В Москве задержали первого заместителя руководителя Главного следственного управления СК по Москве и области генерала Дениса Никандрова. По пока не подтвержденным данным, он подозревается в получении взятки в миллион долларов от задержанного на днях главного российского «вора в законе» Шакро Молодого.
Арест Дениса Никандрова напоминает о деле его тезки из МВД – генерала Сугробова
Вместе с Никандровым задержаны еще несколько сотрудников ГСУ, включая начальника управления собственной безопасности ГСУ СК по Москве Максима Максименко, допрошен и начальник московских следователей Александр Дрыманов. Учитывая, что Никандров был повышен до первого зама менее трех месяцев назад, а Дрыманов стал главой ГСУ в конце прошлого года (до этого он десять месяцев был и. о.), понятно, что разработка их велась ФСБ уже давно. Уже появилась информация, что чекисты «вели» Никандрова с конца прошлого года – потому что в деле фигурирует не только нынешняя взятка, но и попустительство в освобождении одного из подручных вора в законе. Но сейчас главное не конкретные подробности дела Никандрова, а тенденция – в очередной раз по подозрению в коррупции арестовывают тех, кто должен с ней бороться.
Никандров относился к числу самых важных сотрудников СК в целом – он вел или принимал участие в нескольких знаковых делах, делал успешную карьеру. В 37 стал вторым человеком в столичном управлении, генерал-майором юстиции – и арест по подозрению во взятке от вора в законе. Следственный комитет прогнил? Но подобная же история произошла два года назад в МВД – тоже молодой, 37-летний, генерал Денис Сугробов, возглавлявший Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) в МВД и по своим полномочиям и раскрытым делам бывший едва ли не главным борцом с коррупцией в стране, был арестован вместе с несколькими своими сотрудниками.
И дело Сугробова, и дело Никандрова вело ФСБ – что понятно, тем более что генерала МВД обвиняют в провокации против сотрудников управления собственной безопасности ФСБ, проще говоря, в попытке их дискредитации через дачу взятки от специально подосланных к ним «коммерсантов». ФСБ, естественно, является главной службой не только по борьбе с коррупцией в органах власти, но и по контролю за чистотой рядов у всех остальных силовиков – из МВД, СК, Генпрокуратуры, ФСИН и недавно расформированной ФСКН.
Но и в чекистских рядах работы у Управления собственной безопасности ФСБ хватает: недавно было практически полностью заменено руководство одного из важнейших подразделений, Службы экономической безопасности ФСБ, надзирающей как за госкорпорациями, так и за банковской системой. Причем во главе СЭБ был поставлен как раз начальник УСБ, то есть главный внутренний контролер.
Можно вспомнить и многие другие случаи выявления «оборотней» в рядах спецслужб и силовиков – и не все из них удавалось довести до суда. Например, развалилось громкое дело «подмосковных прокуроров», которое несколько лет назад активно разрабатывал как раз Следственный комитет РФ. Противники Путина любят обвинять власть в том, что она не дает хода громким делам в отношении высокопоставленных силовиков, да и вообще сделала их неприкасаемыми. А все случаи посадок или увольнений в высших кругах силовых структур объясняют внутренней борьбой кланов – вот, А победил Б, поэтому вычистили С и арестовали Д. Это не просто упрощение – это сознательное искажение как всей ситуации с силовыми структурами в России, так и целей, которые ставит перед собой Кремль.
У нас сейчас существует достаточно разветвленная сеть силовых структур – нет никакого единого карающего меча. Дело тут не только в совершенно естественном разделении как различных специальных служб, так и различных ветвей власти (например, исполнительной и судебной). За последние годы было проведено почти полное отделение следствия от прокуратуры – через сосредоточение в СК основной массы дел – и предприняты серьезные усилия по обеспечению подлинной независимости судебной власти. Насколько успешны они были? Не настолько, как всем хотелось бы, но и не так, чтобы ситуация не изменилась в лучшую сторону.
В том числе и в борьбе с коррупцией, выжигание которой остается одной из главных задач российской власти. Чтобы создать для казнокрадов невыносимые условия, нужно быть уверенными в том, что чисты сами спецслужбы – то есть забота о ситуации внутри силовых ведомств является постоянной головной болью для высшей власти. От идеи создать специальный антикоррупционный орган со сверхполномочиями в Кремле отказались – кто будет проверять чистильщиков, контролировать «опричников»?
Считается, что баланс сил и интересов между различными спецслужбами и правоохранителями является лучшим способом обеспечить здоровую ситуацию в органах. Находясь в ситуации постоянной конкуренции и взаимного контроля, они должны быть в тонусе – не преступать закон и не закрывать глаза на его нарушение другими. Но это в идеале – в реальности же конкуренция часто превращается в нездоровую, начинается подсиживание и «подстава» смежников, кроме того, кто-то не выдерживает искушений и перерождается, коррумпируется.
Проблема еще и в том, что борьба с коррупцией в рядах силовых структур идет в условиях капиталистического общества – то есть нужно перебороть совершенно естественную социальную и классовую рознь между честными «слугами государевыми» и теми, для государственная должность (причем неважно, в госкорпорации, министерстве или в губернаторском кресле) подразумевает непременное «кормление», то есть, говоря по-простому, казнокрадство.
Силовики видят, как живут олигархи (а коррупция, на секундочку, была внедрена именно в годы их «правления») и коррумпированные чиновники – и раздираются между желанием всех посадить (ну, точнее, тех, на кого что-то есть) и самому стать частью «высшего общества». Кроме того, тысячи сотрудников спецслужб, как действующих, так и бывших, были откомандированы или поставлены на различные руководящие посты как во власти, так и в экономике – и их оставшиеся в конторах коллеги тоже видят, как часть из них перерождается, коррумпируется.
На кого-то из людей в погонах это оказывает развращающее воздействие – хотя понятно, что служить стране и народу нужно честно вне зависимости от того, какие негативные примеры ты встречаешь на своем пути.
Все это сложнейший клубок противоречий и проблем – но это не значит, что его нельзя решить. Все последние годы и Владимир Путин, и Сергей Иванов, и тот же глава СК Александр Бастрыкин постоянно говорят о том, что неприкасаемых у нас нет, что за казнокрадство нужно карать, невзирая на чины и заслуги. Это не пустые слова – даже не меняя социально-экономический уклад, власть взяла курс на национализацию и очищение «элиты».
Три действующих губернатора, арестованных за взятки за последнее время, десятки посаженных вице-губернаторов и мэров, чистка депутатского корпуса всех уровней, сужение возможностей «решения вопросов» для олигархов, чистка банковской системы – все это кирпичики, из которых строится антикоррупционная стена. Очищение, причем постоянное, рядов самих спецслужб – это самая сложная, но и самая важная часть этой работы.