– Павел Алексеевич, виделись ли вы с мальчиком, что можете сказать о его состоянии?
– Я с утра был у Артема, разговаривал с ним. Ребенок выглядит здоровым. Мальчик веселый, нарисовал мой портрет и подарил мне, а я его нарисовал. Артем по-русски практически не говорит, но все прекрасно понимает.
Он говорит: «Нет, не била, но она bad, она bad», – и показывает: за волосы берет себя рукой и дергает сильно
Я спросил его про семью. Он рассказал, что там была только одна мать, которая его усыновила, – это Тори Энн Хансен. Это мать-одиночка, у которой есть 10-летний ребенок Логан. Также в семье есть бабушка, которая проживала вместе с ними. Мальчик мне рассказал, что он все время находился со старшим братом, который не ходил в школу, равно как и сам Артем: они сидели дома, рисовали и решали какие-то примеры – и все.
О бабушке он сказал, что она хорошая, но «постоянно кричала». А вот когда Артема спрашивают про Тори Хансен, то он ее мамой не называет. Когда я спрашиваю про маму, он кивает головой отрицательно.
– А как с ним обращались в Штатах?
– Когда я спрашиваю его, как относилась к нему Тори Хансен, он начинает плакать. Я спрашиваю его: «Что, она тебя била?». Он говорит: «Нет, не била, но она bad, она bad», – и показывает: за волосы берет себя рукой и дергает сильно. Так что, на мой взгляд, есть основания ставить вопрос о жестоком обращении с ним. Американские правоохранительные органы должны разобраться в этом вопросе и оценить действия приемной матери ребенка.
Павел Астахов считает, что агентство, занимавшееся усыновлением мальчика, необходимо лишить аккредитации (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД) |
– Ранее появлялась информация о том, что Артема должны вернуть в то учреждение, которое передало его на усыновление, то есть в детский дом в приморском Партизанске…
– На самом деле не факт (что ребенка вернут в детский дом в Приморье), мы работаем с органами опеки и уже нашли патронатную семью, которая готова взять его в Москве. Мы работаем над тем, чтобы не отдавать его в детский дом.
– Кто занимался усыновлением Артема с американской стороны, было ли это агентство аккредитовано на территории РФ?
– С американской стороны усыновлением ребенка занималось агентство World Association for Children and Parents (Всемирная ассоциация детей и родителей). Оно имеет свое представительство в России – у них есть офис в Москве на Ленинском проспекте, дом 7.
Это аккредитованное агентство при Министерстве образования и науки, к ним будут вопросы. Я думаю, что есть основания лишить их аккредитации. Две недели назад они передали отчет о том, что с мальчиком все нормально, и прислали его счастливую фотографию.
– Какая существует официальная процедура отказа от ребенка при иностранном усыновлении? Как должна была поступить Тори Хансен, если хотела отказаться от ребенка легально?
– Очень просто. В США есть Child Service – это служба, которая занимается детьми. Приемные родители должны были обратиться в американские органы опеки, и тогда Child Service должна была найти Артему новых приемных родителей в Америке. Вместо этого они его отправили, как посылку, в Россию – самолетом из Вашингтона. При этом он мне подтвердил, что он почти сутки был в пути – и был все время один. Это тоже жестокое обращение с ребенком.
– Направлено ли уведомление об этом случае в американские правоохранительные органы?
– Я ночью говорил с министром иностранных дел Сергеем Лавровым, он сам поражен случаем с Артемом Савельевым. Он говорит, что за всю свою карьеру дипломата еще не встречался с такими ситуациями. Это действительно жестоко и неправомерно. МИД уже готовит соответствующее обращение.
Минувшей ночью американский консул приезжал в больницу и требовал выдать ребенка, ссылаясь на то, что он гражданин США, и угрожал, что привлекут к ответственности больницу. Но у нас с Соединенными Штатами Америки даже нет договора (который позволил бы это сделать – прим. ред.). А Конвенцию ООН о правах ребенка США вообще не подписали.
Артем является гражданином России, он не является гражданином Америки. Сама его мать Тори Хансен написала в записке, что, поскольку он является гражданином России, они возвращают его обратно. В его российском паспорте при этом стоит просроченная виза – непонятно, как его американский пограничный контроль выпустил (из США – прим. ред.), когда у него виза закончилась 4 апреля.