В Москве прошел съезд Движения за права курильщиков, на котором была утверждена кандидатура актера Михаила Боярского в качестве председателя организации.
Отсутствие возможности курить в гостинице, в поезде, в аэропорту, на вокзале – ограничения, которые несвойственны для нормального человека
Движение за права курильщиков начнет массовую акцию по сбору подписей граждан с целью привлечь внимание властей к проблемам нарушения прав курильщиков в недавно принятом антитабачном законе, передает ИТАР-ТАСС.
В частности, движение считает необходимым «обеспечить нормальные, не унижающие человеческого достоинства условия для курения табака». В том числе сохранить курилки на производственных предприятиях, а также оборудовать выделенные помещения или территории для курения в поездах дальнего следования, на водных и воздушных судах, в пенитенциарных учреждениях, больницах и т. п.
По словам исполнительного директора движения Андрея Лоскутова, в съезде движения кроме поэта Владимира Вишневского приняли участие экс-спикер Госдумы Геннадий Селезнев, писатель, секретарь Союза писателей Москвы Леонид Жуховицкий, телеведущий Дмитрий Дибров и представители руководства Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР).
Секретарь ФНПР, председатель партии «Союз труда» Александр Шершуков, в частности, заявил, что выступает против ликвидации курилок на предприятиях: «Запрет курения на предприятиях должен быть предметом коллективного договора», – сказал он.
По его мнению, антитабачный закон ущемляет права большой группы трудящихся, в том числе в рабочее время, и приведет к росту психологического напряжения.
Свою позицию по принимаемым антитабачным мерам Михаил Боярский изложил в интервью газете ВЗГЛЯД.
ВЗГЛЯД: Михаил Сергеевич, возражение против антитабачных мер сегодня – очень смелая позиция, многие курильщики не осмеливаются высказываться против...
Михаил Боярский: Я курильщик, и заядлый. И я высказываюсь против курения, считаю, что это глупо и вредит здоровью. Но бросать курить нужно цивилизованными методами, а не разбрасываясь бессмысленными миллиардами на рекламу, на изменение пачек. Приказом ничего не сделаешь. Нужно отделить курильщиков от некурильщиков цивилизованным способом и, не зарабатывая на курильщиках, обеспечить покой и порядок некурильщиков.
ВЗГЛЯД: Какие цивилизованные методы вы имеете в виду?
#{smallinfographicleft=481976}М. Б.: Устройство мест для курения на рабочих местах, в поездах дальнего следования, на кораблях, в гостиницах, чтобы были номера для курящих и для некурящих. Разделить нормально, чтобы этот процесс происходил постепенно. Запретить в школе – ну кто за этим будет смотреть? Я всю жизнь курил в школе. Курят и будут курить. Потому что запретный плод сладок. Только пропаганда и пример могут повлиять на это, а не реклама и приказы.
Это популизм, который создает видимость работы. Это бессмысленно, как, например, бороться с матом. Не это главное. Главное – выполнять те задачи, о которых говорил вчера Владимир Владимирович Путин, и к этому надо обращаться серьезно и толково. А все, что второстепенно и третьестепенно, – само решится. Не спешите, само пройдет.
ВЗГЛЯД: Сами бросать цивилизованным способом не пробовали?
М. Б.: Я не вижу в этом смысла, поскольку мне очень сложно: я снимаюсь в ролях и занят в театре, играя персонажей, которые курят. И тут уж ничего не сделать – это сложно. У меня не такой характер. Покойный Игорь Дмитриев – он мог выкурить одну сигарету в день, а потом месяц не курить. Я так не могу.
Нет, я не пример для того, чтобы мне подражать. У меня, помимо курения, еще огромное количество недостатков. Но есть и достоинства: я очень много работаю. Курение мне помогает. Как и ученому, как композитору, как шахтеру. Им хоть кол на голове теши – они все равно в шахте закурят.
ВЗГЛЯД: Новые запреты уже коснулись лично вас? Не пришлось пока еще испытывать неудобств?
М. Б.: Наоборот, люди, которые знают, что курильщиков унижают, предлагают сами: «Михаил Сергеевич, вы не беспокойтесь, можете курить вот там». Найдут воспитанные люди способ для того, чтобы жить, не причиняя друг другу вреда. Нужно быть добрее.
ВЗГЛЯД: Не могли бы вы несколько конкретизировать унижение, о котором вы говорите?
М. Б.: Отсутствие возможности курить в гостинице, в поезде, в аэропорту, на вокзале – ограничения, которые несвойственны для нормального человека. Тем более для ветеранов, для блокадников, которые прошли огонь, воду и медные трубы с махоркой и козьей ножкой.
Есть возможность спросить – скажите: «Вы позволите закурить?» – «Да, пожалуйста». Или: «Нет, не надо». Вот и весь закон. Если я приду к вам в кабинет давать интервью, я скажу: «Вы позволите мне закурить?» – «Да, покурите, Михаил Сергеевич». А если вы скажите: «Нет, вы знаете, здесь нельзя». – «Прошу прощения. Пойдемте куда-нибудь на лавочку сядем, там и поговорим».
Приказом – не получится, человек будет унижен. Поедет какой-нибудь ветеран в Москву, чтобы посмотреть парад 9 мая. Ему курить никак нельзя! «Я, мать дорогая, кавалер трех орденов Славы, вы что, с ума сошли?» «Давай закурим, товарищ, по одной!» А космонавтам? Вы что, хотите сказать, чтобы космонавты не курили? До старта 14 минут! Пора закурить!
Нужно уважать людей, которые бросили курить, и не поощрять молодежь на эти негативные поступки.
ВЗГЛЯД: У вас в театре можно курить?
М. Б.: В театре работают интеллигентные люди. Там, где нельзя, никто не закурит. И если нужно сыграть пьесу, которая нашпигована сигарами, сигаретами, махоркой и т. д. – «Василий Теркин», то нужно написать специальное разрешение: просим пожарную охрану создать такие условия, чтобы на сцене воссоздать правдоподобие военного времени. Ну представьте себе: в окопах сидят мужики и не курят!
Нужно цивилизованно, нормально решать. И не нужно такое внимание уделять ерунде. Занимайтесь тем, чтобы не воровали, и все. Будут миллиарды доходов, самая богатая страна в мире.
ВЗГЛЯД: А в нерабочее время?
М. Б.: Если совесть позволяет – кури, где хочешь. Если не позволяет – кури так, чтобы не мешать другим. Была бы жива Раневская – она бы сказала с папиросой во рту, где она хочет курить. Мне просто неудобно за нее говорить.