Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил: усиление НАТО на Востоке – это «пропорциональный ответ на действия России». Так генсек альянса отреагировал на сообщения о намерении России развернуть три новых дивизии у своих границ – в свою очередь, в ответ на наращивание натовского военного присутствия. «Я видел эти сообщения и хотел бы ответить в широком контексте. За последние годы Россия утроила свой военный бюджет и продемонстрировала готовность использования военной силы для изменения границ в Европе впервые с окончания холодной войны», – заявил генсек Североатлантического альянса.
Западный театр военных действий по своим физико-географическим условиям требует более крупных воинских формирований
Как отмечает ТАСС, при этом Столтенберг «забыл» упомянуть, что, несмотря на увеличение расходов России на оборону, суммарный оборонный бюджет НАТО превышает сегодня российский оборонный бюджет в 10 раз. Также генсек НАТО забыл указать, что первое силовое изменение границ в Европе произошло в Югославии после бомбардировок НАТО в 1999 году.
«Все, что мы делаем, – это оборонительные и пропорциональные меры, которые полностью находятся в рамках наших международных обязательств, – уверял Столтенберг. – Мы посылаем России сигнал, что мы едины, мы вместе и намерены обеспечивать безопасность всех стран альянса на востоке НАТО». Он также напомнил, что решение о дополнительном развертывании на восточных границах альянса на ротационной основе дополнительных четырех многонациональных батальонов НАТО будет закреплено решением саммита альянса, который должен состояться в Варшаве 8–9 июля.
До начала зимнего обучения
Напомним, ранее в среду министр обороны России Сергей Шойгу сообщил: Минобороны для противодействия наращиванию сил НАТО у границ России создаст две новые дивизии в Западном военном округе и одну в Южном.
#{smallinfographicleft=753692}Позже «Интерфакс» со ссылкой на информированный источник сообщил, что упомянутые дивизии должны быть сформированы к 1 декабря этого года – к началу зимнего периода обучения в Вооруженных силах. По словам источника, речь идет о трех новых мотострелковых дивизиях. Предположительно, они будут дислоцироваться в Ельне (Смоленская область), Воронежской и Ростовской областях. Ранее, в начале апреля, источник в Генштабе также сообщил, что две мотострелковых дивизии, которые станут основой 20-й армии, будут созданы до конца года в Смоленской и Воронежской областях. А 24 марта источник в штабе Южного военного округа рассказал, что до конца года в Ростовской области появится мотострелковая дивизия численностью примерно 10 тыс. человек.
Как сообщил Сергей Шойгу на селекторном совещании в Минобороны, сейчас уже ведется обустройство мест дислокации новых соединений. «Мною были даны поручения применять при возведении объектов самые передовые строительные решения, – сказал Шойгу Речь идет о блочно-модульных конструкциях. Технология поточного производства и поставки модулей позволяет возводить здание в течение трех, максимум четырех недель». Министр отметил, что в случае необходимости здание можно оперативно разобрать и переместить на новое место. При этом таким же оперативным способом налаживается вся система обеспечения, включая котельные.
О том, что Россия вынуждена реагировать на наращивание военного потенциала НАТО в Европе, в том числе в непосредственной близости от российских границ, министр обороны напомнил сравнительно недавно, 25 марта.
В январе Шойгу уже сообщал, что на западном направлении планируется создать три новые дивизии. О создании 1-й танковой армии в Западном военном округе было официально объявлено в феврале. Командующим нового соединения был назначен генерал-майор Александр Чайко. Армия имеет на вооружении танки Т-72Б3 и Т-80, а также боевые машины пехоты БМП-3. Источник в Генштабе сообщал, что новое объединение первым получит бронетехнику нового поколения – танки на платформе «Армата» и боевые машины «Курганец».
«Хорошо продуманный шаг»
«Это давно запланированный и хорошо продуманный шаг, – констатировал в комментарии газете ВЗГЛЯД главный редактор журнала «Арсенал Отечества» полковник запаса Виктор Мураховский. – Планируется усилить Западный и Южный военные округа. Делается это потому, что НАТО усиливает свою военную группировку на наших границах, в Польше и Прибалтике. Более того, альянс разворачивает соответствующую военную инфраструктуру и размещает существенные силы, в том числе тяжелые вооружения».
