сожалению, жизнь показала недостаточность работы, связанной с повышением контроля со стороны процессуальных подразделений самих следственных аппаратов», – считает он.
«Прокуратуре не стоит расширять полномочия»
Однако член комиссии по проблемам безопасности граждан и взаимодействию с системой судебно-правоохранительных органов Общественной палаты Елена Лукьянова уверена, что у прокуратуры достаточно полномочий, а их расширение укажет на провал реформы. «Прокуратуре не стоит расширять полномочия. Мы от этого и так долго уходили. Если вернем функции общего надзора, в том числе и за судами, то просто вернемся к советской системе. Или все же найдем другие способы борьбы с нарушениями в тех же судах», – сказала Лукьянова газете ВЗГЛЯД.
По ее словам, у прокуратуры и так «достаточно серьезное влияние на суды, что иногда приговоры переписываются с обвинительного заключения». «В принципе, у прокуратуры в уголовном процессе есть все возможности пресекать нарушения и выражать по ним свою позицию, но зачастую этого не делается. А в остальных сферах у прокуратуры и так есть полномочия – защищать граждан и выступать от своего имени с требованиями восстановления действий закона. Либо мы проводим судебную реформу дальше, либо признаем, что она провалилась», – сказала Лукьянова.
Однако Поневежский категорически не согласен с Лукьяновой в том, что если полномочия Генпрокуратуры будут расширены, то это станет свидетельством провала реформы. «Следствие нужно было отделить от прокуратуры. Это было сделано совершенно правильно. Я считаю, что было неправильным лишить Генпрокуратуру тех процессуальных и надзорных полномочий, которые у нее были в рамках досудебного производства, предварительного следствия, потому что внутриведомственный контроль не справился с этим», – пояснил депутат.
«У них нет как такового отдельного следствия»
Владислав Гриб отмечает, что если сравнивать полномочия российской прокуратуры с европейскими, то в ряде стран «прокуратуры однозначно сильней по полномочиям, в частности в Германии и Франции».
Однако Михаил Капура указывает, что прямое сравнение российских реалий с зарубежным опытом некорректно. По его словам, в России следствие находится на одном уровне, а рассмотрение дел в судах – на совершенно другом.
«Если взять Германию, Испанию и другие европейские страны, у них нет как такового отдельного следствия. В случае обнаружения признаков преступления у них проводятся первоначальные мероприятия, и все это передается непосредственно судебным следователям, и уже все это расследуется непосредственно в судебной системе. России эта система вряд ли подходит на данном этапе. Возможности сдерживания и противовеса органам следствия все-таки должны быть, и они могут быть в лице органов прокуратуры», – считает Капура.