В минувшие выходные первый и последний президент СССР Михаил Горбачев в интервью британскому таблоиду Sunday Times заявил, что Крым – наш. По словам бывшего генсека ЦК КПСС, он поддерживает решение Владимира Путина о воссоединении России и Крыма и поступил бы на его месте точно так же.
Крым — это Россия, и пусть кто-нибудь докажет обратное
«Я всегда за свободное волеизъявление народа, а в Крыму большинство хотело воссоединения с Россией», – объяснил очевидное британским читателям Горбачев. Также он довольно резко высказался в адрес США: «Они не были искренне заинтересованы в том, чтобы помочь России стать стабильной и сильной демократией. Они думали, что урезали ее в размерах. В процессе они свели на нет то доверие, которое мы построили».
Американские политики до сих пор не отреагировали на слова Gorby. А вот украинские смолчать не смогли.
«В таких случаях СБУ принимает решение о запрете въезда лицам, которые поддерживают нарушение территориальной целостности Украины. Однако я не припоминаю, чтобы он приезжал в последнее время, ему тут делать нечего. Также дипломатическим путем будем обращаться к европейским партнерам, чтобы его не принимали и в Европе и не финансировали его фонд, который помогает разжигать ненависть между Россией и Украиной», – заявил одиозный депутат Верховной рады Украины Антон Геращенко.
Его слова выглядят весьма симптоматично и ярко демонстрируют все базовые украинские комплексы.
Во-первых, это стремление к тотальному огораживанию от всех, кто не разделяет украинские взгляды на окружающую действительность. Даже в СССР периодически впускали негативно настроенных по отношению к коммунизму в целом и к КПСС в частности политиков, журналистов и деятелей культуры. Под строгим надзором – но впускали. Украинские политики и сами вроде бы понимают, что их страна является далеко не самой привлекательной на планете, но все равно продолжают составлять бессмысленные списки «невъездных». Наверное, даже Северная Корея не является настолько неуверенным в себе государством и не следит столь тщательно за соответствием высказываний своих потенциальных гостей идеям чучхе, как это делает Украина.
Во-вторых, это стремление диктовать Европе, как ей себя вести. Европейские политики регулярно удивляются тому, что Украина, которой ясно сказано – в ближайшие десятилетия приглашения в ЕС можно не ждать, ведет себя так, как будто является одним из отцов-основателей Евросоюза. Совершенно непонятно, почему депутат Верховной рады считает себя вправе указывать Европе, кого ей принимать и кого финансировать. У Киева отсутствует элементарное понимание разницы между своей и чужой зоной ответственности, а также минимальная вежливость по отношению к старшим партнерам. В Германии до сих пор памятен скандал, разразившийся после того, как Ангела Меркель «осмелилась» встретиться с Владимиром Путиным. «Фрау Риббентроп» было тогда самым мягким определением, которое ей дали украинские комментаторы.
Впрочем, кое-чему украинские политики все-таки учатся. Их реакция на недавнее признание региональным советом Венето Крыма как части РФ была далеко не такой истеричной, как на слова Горбачева. То есть по крайней мере элементарную мысль о том, что Европе не стоит закатывать истерики поводу поведения европейских же политиков, на Украине, видимо, начинают понимать, пусть не до конца и не все.
При этом, «обращаясь к Европе» по поводу «Горбачев-фонда», Украина обращается не по адресу. Эта общественная организация вообще не занимается вопросами Украины, а судя по тому, что не числится в списке иностранных агентов, не получает и европейского финансирования. Так что слова Геращенко демонстрируют еще и его полную неосведомленность о предмете, насчет которого он берется рассуждать.
Вместе с тем следует отметить, что это уже далеко не первое интервью, в котором бывший президент СССР положительно оценивает крымский референдум. Издание «Свободная пресса» опубликовало целую подборку интервью Горбачева, и во всех он говорил одно и то же:
«Люди голосовали добровольно, и абсолютное большинство выбрало путь развития в составе Российской Федерации. Свершилось то, что должно было свершиться» – это март 2014 года.
«Во-первых, в Крыму был референдум, который очень четко определил волю его граждан. Кроме того, Крым – это Россия, и пусть кто-нибудь докажет обратное» – это март 2016-го.
Получается, что реакция Украины на слова Горбачева мало того что неадекватна. Она к тому же еще и запоздала как минимум на два месяца, а как максимум – на два года.
Горбачев, как мы уже отмечали, является одним из самых непопулярных в России политиков – большинство граждан не могут простить ему развала страны. Но непопулярный – не значит неадекватный. Горбачев давно понял и то, что развал страны не принес большинству граждан счастья, и то, что США в конце 80-х занимались не созданием нового друга, а ликвидацией старого врага.
Таким образом, Горбачев, несмотря на возраст и не самый приятный статус «разрушителя СССР», остается более адекватным политиком, чем многие молодые оппозиционеры, настойчиво повторяющие: «Крым надо вернуть Украине». Крым уже вернулся туда, где он должен быть, и больше ему возвращаться некуда.