Статс-секретарь, замминистра обороны Николай Панков прокомментировал в четверг решение военного ведомства не набирать в этом году курсантов в высшие военные учебные заведения. По его словам, это обусловлено желанием сохранить действующий офицерский корпус.
Существовавшую систему нужно было менять – год от года из вузов выходили лейтенанты с все более низким уровнем подготовки
«Нам сегодня нужно сосредоточиться на сохранении действующего офицерского корпуса, имея в виду, что выпуски и 2011, и 2012, и 2013 годов будут большими – под 15 тыс. лейтенантов ежегодно», – сказал Панков.
Поэтому, отметил он, если в течение года не будет набора в высшие военные учебные заведения, «ничего страшного не произойдет».
Напомним, известие о прекращении набора курсантов на ближайшие два года озвучила 30 августа заместитель начальника главного управления кадров Вооруженных сил Тамара Фральцова. По ее словам, это связано с переизбытком офицерских кадров и дефицитом офицерских должностей в Вооруженных силах.
Новость была неожиданной и у многих вызвала недоумение. «Мы знаем, как ребята поступают, например, в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище (РВВДКУ): готовятся годами, а не поступив, месяцами потом живут в учебном центре. Конечно же, многим это сломает судьбу или будет, по крайней мере, очень серьезным ударом», – сказал в интервью газете ВЗГЛЯД зампредседателя комитета Госдумы РФ по обороне Игорь Баринов, воздержавшись от комментирования решения Минобороны, чтобы «не нагнетать ситуацию».
Еще весной этого года Тамара Фральцова ничего не говорила о намерении руководства отказаться от набора курсантов в военные училища. По ее словам, в 2010 году специализированные вузы готовились принять около 150 тыс. абитуриентов.
«Все, что сейчас происходит, – логичное продолжение реформы, – пояснил газете ВЗГЛЯД военный эксперт Николай Баранов. – Очевидно, что существовавшую систему нужно было менять, – год от года из вузов выходили лейтенанты с все более низким уровнем подготовки. А в армии нужны грамотные специалисты, а не та толпа неучей. «Лучше меньше, да лучше» – вот пословица, которая очень подходит к случаю».
По его словам, высшую школу тормозят на ближайшие два года для того, чтобы осмотреться и понять потребности послереформенной армии. «В том, что по всей стране создают новые средние учебные заведения военной направленности, есть логика. Опыт таких стран, как Япония и Германия, показывает, что нужно прежде всего вкладываться в самое первое образование – тогда и с высшей школой все будет в порядке. Выпускники новых Президентских суворовских училищ придут в Вооруженные силы уже совсем по-другому. В новой системе выжить будут шансы только у тех, кто действительно хочет быть военным», – сказал Баранов.
В том, что новый поворот образовательной реформы вызвал в минобороновских кругах едва ли не панику, эксперты не видят ничего удивительного – жертвами сокращения, то есть оптимизации, падут многие опытные военные специалисты.
Однако те офицеры, которым по долгу службы приходится работать с вчерашними курсантами говорят: «Советская система военного образования была прекрасна, но до поры до времени. Армии нужна «свежая кровь» в виде качественно подготовленных специалистов, а вырастить таких силами преподавателей советской школы невозможно».
О необходимости глобального реформирования системы обучения военных специалистов на всех уровнях разговоры в кругах Минобороны ходили давно. О том, как военные чиновники планируют перекроить существующую систему, еще в 2008 году рассказал статс-секретарь – замминистра обороны Николай Панков.
В дореформенное время, то есть до 2008 года, на территории России действовали 64 военных вуза: 15 академий, четыре университета, 45 военных училищ и институтов. С уменьшением ежегодного заказа на подготовку офицерских кадров в связи с глобальной военной реформой необходимость в таком количестве специализированных учебных заведений отпала. Одновременно с этим стало ясно: выпускники этих вузов по своему уровню подготовки заметно проигрывают коллегам, закончившим гражданские институты и университеты по аналогичным специальностям. Так, еще несколько лет назад недавние курсанты одного из главных военных учебных заведений страны, Военного университета Министерства обороны, регулярно сталкивались с одной и той же проблемой: почти в каждой газете с объявлениями о трудоустройстве можно было найти слова: «Требуется юрист (экономист, переводчик). Образование высшее, не ВУ МО».
Учитывая все это, руководство Минобороны приняло решение: сократить количество высших военных учебных заведений в шесть раз, оставив только 10, оптимизировать инфраструктуру, сделать преподавательский состав более молодым и в большей степени гражданским, а также расширить количество предоставляемых этими учреждениями образовательных услуг.
Также, по плану военных чиновников, в таких учебных заведениях должно было стать меньше военного – муштры, плаца, прапорщиков и прочего. Этот план был реализован путем слияния вузов схожего профиля и создания крупных военных учебно-научных центров. Так, к примеру, в состав военного учебно-научного центра Сухопутных войск вошли высшие военные командные училища Благовещенска, Новосибирска и Москвы, а также некоторые другие профильные институты, академии и училища.
С приходом в Министерство обороны депутата Госдумы и бывшей школьной учительницы Тамары Фральцовой реформа затронула и систему кадетского образования. Первым и любимым детищем Фральцовой был и остается Пансион воспитанниц Минобороны – женский кадетский корпус, о пользе которого для армии эксперты не устают рассуждать с момента его создания. Следует отметить, что в учебном году – 2010/2011 шанс поучиться в действительно образцовой женской школе получат еще примерно 200 девочек из офицерских семей. Президентские суворовские училища созданы во многом по образу и подобию пансиона.
Решающим для всей системы военного образования станет 2012 год, когда, согласно плану сердюковской команды, будут подведены основные итоги всеармейской реформы.