Конфликт Игоря Плотницкого с его силовиками, включая главу МВД Игоря Корнета, закончился уходом главы республики. Формально он подал в отставку «по состоянию здоровья» – «сказались многочисленные боевые ранения, последствия контузии». Об этом сообщил глава министерства госбезопасности (МГБ) республики Леонид Пасечник – он же по решению Плотницкого стал исполняющим обязанности главы ЛНР вплоть до предстоящих выборов.
Сам же Плотницкий назначается уполномоченным от ЛНР по исполнению минских соглашений –
тех самых, под которыми стоит его подпись. И новый глава уже заявил о своей приверженности их соблюдению.
Длившееся несколько дней противостояние Плотницкого и силовиков, начавшееся с попытки отстранения главы МВД и его последовавшего неподчинения, закончилось мирным путем. При этом уход руководителя республики, конечно, стал потрясением для ЛНР, ведь Плотницкий руководил отколовшейся от Украины республикой практически все время ее существования. Бывший до этого ее министром обороны, он возглавил ЛНР в августе 2014-го – после того, как ушел отец-основатель Валерий Болотов (он умер в январе этого года в Москве). Теперь, после Плотницкого, у республики появится новый руководитель. Пока что им будет Пасечник, а потом, после всеобщих выборов, появится и полноценный новый глава. Каковы же будут последствия смены власти в Луганске? Есть ли какие-то угрозы для самой республики – и для России?
Во-первых, никакой угрозы существованию ЛНР нет. При всех разногласиях внутри ее руководства, никаких предателей там не было. Звучащие же в адрес Плотницкого намеки можно отнести к разряду информационных атак. Кто бы ни стал новым главой ЛНР, силовые и политические структуры останутся прежними – понимающими, что воюющей республике нужно сводить к минимуму внутренние разборки.
Во-вторых, никакое слияние с ДНР сейчас невозможно. Подобные перемены могли бы обсуждаться только в случае начала очень серьезного внутриполитического кризиса на Украине и подготовки к возобновлению полноценных боевых действий.
В-третьих, никаких изменений в минском процессе не произойдет. И не потому, что представителем на переговорах в Минске будет Плотницкий – а потому, что эти встречи имеют сейчас только формальный характер. Если – и когда – между Украиной и ЛНР с ДНР начнутся полноценные переговоры, все изменится. Но пока что в «минском формате» имеют значение лишь встречи на высшем уровне Путина с руководителями ФРГ и Франции.
В-четвертых, никакого изменения в отношении России к ЛНР нет и быть не может – мы поддерживаем народ и республики, а не личности.
На Украине сам факт такой полусиловой смены власти в ЛНР, естественно, используют для антироссийской агитации – мол, «Москва сменила главу марионеточной республики». Но все происходящее в Луганске служит иллюстрацией как раз прямо противоположного – того, что Россия всячески поддерживает и помогает республикам, но вовсе не руководит ими. На днях Владимир Путин, обещая помочь в обмене пленными между Украиной и республиками, пообещал поговорить с руководством ЛНР и ДНР – и на ответную реплику журналиста, что мол, это все решит, заметил, что «нет, вы зря так думаете... Вообще-то они ребята очень упертые... С ними сложно...»
Действительно, если бы Москва руководила Луганском, то ни за что не стала бы доводить конфликт в руководстве республики до открытого противостояния: появления на улицах города бронетехники, резких заявлений с взаимными обвинениями. Но как раз в силу того, что власть в ЛНР местная, представляющая разные местные силы, внутри нее и происходят конфликты. Один из них, прошлогодний, закончившийся арестом бывшего премьер-министра и его более чем странной смертью в тюрьме, и стал поводом для роста недовольства со стороны местных силовиков деятельностью Плотницкого.
Роль Москвы в ЛНР – кроме самой разнообразной поддержки – напротив, состоит в том, чтобы улаживать внутриэлитные конфликты, способствовать слаженной работе всех луганчан на общее дело.
Маленькая воюющая республика должна научиться достойно жить даже в такой временной, переходной форме своего существования. Потому что ЛНР и ДНР – это не куски территории Донбасса или Украины и даже не элементы будущей Новороссии. Это маленькие русские государства, «княжества», которые станут точкой сборки новой, а точнее, старой и единственной Украины.
Это игра вдолгую – ну так и Москва не сразу строилась.