В своей прощальной речи к американскому народу уходящий президент США Джо Байден упомянул Украину, Израиль, НАТО, но ни разу – Россию. Понятно, почему так: в подобных речах принято хвалить себя, а Россия у Байдена идет в числе неудач и провалов.
Он обещал Москве военное поражение, экономику в руинах и «санкции из ада». Не срослось. Наши победы – это главное поражение Байдена.
Кому-то может показаться, что главное поражение – это все-таки Афганистан, но это спекуляция – несправедливая и антибайденовская. На самом деле США проиграли конфликт в Афганистане задолго до Байдена, и при любом другом президенте на его месте исход вряд ли бы был другим. Как максимум агонию удалось бы продлить еще на несколько лет.
А вот вторая холодная война, прокси-война между Россией и НАТО и широкомасштабные боевые действия в Европе – это уже непосредственно байденовское наследие. С этим его президентство неразрывно связано, с этим войдет в историю, с этим будет ассоциироваться через сто и через двести лет. Ничего важнее с участием Байдена в последние три года в мире попросту не происходило.
Все могло бы сложиться иначе, если бы Байден был тем Байденом, каким его знали большую часть его жизни. Раньше он был прежде всего политиком-дипломатом с опытом и связями, который вел переговоры еще с руководством СССР по сложнейшим вопросам контроля над вооружениями. Это давало оптимистам основание надеяться, будто Байден готов к сложному диалогу и с Россией – по НАТО и архитектуре безопасности, но эту возможность Вашингтон отверг в декабре 2021 года: по всем волнующим Москву вопросам у Байдена просто сказали «нет».
Иная политика – политика дипломатии, компромисса и «разрядки» – могла бы предотвратить многое, включая СВО. Тогда главное внешнеполитическое поражение Байдена было бы каким-то другим. Например, все-таки в Афганистане. И тогда в написанных его помощниками мемуарах от имени 46-го президента США можно было бы близко к истине оправдаться за провал афганской кампании. Это всяко лучше, чем та ахинея об Украине, которую пропишут за Байдена теперь.
С тем, что его президентство в целом провальное, согласны 61% респондентов опроса CNN – канала сверхлояльного лично к Байдену и к его Демократической партии. Но американцы не так уж сильно интересуются внешней политикой и больше склонны сверяться с собственным экономическим самочувствием, поэтому предъявляют 46-му президенту до банальности стандартный список претензий: налоги, инфляция, безопасность.
Между тем основное фиаско Байдена в области внутренней политики в другом. А для американской демократии это его фиаско одновременно – большая удача (если, конечно, не понимать под демократией власть демократов).
Задачей Байдена в качестве ставленника вашингтонской номенклатуры и глобалистской элиты было превращение США в однопартийный проект, при котором демократы бессменно контролируют Белый дом и Конгресс, а республиканцы на федеральном уровне превращаются в вечную оппозицию.
В первые два года президентства Байдена силы и средства для этого были: демократы контролировали Сенат и Палату представителей, республиканцы оказались разобщены, а Дональд Трамп низложен и опозорен. Существовал и путь – очевидный набор действий по строительству «диктатуры демократов».
Легализовать миллионы «новых американцев» из числа нелегальных мигрантов. Дать статус штатов округу Колумбия и острову Пуэрто-Рико (это плюс четыре демократа в Сенате). Провести избирательную реформу с перенарезкой округов и упором на почтовое голосование. Реорганизовать всемогущий Верховный суд, где консерваторы составляли большинство и грозили свести на нет усилия по строительству либеральной антиутопии.
К переформатированию Верховного суда Байден даже приступил – огласил проект реформы, созвал комиссию, обещал сделать все это своим политическим наследием. И кто теперь об этом помнит?
Для того, чтобы выполнить задание партии, Байдену не хватило резвости – физической и аппаратной, а кредит доверия со стороны американцев он быстро просадил. Строить диктатуру в таких условиях не было уже никакой возможности.
То есть консервативным американцам в каком-то смысле повезло, что Байден был настолько плох. Был бы успешен и бодр, «трампистов» скрутили бы в бараний рог и заставили разучивать по ролям 38 гендеров.
Другое дело, а был ли Байден? В его защиту можно сказать, что Байдена-то и не было – такого Байдена, которого Америка знала ранее.
Недаром популярность обрела карикатура с серией президентских портретов, где на месте Байдена – безликие манекены и надпись «либеральная бюрократия».
Правы в итоге оказались люди злословные, которые еще в период кампании 2020 года указывали, что снижение когнитивных способностей Байдена не позволит ему эффективно управлять страной. Но как и у многих в преклонном возрасте, «плохие дни» чередовались с «хорошими». Поэтому, ограждая президента от внешнего мира, пресловутой либеральной бюрократии и членам байденовской семьи удавалось скрывать то, что поначалу и подозревать-то считалось неэтичным – человеческую дряхлость главы государства.
Он руководил страной из отпуска, месяцами тянул с важными назначениями, породил уничижительный термин «байденизмы» (это когда обращаешься к пустоте, забываешь должность министра обороны или путаешь сестру с женой). От прежнего живчика и харизмата, который, когда надо, умел быть «стальным парнем» и «крестным отцом», осталась одна оболочка с пересаженными волосами.
Да, смеяться над старостью грешно – она не минует никого, кто способен до нее дожить, тем более что Байден, как было сказано выше, оказался удачно стар – слишком стар, чтоб стать диктатором. В конце концов Трамп тоже далеко не мальчик, и очень навряд ли все то, что он обещает – от приобретения Гренландии до завершения конфликта на Украине в 2025 году – действительно будет исполнено.
Однако основное наследие Байдена в виде поощрения кровопролитной войны, на которой традиционно хорошо заработали энергетические и оружейные бароны США, делает его возраст столь же неизвинительным обстоятельством, как и в случае с графом Дракулой.
Запомним их обоих, как упырей. Более сложной картины президент Байден не заслужил и не заслужит до тех пор, пока не появятся существенные причины вспомнить о нем добрым словом в сравнении со вторым сроком президента Трампа.
Кажется, новый способен удивлять похлеще старого.