Переговоры в Берлине между министрами иностранных дел Германии, Франции, России и Украины не привели к достижению каких-либо договоренностей – а без них невозможна и встреча первых лиц, то есть Путина и Порошенко.
Признание абсолютной невозможности военной победы Киева над Новороссией – главное и по сути единственное, что необходимо для установления перемирия и начала реальных переговоров
Хотя президенты и так, скорее всего, увидятся через десять дней в Братиславе на торжествах, посвященных юбилею словацкого восстания – и даже, может быть, снова, как и в Нормандии, поговорят при посредничестве европейцев. Но что толку будет в этой встрече, если на ней невозможно будет ни о чем договориться? Именно по этой причине пока не ясны и перспективы трехсторонней встречи, которую хочет организовать уходящий скоро с поста главы Еврокомиссии Баррозу – о чем Путин будет говорить с Порошенко? Позиция России известна – и она не может измениться. Позиция Украины (то есть США и Европы) тоже известна – и пока она остается неизменной, любые переговоры между Киевом и Москвой по сути бессмысленны.
Основное требование России – прекращение огня и начало переговоров между Киевом и Новороссией. Россия может в них участвовать в качестве посредника или заинтересованной стороны – но договариваться о будущем Украины нужно именно с Донецком и Луганском. Военного решения у проблемы нет – Украина распадается, и попытаться сохранить ее хотя бы в виде конфедерации или же договориться о «разводе» можно только за столом переговоров. Запад, в первую очередь США, должны принудить Киев пойти на переговоры с повстанцами – чтобы, во-первых, прекратить войну, а во-вторых – договориться о будущем того, что все еще называется Украиной.
Понятно, что переговоры Киева и Донбасса будут одновременно и переговорами Запада и России – но только в таком формате они приемлемы для России. Потому что признание самого факта гражданской войны на Украине со стороны Запада означает, что корень нынешних проблем лежит внутри украинской державы – есть киевская прозападная власть и новороссийская прорусская, и им нужно договориться. Для начала о перемирии, а потом уже и говорить о том, как разводиться или как сходиться снова.
Альтернативой переговорам является продолжение войны – причем она может длиться еще долгие месяцы, постепенно распространяясь на все новые регионы Украины. Если Запад и Киев хотят такой войны, то они ее получат – как бы Москва ни хотела прекратить кровопролитие, оставлять восставших никто не собирается. Рано или поздно Киев и Запад все равно будут вынуждены согласиться на переговоры – причем чем позже они признают их неизбежность, тем хуже они сделают сами себе: ситуация на фронте и в тылу украинской армии будет лишь ухудшаться.
Ожесточенная попытка задавить Новороссию приведет только к одному – ответный удар будет столь же жестоким и кровавым. Не принципиально, когда именно он последует – через месяц, три или полгода – важно, что Киев стоит совсем не перед тем выбором, о котором думает Порошенко. Ему кажется, что он выбирает между войной за сохранение единой Украины и признанием факта отделения Новороссии, которое грозит дальнейшей дестабилизацией всей остающейся под контролем Киева территории.
Но в реальности перед Киевом стоит совсем другая альтернатива. Признать факт отделения Новороссии и тем самым получить возможность (но вовсе не гарантию) того, что остальная Украина еще на несколько лет сохраняется в качестве единого и нейтрального государства – или же, продолжая воевать, дождаться перерастания войны на востоке в гражданскую войну на всей территории Украины. Эта война может стать следствием как перелома на фронте и начала наступления войск Новороссии, так и внутренних конфликтов на остальной территории Украины, которые начнутся после парламентских выборов и обвала экономики. В ходе этой войны Украина окончательно прекратит свое существование – и в дальнейшем будет или воссоздана заново пророссийскими силами из Новороссии, или же разделена на два или три государства – Новороссию, Украину (Малороссию) и Галичину, которые будут пытаться войти в союз с Россией или Западом и погрязнут в конфликтах между собой.
Если бы Киев был самостоятелен в своих действиях, то, вполне возможно, Порошенко и осознал бы реальную развилку, перед которой он стоит – и пошел бы на прекращение огня и переговоры с Новороссией. Но США вполне устраивает продолжение конфликта – им кажется, что они или получат всю Украину, или как минимум сильно ослабят Россию, воспользовавшись войной как поводом для изоляции Москвы (всего лишь от Европы – но и это вполне весомый аргумент для Вашингтона).
Таким образом, ни на какие переговоры с Новороссией Киев не пойдет – а значит, и реального перемирия ждать не приходится. Уничтожение восставших пока еще кажется американцам и Киеву вполне возможным – а зачем говорить с тем, кого ты намерен убить? Удивительно, но на Западе продолжают надеяться на то, что Россия отступится от Новороссии и чуть ли не поможет Киеву уничтожить повстанцев – видимо, испугавшись каких-нибудь новых западных санкций. Пожалуй, даже если бы Путин открытым текстом сказал что-нибудь вроде «Я не представляю себе поражения Новороссии» – и тогда Запад считал бы это хитрой игрой коварного Путина.
Признание абсолютной невозможности военной победы Киева над Новороссией – главное и по сути единственное, что необходимо для установления перемирия и начала реальных переговоров. А понимание того, что затягивание с признанием этой очевидной истины лишь ухудшает и без того аховое положение Киева, делая его катастрофичным уже в ближайшей перспективе, – главный аргумент для того, чтобы Запад перестал закрывать глаза на реальность. Пока еще не поздно – ведь очень скоро даже сама возможность перемирия может оказаться уже совершенно нереальной.