Мураховский указывает на то, что уже объявлен примерный состав дивизии, расквартированной на южном направлении, и двух, размещаемых на западном. «Каждая дивизия будет состоять из шести полков. К тому же сформирована Первая гвардейская танковая армия, в состав которой войдут новые дивизии», – отмечает собеседник.
«Западный театр военных действий по своим физико-географическим условиям требует более крупных воинских формирований. Дивизии крупнее и мощнее бригад. Они могут действовать с большим размахом и с большей глубиной. Именно поэтому было принято решение перейти на дивизии вместо бригад», – поясняет военный эксперт.
Если средняя численность бригады может составлять 6–8 тыс. человек, то численность дивизии – 12–24 тыс. человек.
#{weapon}«Вольны размещать так, как считаем необходимым»
Создавая три новые дивизии, Россия не нарушает никаких международных обязательств, пояснил в комментарии «Интерфаксу» глава комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Виктор Озеров. «Свое участие в Договоре об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ) мы приостановили, и размещать свои вооруженные силы на территории РФ мы вольны так, как мы считаем необходимым – какие дивизии и в каком количестве нам иметь», – пояснил сенатор.
Напомним, ДОВСЕ, подписанный в Париже в 1990 году 16 государствами – участниками НАТО и шестью странами Организации Варшавского договора, был призван контролировать количество вооружения – танков, военных самолетов, тяжелой артиллерии на территории между Атлантикой и Уральскими горами. На этой территории обеим группам государств – участников договора (странам НАТО и ОВД) разрешалось иметь равное количество обычных вооружений и боевой техники, чье суммарное количество не должно было превышать 40 тыс. танков, 60 тыс. боевых бронированных машин, 13,6 тыс. боевых самолетов и 4 тыс. ударных вертолетов. Вводились ограничения и на другие виды обычных вооружений, в том числе БМП и БТР.
ДОВСЕ вводил и так называемые ограничения на флангах – для Советской армии и армий стран ОВД это были Болгария, Румыния, Закавказский, Ленинградский, Северо-Кавказский, Одесский военные округа; для НАТО – Греция, Исландия, Норвегия и Турция. На флангах каждой стороне разрешалось размещать 4,7 тыс. танков, 5,9 тыс. бронемашин и 6 тыс. артиллерийских систем.
«Новую архитектуру контроля будет трудно создать»
Российская сторона констатировала, что, «к сожалению, страны НАТО предпочли фактически обходить положения ДОВСЕ за счет расширения альянса, одновременно под надуманными предлогами препятствуя вступлению в силу соглашения об адаптации».
Как отмечала газета ВЗГЛЯД, с точки зрения Генштаба, устаревший Договор об обычных вооруженных силах позволяет НАТО практически без всяких ограничений реализовывать стратегию продвижения альянса на восток, осуществлять реконфигурацию американского военного присутствия в Европе, а также постоянный мониторинг состава и состояния российской группировки вооруженных сил в европейской зоне.
В апреле 2007 года Москва заявила о возможном объявлении моратория на исполнение Россией условий ДОВСЕ в связи с американскими планами по размещению объектов ПРО в Чехии и Польше, а также вследствие того, что некоторые члены НАТО не присоединились к договору, а другие не ратифицировали его и не выполняли его условий. 13 июля того же года президент Владимир Путин подписал указ о приостановлении Россией действия договора. В марте 2015 года директор департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД Михаил Ульянов сообщил: Россия не намерена восстанавливать свое участие в заседаниях Совместной консультативной группы (СКГ) по ДОВСЕ.
Министр обороны Сергей Шойгу, комментируя итоги прошедшего 20 апреля заседания Совета Россия – НАТО сообщил, что «старые схемы контроля над вооружениями отжили свой век». «Действующие механизмы порой используются партнерами недобросовестно», – констатировал министр и высказал мнение, что «новую архитектуру контроля над обычными вооружениями будет трудно создать в условиях острого недостатка доверия в Европе».