Чтобы отследить выполнение правительством «суперуказа» Владимира Путина, Общероссийский народный фронт решил изменить внутреннюю структуру, сообщили на прошлой неделе СМИ. Были озвучены планы, согласно которым фронт перейдет на проектный подход и подключится к формированию национальных программ, а новым форматом работы ОНФ станет «нулевое чтение» решений и докладов правительства.
Напомним, Народный фронт был создан в 2011 году по инициативе самого Путина, а с 2013 года, после учредительного съезда организации, он был избран лидером ОНФ. С тех пор авторитет движения в обществе растет. Как писала недавно газета ВЗГЛЯД, первый замглавы кремлевской администрации Сергей Кириенко назвал ОНФ организацией с лучшим в стране соотношением доверия и недоверия. 53% доверяют, всего лишь 2,5% не доверяют.
О том, как движению удалось добиться такого уровня доверия, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал глава исполкома ОНФ Алексей Анисимов.
ВЗГЛЯД: Алексей Викторович, правда ли, что вы меняете схему работы с целью выполнения «суперуказа» Путина?
А.А.: Мы перезагружаемся – с точки зрения задач, поставленных президентом на новом этапе развития страны на ближайшие шесть лет в новом «майском указе».
Президент дал поручение. Мы работаем, переформатируем наши экспертные площадки, меняем их в соответствии с 12 направлениями, которые обозначены в этом указе. Начиная с демографии – все по нацпроектам и нацпрограммам. Это будут наши тематические площадки.
И главное, что работа активистов и экспертов ОНФ будет предполагать предварительное направление в правительство наших предложений, чтобы оно их учитывало при подготовке национальных проектов и программ по этим 12 направлениям. Затем будет их экспертное обсуждение до принятия в октябре Советом при президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам. Что-то вроде «нулевого чтения».
Начинаем работать с властью, о чем Сергей Кириенко и говорил. Осенью к съезду мы подойдем с новыми нашими форматами работы, в том числе по мониторингу исполнения этих пяти нацпроектов и семи нацпрограмм.
ВЗГЛЯД: В 2012 году президент издал «майские указы», тогда же поручив Фронту следить за их исполнением. В мае этого года вы подытожили выполнение указов – и сказали: 12% ОНФ считает невыполненными, а 10% необходимо оставить на контроле. По каким моментам остались недоработки?
А.А.: Например, детские сады. Конечно, электронная очередь создана. Стало все прозрачно и доступно. В большинстве регионов дети с 3 до 7 лет попадают в детсады. Но как решается вопрос? Зачастую за счет увеличения численности групп – в некоторых садиках даже до 30 детей в одной группе. Это безобразие, и, конечно, мы не согласны с этим.
Даже если правительство и все остальные сняли этот вопрос с контроля, мы не снимаем и об этом будем говорить. Количество детей на одну группу нужно снижать до 20. Да и рождаемость повышается – надо строить новые детские сады.
Еще один вопрос из той же серии «выполнено, но требует контроля» – переселение граждан из ветхого и аварийного жилья.
Беспрецедентная программа, не имеющая аналогов в мире; это надо сказать прямо. Но сколько Народный фронт бился за нее, боролся с тем, что граждан переселяли в «новое аварийное жилье» – пришлось нам ввести такой термин.
В общем, либо это требовало дальнейшего ремонта, либо граждане не были согласны переезжать туда, куда их переселяли. Остались «хвосты» этой проблемы – ОНФ взял на контроль то, чтобы людей переселили в нормальное жилье.
Теперь о системе независимой оценки качества услуг соцучреждений, то есть больниц, школ, детских садов, поликлиник. Задача не выполнена, цели не достигнуты.
Система тяжелая, все запутано – на официальном сайте для размещения информации о государственных (муниципальных) учреждениях (bus.gov.ru) непонятно, как оставлять «обратную связь». Оказалось, что у граждан вообще нет возможности ее оставлять. Сами власти о себе и оставляют оценки: сами ругают, а потом себе же выдвигают предложения. То есть такой «междусобойчик», как сказал президент, выслушав на Госсовете доклад Народного фронта об этой ситуации.
