Глава Роскосмоса Владимир Поповкин в пятницу провел встречу с представителями космической отрасли в Центре управления полетами (ЦУП) в Королеве, где рассказал об основных направлениях работы ведомства на ближайшие годы, передает «Интерфакс».
Сроки увеличиваются
Мы договорились, что посмотрим возможность продления миссий до девяти месяцев, а потом, может быть, и до года
Продолжительность пребывания космонавтов на Международной космической станции (МКС) увеличится с шести месяцев до года.
«Мы с нашими зарубежными партнерами договорились отработать вопрос удлинения миссий. Полугодовые полеты, которые сейчас происходят, показывают, что пока космонавт прилетит и освоится на станции, проходит полтора месяца, а потом он работает нормально два–три месяца, после чего ему надо уже собирать вещи, готовиться к посадке. Мы договорились, что рассмотрим возможность продления миссий до девяти месяцев, а потом, может быть, и до года», – сообщил глава Роскосмоса Владимир Поповкин, добавив, что удлинение вахты космонавтов «снизит нагрузку на пилотируемую тематику».
Поповкин также рассказал, что консультировался с медицинскими работниками, которые заявили об отсутствии принципиальной разницы между влиянием на здоровье космонавта полета длительностью шесть, девять месяцев или один год.
«В чем разница: между шестимесячным, девятимесячным или годовым полетом разный цикл подготовки космонавта к посадке – серьезнее физические нагрузки, больше занятий в костюме «Чибис». Мы все это проходили на «Мире». У нас есть система реабилитации. Мы знаем, как космонавтов реабилитировать», – сообщил он.
Намного острее проблема длительных полетов и последующей реабилитации космонавтов стоит перед американскими и европейскими партнерами, отметил глава Роскосмоса. «У них нет опыта длительных космических полетов и реабилитации человека после них. Мы готовы выложить все, что мы знаем по этому вопросу, помочь изменить реабилитационный период. Эти вопросы сейчас прорабатываются. Мы только в начале пути», – сказал глава Роскосмоса.
Нерешенный вопрос
Выступая перед представителями космической отрасли, глава Роскосмоса отметил, что если в течение года не удастся договориться с Казахстаном о создании стартового комплекса «Байтерек», то Россия на космодроме Восточный начнет строительство стартового комплекса «Ангара».
«Казахстан пока молчит, как с их стороны будет решаться финансовый вопрос. Но тоже нельзя до бесконечности ждать. Мы можем ждать до начала летных испытаний «Ангары». Если летные испытания начнутся, а с Казахстаном не решится проблема с «Байтереком», то мы будем ставить вопрос о том, чтобы строить стартовый комплекс на Восточном», – сказал Владимир Поповкин.
По его словам, основываясь на данных по строительству стартового комплекса для «Ангары» на космодроме Плесецк, Роскосмос подсчитал, что строительство комплекса «Байтерек» на космодроме Байконур обойдется в 1,6 млрд долларов. Сейчас Российское космическое агентство ждет ответа со стороны Казахстана о готовности финансировать проект.
«Мы готовы гарантировать любое количество ракет «Ангара» для запуска, а в последующем создать СП по продвижению проекта на международной арене», – сказал Владимир Поповкин, напомнив, что строительные работы на космодроме Плесецк должны быть завершены в текущем году, чтобы в 2013 году начать летные испытания «Ангары».
В перспективе, рассказал глава Роскосмоса, на космодроме Восточный планируется также построить стартовый комплекс для сверхтяжелой ракеты-носителя. «На Восточном придется строить как минимум цех по сборке центрального блока ракеты», – сообщил он.
Соглашение по «ЭкзоМарсу»
#{image=608577}До осени этого года Роскосмос и Европейское космическое агентство (ESA) подпишут соглашение о совместной реализации проекта «ЭкзоМарс». «Я думаю, что оно должно быть подписано в первой половине года, максимум до конца лета этого года», – сказал Поповкин.
Ближайшая встреча между главой Роскосмоса и его европейским коллегой Жан-Жаком Дорденом, в рамках которой будет обсуждаться вопрос по «ЭкзоМарсу», состоится 6 апреля. На эту встречу глава ESA привезет решение министров стран-участниц о желании видеть Россию партнером по проекту.
От своего европейского коллеги глава Роскосмоса желает услышать заверения по трем направлениям: об использовании российской ракеты-носителя для запуска межпланетной станции в рамках проекта «ЭкзоМарс», о передаче российской стороне разработки той научной аппаратуры, которую должны были создавать американские специалисты, заявившие о выходе из проекта, а также о равном доступе и принадлежности всех полученных научных данных в одинаковой степени как ESA, так и РАН.
«Если Дорден повторит эти три принципа, то тогда я буду вынужден обратиться в правительство РФ за получением «добра» на подписание такого соглашения. Я знаю, что это предложение поступит. Что такие вещи будут. Но мы должны это озвучить, подписать официальный протокол с Дорденом. С этим протоколом я обращусь в правительство за санкцией», – сказал Владимир Поповкин.
Он заявил, что Роскосмос примерно подсчитал, в какую сумму обойдется России участие в проекте, но не стал ее называть. Также он заявил, что на российское участие в «ЭкзоМарсе» будут направлены деньги, полученные в качестве страховки за утрату аппарата «Фобос-Грунт».
«У нас есть резерв, тот 1 млрд с лишним рублей, который у нас числится как внебюджетные средства, полученные от страхования. Конечно, мы его направим на эти цели», – пояснил Поповкин.
Первоначально Роскосмос рассчитывал принять решение в январе 2012 года, а затем дважды сдвигал сроки: сначала на февраль, а затем и на март текущего года.
Ранее сообщалось, что NASA приняло решение выйти из совместного с ESA проекта по исследованию Марса с помощью орбитальных и посадочных аппаратов. Запуск двух миссий был запланирован на 2016 и 2018 годы. NASA отказалось предоставить ESA ракету-носитель для запуска европейского аппарата в сторону Марса, а также от создания и запуска своего аппарата в 2018 году, который должен был стать вторым этапом проекта «ЭкзоМарс». Причина отказа – недостаточное финансирование.
В связи с этим ESA обратилось к России с просьбой предоставить ракету-носитель «Протон» для запуска европейского аппарата в 2016 году, а также разработать ряд научных приборов, которые должны были делать специалисты NASA, в обмен на участие в проекте «ЭкзоМарс».