В среду председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин предложил наделить следователей правом обжаловать незаконные, с их точки зрения, решения прокуроров.
Это нормальный процесс, когда следователь, несогласный с указаниями прокурора, имеет право их обжаловать
«Надо ставить вопрос, и мы сейчас это делаем – предоставить следователю право обжалования незаконных, с его точки зрения, решений прокурора в суде», – сказал Бастрыкин.
«Если ты не согласен с решением другой процессуальной фигуры – пожалуйста, есть суд», – добавил Бастрыкин. По его мнению, введение такой возможности для следователей является принципиальным вопросом, который позволит продолжить движение по пути расширения гласности и народовластия.
Инициативу Бастрыкина газете ВЗГЛЯД прокомментировал первый заместитель председателя комитета Госдумы РФ по безопасности Михаил Гришанков.
ВЗГЛЯД: Михаил Игнатьевич, как вы оцениваете предложение председателя СК?
Михаил Гришанков: Естественно, мы сейчас очень внимательно смотрим за тем, как начал работать Следственный комитет после того, как полностью отделился от прокуратуры. Поступает ряд предложений, в том числе и то, которое озвучил Александр Иванович. Сейчас нужно детально его оценить, посмотреть, какие сложности во взаимодействии.
С одной стороны, эти сложности являются чисто субъективными. Например, дело по подмосковным казино – это чисто субъективный подход со стороны отдельных сотрудников прокуратуры, когда блокировались любые следственные действия. На мой взгляд, в этих предложениях есть рациональное зерно, и после серьезной оценки ситуации, думаю, можно будет корректировать законодательство.
Я считаю, это нормальный процесс, когда следователь, несогласный с указаниями прокурора, имеет право их обжаловать. На мой взгляд, это будет способствовать более взвешенным решениям со всех сторон.
ВЗГЛЯД: Есть какие-то аргументы против таких нововведений?
М. Г.: По большому счету нет. Если мы говорим о том, что главным контролером должен быть суд, в котором достигается истина, то, я считаю, никаких особых препятствий для этого решения быть не может.
ВЗГЛЯД: Руководство СК регулярно выступает в поддержку расширения полномочий следствия. Нет ли здесь опасности нарушения баланса в пользу одного ведомства, которое, таким образом, окажется вне контроля?
Михаил Гришанков считает нормальным, что следователи смогут обжаловать решение прокуроров в суде (Фото: grishankov.ru) |
М. Г.: Это предложение Бастрыкина заключается в следующем: есть позиция следствия, есть позиция надзирающего органа, но итоговое решение должен выносить суд. Это вопрос не ведомств, а активного вовлечения судебной системы, скажем так, в исполнение законов.
ВЗГЛЯД: Вы согласны с утверждением главы СК, что такое решение «позволит продолжить движение по пути расширения гласности и народовластия»?
М. Г.: Гласность – да. Когда обжалуется решение, это делается публично. Но народовластие я относил бы к этому в меньшей степени. Речь идет об исполнении законов.
ВЗГЛЯД: В какую сторону, по вашему мнению, изменилась работа СК после того, как он вышел из системы прокуратуры?
М. Г.: Следственный комитет работает всего два месяца. На самом деле, его работа была выстроена еще в период, когда это был Следственный комитет при прокуратуре. Сейчас надо посмотреть, насколько активно они будут принимать участие в расследовании коррупционных и других дел. Два месяца – это, на самом деле, достаточно мало.
ВЗГЛЯД: На чем сейчас следует, на ваш взгляд, сфокусироваться руководству ведомства?
М. Г.: В Следственном комитете работают профессиональные следователи. Не буду скрывать, я лично возлагаю большие надежды, что они смогут усилить работу и по направлению борьбы с коррупцией, и по направлению борьбы с оргпреступностью. Оргпреступность – одно из тяжелейших проявлений преступности, идет сращивание правоохранительных органов, властных структур с бандитами. Именно в расследовании этих дел я возлагаю на Следственный комитет большие надежды.
ВЗГЛЯД: На ваш взгляд, обретение Следственным комитетом самостоятельности способствует этому?
М. Г.: Я считаю, что да. Скажу даже больше. При принятии закона о создании Следственного комитета при прокуратуре из числа депутатов «Единой России» против были я и Александр Хинштейн. А законопроект о создании Следственного комитета Российской Федерации я поддерживал совершенно осознанно, потому что я увидел, что за эти три года, пока они были при прокуратуре, выстроилась система и она начала давать эффективный результат.
ВЗГЛЯД: В среду Александр Бастрыкин заявил также, что уровень раскрываемости следователями его ведомства убийств намного выше, чем уровень знаменитого Скотланд-Ярда...
М. Г.: Конечно, есть результаты, но я бы не делал картину такой радужной. Если говорить об убийстве как об одном из тягчайших преступлений, то можно вспомнить недавнюю историю в Курске, когда убийц четырех девушек освободили в зале суда, поскольку истек срок давности. Это показывает, что не везде расследование убийств идет оперативно. То, что у нас есть профессиональные следователи, которые работают в этом направлении, – это действительно так. Но я бы не торопился делать какие-либо выводы, что мы работаем лучше всех. У нас огромное количество без вести пропавших, неопознанных трупов. Если все это суммировать, то мы увидим не столь радужную картину.