Можно упомянуть и ряд других вопросов. Например, не создан рынок арендного жилья для малообеспеченных граждан. Вечная история с зарплатами бюджетников: должны были довести до уровня средних по регионам. В ряде регионов не выполнено. Мы не снимаем это с контроля. Отсюда и упомянутые 10%.
ВЗГЛЯД: Будут ли новые проекты против коррупции, помимо известных «Честных закупок»?
А.А.: Мы расширяем сам проект «За честные закупки». Он уже вышел за рамки сугубо закупочных процедур и вопросов. Сейчас это расследования разных серых схем, аффилированности чиновников, картельных сговоров с коммерсантами. Работаем в том числе с инсайдерской информацией, но всесторонне проверяем ее происхождение, чтобы не оказалось так, что кто-то заказывает конкурента.
Продолжим эту работу в муниципалитетах. Мы на этот уровень еще не копали, пока проверки велись на региональном уровне. А ведь муниципальный уровень – это и есть та точка соприкосновения простого человека и конкретного представителя власти, в том числе зарвавшегося бизнесмена. Мы с этим сталкиваемся в малых городах.
В таких проверках «на земле», кстати, активно участвует «Молодежка ОНФ», наша новая площадка. Молодые люди всегда остро чувствуют несправедливость, не стесняясь, говорят об этом.
Во-вторых,
возможны – я пока так аккуратно скажу – новые форматы антикоррупционной работы.
Мы очень активно стали работать с ФАС, с Генпрокуратурой. В регионах прокуроры встречаются с нашими активистами, внимательно их слушают. Прокуратура и ФАС увидели в Народном фронте и экспертный институт, и своих партнеров. Мы передаем информацию – они реагируют.
ВЗГЛЯД: Сколько получилось сэкономить благодаря «Честным закупкам»?
А.А.: За все время работы проекта, отменив эти траты либо снизив, удалось сэкономить 270 млрд рублей. Убрали непрозрачные схемы – и те, кто на этих схемах «сидел», не получили свои бонусы. Задача – делать схемы транспарентными, максимально переводить в цифровую, электронную форму.
ВЗГЛЯД: Еще до нашумевшей волоколамской истории ОНФ взялся за проект «Генеральная уборка» – по выявлению незаконных свалок. Но проблема пока далека от решения?
А.А.: «Генеральная уборка» призвана вовлечь больше людей в работу если не по ликвидации этих свалок, то хотя бы в информационную работу. Понятно, что мусора меньше не становится.
Проблема комплексная. С одной стороны, есть свалки мелкие, стихийные – и чтобы с ними бороться, нужно вести в том числе разъяснительную работу. Например, разъяснять дачникам, которые выбрасывают мусор на обочину дороги. Необходимо переходить по образцу других стран на раздельный сбор мусора и учить этому со школы.
С другой – есть крупные свалки вокруг крупных городов. Здесь решение – в реформе обращения с отходами и строительстве современных предприятий и полигонов с переработкой.
Никто десятилетиями этим не занимался. Эти проблемы решаем совместно с властью – когда наши активисты указывают на проблему, то чиновники выезжают на место и решают. Мы аккумулируем информацию через «Интерактивную карту свалок». Граждане сообщают о нарушении, на карте появляется красная точка, когда статус свалки определяется, то точка становится желтой, а когда ее устраняют – на карте зеленая точка.
В общем, без строительства мусоросжигательных заводов, раздельных линий по сбору, начиная от мусорного контейнера и заканчивая полигоном, ничего не произойдет.
Поэтому мы начали заниматься региональными схемами по обращению с ТКО (твердыми коммунальными отходами). Эти схемы, утвержденные властями регионов, не выдерживали никакой критики. Президенту мы докладывали год назад, что нужно продлить срок перехода на новые правила обращения с ТКО, и он продлил. Огромная работа, и мы только лишь маленькое звено в решении этой огромной задачи государственной важности, которую поставил президент. Технологический рывок, о котором говорил глава государства в новом «майском указе», подразумевает ведь не только полет на Марс, но и работу в своем дворе, в своем подъезде.
А, например, в «Молодежке ОНФ» недавно предложили такой формат – «плоггинг»...
ВЗГЛЯД: Что это значит?
