От жестких и бескомпромиссных требований «немедленно свернуть проект» и угрозы применения санкций в отношении компаний, которые участвуют в строительстве газопровода «Северный поток – 2», Вашингтон перешел к мягким увещеваниям.
В частности, заместитель помощника госсекретаря США Сандра Оудкирк заявила следующее: «У Европы остались рычаги, чтобы приостановить или переформатировать его таким образом, чтобы он отвечал требованиям энергетической независимости. Мне не хотелось бы говорить, что санкции – последний инструмент».
То есть вместо «отменить» – «приостановить или переформатировать».
Следует подчеркнуть, что все та же Оудкирк чуть больше месяца назад говорила о газопроводе с совсем другими интонациями. В ходе своего выступления в Берлине она, к примеру, заявила, что Вашингтон собирается предотвратить его строительство «при помощи санкций» и сделает все для того, чтобы «проект не состоялся».
Отсюда вопрос – чем вызвано настолько быстрое переформатирование позиции Вашингтона по дважды принципиальному для них вопросу? Дважды – поскольку, выступая против газопровода, США, во-первых, готовят рынок для своего сжиженного газа, а во-вторых – поддерживают Украину, которая неизбежно потеряет миллиарды долларов после радикального сокращения транзита через свою территорию.
|
Заместитель помощника госсекретаря США Сандра Оудкирк
|
Похоже, дело в том, что на фоне канонады торговой войны между США и Евросоюзом «Северный поток – 2» перестал быть приоритетной целью американцев.
История с конфетами, якобы брошенными Дональдом Трампом в сторону Ангелы Меркель, свидетельствует о том, что отношения «старой доброй Европы» и «дядюшки Сэма» сейчас хуже, чем когда-либо со времен Второй мировой войны. Причем даже в том случае, если в реальности Трамп конфетами не кидался – в случае кого-либо из его предшественников подобное тяжело даже вообразить.
В таких условиях угрозы США ввести санкции против «Северного потока – 2» не вызывают у европейцев ничего, кроме раздражения.
Замглавы Еврокомиссии по делам Энергосоюза Марош Шефчович после ритуальных расшаркиваний и заверений в том, что Вашингтон и Брюссель работают «чрезвычайно хорошо вместе», однозначно пригрозил США ответными санкциями в случае каких-либо американских ограничительных мер против европейских подрядчиков Газпрома.
Параллельно в Германии в очередной раз напомнили, кто несет наиболее серьезные потери от антироссийских ограничений. Депутат бундестага от партии «Альтернатива для Германии» Маркус Фронмайер утверждает, что из-за санкций против России ФРГ каждый месяц теряет 618 млн евро. А по данным Института мировой экономики в Киле, потери немцев составляют 40% от всего ущерба, который несут страны Евросоюза, искусственно ограничивая экономическое сотрудничество с РФ.
«Ради чего все это? Чтобы изменить территориальный статус Крымского полуострова, чего никогда не произойдет?» – вопрошает Фронмайер.
Конечно, «Альтернатива для Германии» – партия оппозиционная, но вопрос, ради чего Германия несет экономические потери от санкций, регулярно возникает не только у оппозиционеров. Премьер-министры сразу трех федеральных земель – Нижняя Саксония, Мекленбург – Передняя Померания и Шлезвиг-Гольштейн – еще в начале июня потребовали от Ангелы Меркель усилить сотрудничество с Россией и не поддаваться на американское давление в связи с «Северным потоком – 2».
Ангела Меркель, судя по ее заявлениям, поддаваться даже не думает, хотя по другим вопросам остается верным союзником США, несмотря на все скандалы, прослушки и конфетки. Ее нынешнее положение на вершинах немецкой власти откровенно шаткое. Но у Вашингтона в любом случае нет возможности привести на место Меркель еще более проамериканского политика, как это удалось во Франции в случае с Эммануэлем Макроном.
Поэтому США и ослабляют свое давление на участников проекта «Северный поток – 2».
Скорее всего, сперва американцы рассчитывали повторить свой успех четырехлетней давности, когда, надавив на Болгарию, им удалось похоронить проект «Южного потока». В июне 2014 года в Софии высадилась целая делегация сенаторов во главе с печально известным Джоном Маккейном, после чего болгарская сторона сразу же заявила о приостановке проекта.
Газпром и его европейские партнеры понесли заметные финансовые потери (около 5 млрд евро), но уже в декабре 2014 года выяснилось, что главной проигравшей стороной стала сама Болгария, а вовсе не Россия и не акционеры «Южного потока». На совместной пресс-конференции с турецким лидером Реджепом Тайипом Эрдоганом Владимир Путин заявил о начале строительства «Турецкого потока». И, несмотря на неоднократно возникавшие между Москвой и Анкарой политические разногласия, первая нитка газопровода уже проложена, ведутся работы по укладке второй линии.
Болгария этим крайне опечалена, и президент этой страны Румен Радев в мае 2018 года выражал готовность построить «Болгарский поток». Поздно – поезд уже ушел, и если раньше возможность Болгарии получать газ из России зависела от доброй воли Украины, то теперь Софии придется договариваться с Анкарой, а вместо того, чтобы получать деньги за транзит, платить за него.
В Берлине умеют считать деньги гораздо лучше, чем в Софии, а потому отлично понимают, что прямой газопровод из России – это единственная гарантия безопасного и регулярного получения топлива. Любая транзитная страна – это риск, особенно в условиях политической турбулентности, в которую Евросоюз (да и весь мир) вошел после разбалансировки мирового порядка из-за претензий США на роль единственного мирового лидера.
Германия – это не Болгария, которую можно победить десантом американских сенаторов. У Берлина куда больше возможностей отстаивать собственные экономические и политические интересы, нежели у Софии, которая уже второе столетие подряд ведет себя как мальчик из анекдота, который, пытаясь увернуться от пинка под зад, получает ногой по лицу.
В Госдепе это наконец-то поняли, поэтому риторика Сандры Оудкирк претерпела столь впечатляющие изменения за довольно-таки короткий срок.
А если США и Евросоюз продолжат свою торговую войну, не исключено, что американцы в принципе не будут отвлекаться на «проблему» «СП-2» – у них будет достаточно других проблем посерьезнее. Но это будет, наверное, единственный плюс для Москвы в назревающей торговой «войне всех против всех».
Похоже, всех этих изменений не осознали только на Украине, где до сих пор повторяют как мантру – «Вашингтон не позволит построить «Северный поток – 2». Лучше бы думали о том, что делать после того, когда поток российских денег, получаемых за транзит газа, обмелеет или иссякнет совсем.