Владимир Зеленский заявил Эммануэлю Макрону, что Киев «выполнил все договоренности» между лидерами «нормандской четверки», достигнутые на прошлогодней встрече в Париже. По крайней мере, так передала детали телефонного разговора двух президентов пресс-служба Зеленского.
Кто-то тут нагло врет. Либо Зеленский – Макрону, либо пресс-служба президента – украинцам.
Второе вполне вероятно. По большому счету основной метод работы администрации Зеленского – продуцирование вранья и информационных пузырей. Все это призвано прикрыть истинный принцип ее работы – бездействие в ожидании подачек от Запада и от судьбы (Запад пока что терпит, но судьба к Украине почти всегда жестока).
Самый свежий пример: Зеленский подписал закон «о доступе украинских граждан к вакцинам от коронавируса». Документ призван «ускорить выход на украинский рынок вакцин, которые успешно пройдут клинические испытания» и «положительно повлиять на имидж Украины». Это абсолютно бессмысленный набор слов, потому что указ Зеленского никак не повлияет ни на имидж Украины, ни на скорость клинических испытаний западных вакцин, ни на начало их поставок в достаточном количестве (пока что самим не хватает).
Реалистичный сценарий – наладить на Украине производство российской вакцины. Это было предложено Киеву, но предложение стало по сути своей ловушкой, в которую Зеленский не мог не угодить. Теперь ему нужно отбиваться от обвинений и упреков, поэтому и возникает набор слов, процитированный выше. Налицо имитация деятельности и то самое вранье, но в форме подписанного президентом закона – уж такая страна.
В общем, в пресс-службе Зеленского способны банально дезинформировать население, благо «легенда» Киева такова, что Украина выполняет Минские соглашения, а Россия – нет, поэтому-то процесс «возвращения Донбасса» и застопорился.
В реальности всё ровно наоборот, что не является секретом ни для кого, кто следит за ситуацией в Донбассе: таких много и в Москве, и в Париже, но не так уж много в Киеве, поскольку простое оперирование информацией с донбасской стороны приравнивается там к измене родине, так что все наблюдатели принципиально слепы на один глаз.
Но может быть и такое, что Зеленский прямо лжет Макрону. Тут надо представить ситуацию, что вам звонит какой-то украинец и начинает вешать лапшу на уши, сиречь держать вас за полного идиота.
Напомним суть этого клубка противоречий. Украина подписалась под Минскими соглашениями, но саботирует их реализацию. Вместо нее Киев хочет собрать еще одну встречу в «нормандском формате» и переписать минскую сделку в свою пользу. Как именно Зеленский будет убеждать в этом лидеров России, Германии и Франции, он сам пока не понимает, но план именно таков – собрать всех и канючить.
Позиция Москвы в том, что новой встречи не будет, пока Киев не выполнит все свои обязательства, обговоренные в Париже. Из девяти пунктов реализованы только два, это невозможно отрицать, но Зеленский лжет Макрону будто прораб заказчику, что работы выполнены в полном объеме. Из этого француз должен вынести, что украинские руки чисты, и все проблемы в одной России. Следовательно, нужно наложить на Россию новые санкции, а украинцам дать еще денег (очень нужны, вот-вот закончатся).
Подобная переговорная тактика выглядит и нагло, и жалко одновременно, но в данном случае, как ни странно, может сработать. Причем не потому, что Макрон действительно идиот и искренне верит вранью Зеленского.
Отложим в сторону вопрос о том, что на самом деле мешает Киеву выполнить свою часть минской сделки и не ставить главу государства в неприятное положение заведомого лжеца. Обычно при этом упоминают страх Зеленского перед немногочисленными, но пассионарными националистами. Но лучше признать, что для украинских властей – это осознанная тактика паразитического существования и движения к заранее очерченной цели.
По этой тактике Донбассе должен оставаться в том положении, в котором он находится сейчас – его реальная реинтеграция для украинских властей нежелательна. Во-первых, она потребует больших расходов, во-вторых, обеспечит избирателями пророссийскую оппозицию. Однако ответственность за простой должна быть возложена на Москву, что даст украинцам некое моральное право требовать от Запада помощи для «жертв российской агрессии» и тратить эту помощь на текущие нужды.
Это может продолжаться еще пять, десять, двадцать, тридцать лет. Все это время украинцы планируют жить за чужой счет и выжидать возможности вернуть Донбасс на своих условиях. Они это формулируют как «вырвать из лап ослабевшей империи», но даже если подобное никогда не станет осуществимым, Москва продолжит нести убытки из-за санкций, а Киев получать мзду в виде милостыни. Для русских время стоит денег, а украинцам, наоборот, деньги приносит (даже если в реальности это не так, верить в такое удобно).
Макрону и Меркель вряд хочется выглядеть дураками: они неоднократно заявляли, что Минские соглашения должны быть выполнены, а ложь Зеленского до смешного прозрачна. Однако ситуация «ни войны, ни мира» их в целом устраивает, как устраивала 25 лет применительно к Карабаху – главное, что нет реальных боев. А констатировать реальность в пользу России Париж и Берлин не станут – мы с ними в ссоре сразу по нескольким причинам, в отношении же Зеленского они воспринимают себя скорее как экзаменаторов, которые сами ищут возможность вытянуть нерадивого студента хотя бы на тройку.
«Врет, что знает, но будем считать, что правда знает», – такая примерно логика у профессора Макрона, если он действительно проглотил поданное ему Зеленским вранье, как о том сообщает пресс-служба украинского президента. «Мели, Емеля, твоя неделя».
В таком случае не приходится ожидать, что европейские гаранты Минских соглашений будут как-то подталкивать Киев в их реализации. Как следствие, мы застреваем в украинской парадигме бездействия, и выйти из нее можно будет не раньше, чем Киев сам согласится на это.
Добиться его согласия реально лишь через экономическое давление, чтобы простой стоил украинцам дороже, чем исполнение обязательств. Если мы хотим, чтобы время работало на нас, а не на них, необходимо применение действительно жестких санкций, то есть переход в режим нападения вместо пассивной защиты, когда Москва опровергает и высмеивает ложь Киева, но ситуация не движется с мертвой точки, а именно это Киеву и нужно.