А.А.: «Плоггинг» – это пробежка с одновременным сбором пластиковых отходов и другого мусора. Можно много еще привести примеров такой «движухи» молодых. К примеру, в Иркутской области ежегодно активисты ОНФ восстанавливают лес, пострадавший от пожаров. В мае этого года в том числе на 104 тысячи рублей, пожертвованные президентом, посадили елки.
ВЗГЛЯД: Сколько человек на сегодня в активе ОНФ?
А.А.: Больше 100 тысяч «штыков» в целом по стране. Это люди, которые постоянно участвуют в наших проектах. База экспертов на уровне 20–25 тысяч.
К сожалению, наших активистов в ряде регионов считают настоящей «костью в горле». Иногда пытаются «задушить в объятиях» или запугать.
А кого и посадить, как активиста из Ростова-на-Дону Сергея Левченко. А сопредседателю нашего омского отделения Людмиле Жуковой сожгли дом. Но она остается на своей позиции в защите леса от варварской вырубки. В Иркутской области угрожали активисту Сергею Апановичу, который борется с «черными лесорубами». Даже стреляли – слава богу, мимо. Где-то удалось запугать – как, например, нашу активистку в Карелии. Она, конечно, переживает, но дальше уже правоохранительные органы, а не активисты должны разбираться.
Отдельно хотелось бы отметить наших «звездочек». У нас выросли и в регионах, и на федеральном уровне очень интересные люди. В Свердловской области это Жанна Рябцева, в Самарской области – Вадим Нуждин, в Брянской области – Светлана Калинина. Александр Кузнецов в Марий Эл, Олег Авдыш в Калининградской области, Марина Ермоленко на Алтае, Денис Рыжий в Челябинской области. Анна Кузнецова – наша активистка из Пензы – стала сейчас федеральным политиком, уполномоченным РФ по правам ребенка. Наши федеральные «звездочки» – Ольга Тимофеева, Антон Гетта, Александр Васильев, Виктор Климов, Наталья Костенко, Любовь Духанина. И отдельно – Александр Бречалов, он, безусловно, находка для Удмуртии в качестве главы. Но с точки зрения Фронта – потеря. Он был хедлайнером движения. И конечно, Станислав Сергеевич Говорухин. Он был нашим гуру, нашим тренером, был лицом Народного фронта, таких больше нет.
ВЗГЛЯД: Все это большой объем работы. Алексей Викторович, удается ли вам при вашей загруженности делами находить время для занятий спортом или искусством, к которым, насколько известно, вы неравнодушны с детства?
А.А.: Точно нет. Удается только найти время на хоккей, на игры в одной из команд Ночной хоккейной лиги. Для меня это очень важно, потому что там действительно, с одной стороны, разряжаешься, с другой – удается голове, рукам и ногам отдохнуть и опять зарядиться. У нас очень хорошая команда, и название у нее хорошее – «Премьер». Команда собралась, когда Владимир Путин был премьером. Там было много сотрудников Белого дома, сейчас это уже другой коллектив очень дружных парней. Мы стараемся профессионально выступать, каждый сезон завоевываем в Москве медали, в Сочи у нас даже кубок был и третье место.
ВЗГЛЯД: Пишут, в юности вы закончили музыкальную школу. Есть ли в вашей жизни сейчас время для музыки?
А.А.: Музыка присутствует, только сотрудникам ни разу не спел и не сыграл. У меня здесь, на работе, есть гитара, на даче есть и в квартире. Подарки друзей. Иногда могу побренчать
Я нигде еще об этом не говорил, но жалею, что бросил аккордеон после музыкальной школы. Но так случилось: когда закончил школу, то пошел работать кочегаром. Потом – армия, не до аккордеона было. Потом навык забылся. Хотя если беру в руки аккордеон или сажусь за фортепиано – пальцы что-то помнят.
Вот это было воспитание – на всех уровнях. Спасибо родителям, что они меня заставили ходить в музыкальную школу, которую я потом полюбил. И не мешали мне заниматься и бальными танцами, и в спортивных секциях. А я «бегал» по многим, но выбрал все-таки хоккей. И позволяли еще вечером во дворе посидеть, приобщиться к настоящей дворовой жизни, которой сейчас детям не хватает. Но мы им обязательно весь наш опыт и все наши ценности передадим.