В понедельник около 4.45 по московскому времени в Северной Корее, на полигоне в районе города Кильчжу на северо-востоке страны, состоялось испытание ядерного взрывного устройства, сообщили мировые информационные агентства.
На сей раз «бабахнуло», а не «фукнуло», хотя не исключено, что в дальнейшем мощность взрыва будет скорректирована в меньшую сторону
Факт испытаний был зафиксирован южнокорейскими сейсмостанциями, позднее информацию официально подтвердил Пхеньян. Несмотря на то что источники расходятся в оценке мощности взрыва, большинство из них едины во мнении, что нынешние испытания были более успешными, чем первые, состоявшиеся в октябре 2006 года.
Как сообщает Геологическая служба США (USGS), взрыв породил землетрясение магнитудой 4,7 балла по Рихтеру. Однако сейсмическая волна распространялась на глубине около 10 км, поэтому на поверхности Земли практически не ощущалась.
Согласно информации службы Специального контроля Министерства обороны (МО) РФ, по предварительным оценкам, сила подземного взрыва составила от 10 до 20 Кт.
Газета «Асахи Симбун» в понедельник сообщила, что признаки подготовки к испытаниям японские разведывательные спутники засекли еще в субботу. На снимках было заметно оживление в районе полигона: грузовики, техника, скопления людей. Менее чем через трое суток прогремел взрыв.
Любопытно, что магнитуда сейсмической волны, вызванной первым взрывом, образца 2006 года, составила 3,7 балла. Тогда оценки российских и зарубежных специалистов существенно разошлись. МО РФ заявило, что мощность заряда составила 10–12 Кт, тогда как большинство западных экспертов решили, что она не превысила 1,5 Кт, а возможно, была даже меньшей – 0,5–0,75 Кт. Из чего был сделан вывод: либо взрыв был неядерным (подорвано большое количество обычной взрывчатки для калибровки регистрирующей аппаратуры), либо испытания оказались неудачными. Атомный заряд «профукался»: в цепной реакции среагировала лишь часть расщепляющегося вещества. Кстати, тогда северокорейские приготовления были замечены недели за две до испытаний.
Факт столь значительных расхождений в оценке мощности первого взрыва в России и за рубежом не может не привлечь внимание. Действительно, если первый взрыв в 1,5 Кт вызвал сейсмоволну в 3,7 баллов, то как мог второй взрыв в 15–20 Кт – то есть в десять раз более мощный – вызвать землетрясение в 4,7, даже с учетом того, что шакала Рихтера – логарифмическая?
Опуская элементарные расчеты, как ни считай, получается нестыковка. Существует стандартная формула перевода силы зарегистрированной сейсмоволны в тротиловый эквивалент в зависимости от расстояния. Похоже, наши специалисты воспользовались именно ей, а западные пользуются иными методиками, иначе столь большую разницу в оценках объяснить сложно.
Но об особых разногласиях говорить пока рано: да, на сей раз «бабахнуло», а не «фукнуло», хотя не исключено, что в дальнейшем, после изучения полученных материалов (чем занимаются сейчас в МО РФ), мощность взрыва будет скорректирована в меньшую сторону.
Действительно, конструкция заряда вполне отработана, ошибки учтены. Вероятно, известна и конструкция заряда. В свое время ливийцы, заявляя о прекращении своей ядерной программы, передали специалистам МАГАТЭ чертежи боевой части, полученные ими благодаря сотрудничеству с КНДР. В свою очередь, эта конструкция базировалась на китайских разработках 30-летней давности. Специалисты оценили ее как «грубоватую, но надежную».
Теперь северокорейским специалистам остается лишь совершенствовать базовую конструкцию. Прогресс при этом очевиден: рост мощности заряда. Следует также отметить, что если в первых испытаниях подготовка заняла несколько недель, то в данном случае – не более трех дней. Косвенно это свидетельствует об улучшении как профессионализма обслуживающего персонала, так и конструкции заряда.
Чем подобные испытания угрожают нашей стране? Ответ очевиден – в практическом плане ничем. Даже с точки зрения экологических последствий. На таком расстоянии и при такой мощности взрыва, будь он даже надземным, экологические последствия от радиоактивных осадков будут пренебрежимо малы.
США, Япония и Южная Корея (а возможно, и ЕС) будут требовать крови, то есть максимально жесткой изоляции КНДР
Собственно, это одна из причин, по которой министр иностранных дел Сергей Лавров хладнокровно призвал мировое сообщество «не поднимать истерику».
Действительно, смысл испытаний совершенно очевиден: шантаж. Клану Кимов требуется продовольствие, чтобы накормить страну, которую они сами довели до современного состояния. Во время войны, да и сейчас существует такой тип боеприпасов, как агитационные бомбы. Их начинку составляли не тротил и гексоген, а послания к противнику – листовки, брошюры и прочие послания, адресованные «той стороне». Корейцам первым в мире удалось создать совершенно уникальный боеприпас – «агитационную атомную бомбу».
«Кормите нас и дальше и не смейте соваться в наши дела. Не станете – будем играться со спичками», – вот единственный смысл сегодняшнего «послания».
Шутки шутками, но заседание Совбеза ООН состоится в понедельник, как сообщается, в 16.30 по нью-йоркскому времени (00.30 – по московскому). Инициатор созыва – Токио, где к любым военным достижениям КНДР относятся чрезвычайно нервно. Премьер-министр страны Таро Асо заявил, что его правительство будет требовать, чтобы ООН приняла резолюцию, осуждающую проведение испытаний.
«Северная Корея открыто и опрометчиво провоцирует международное сообщество. Подобные провокации только усилят изоляцию Северной Кореи. Она не найдет международного признания до тех пор, пока не откажется от разработки оружия массового поражения и средств его доставки», – заявил одним из первых президент США Барак Обама.
#{weapon}Евросоюз, Индия, Россия и Китай в один голос решительно осуждают факт испытаний. Заявления дипломатических ведомств всех этих стран написаны как будто под копирку. Единственное исключение – Иран, заявивший, что испытания – «внутреннее дело КНДР».
Несмотря на схожесть официальных осуждающих формулировок, пока достаточно обтекаемых, разные группы стран будут требовать разной меры наказания Пхеньяна за этот проступок.
Понятно, что США, Япония и Южная Корея (а возможно, и ЕС) будут требовать крови, то есть максимально жесткой изоляции, вплоть до ареста северокорейских счетов в иностранных банках и принудительного досмотра судов, направляющихся в КНДР (такие требования эти страны уже выдвигали после первых испытаний).
Наиболее мягкой будет позиция России (нам «агитационные бомбы» мало чем угрожают) и КНР. Китайцы совсем не заинтересованы в полной международной изоляции своего союзника, который к тому же служит неплохим буфером между Китаем, Южной Кореей и отчасти Японией.
Собственно, противостояние этих стран и составит интригу предстоящего заседания. До его окончания делать выводы о мерах, которые примет международное сообщество к распоясавшимся чучхэистам, было бы преждевременно.