Как рассказал глава службы блогов компании SUP Антон Носик, с первых дней грузино-осетинского конфликта аудитория русскоязычного сектора всемирной сети разделилась на две категории. Часть пользователей пыталась через Интернет получить объективную информацию о происходящем в Южной Осетии. Другая часть воспользовалась случаем для атаки на Россию.
В ходе любой войны демократия сокращает свое присутствие
Причем среди «нападавших» оказались не только грузины (решением Саакашвили у пользователей из Грузии не было доступа к зоне ru, однако запрета на посещение находящегося в зоне com «Живого Журнала» не существовало), но и русскоязычные граждане бывших республик СССР, а также советские эмигранты с иностранными паспортами.
Кроме того, в бой включились пиарщики. «Я впервые в этот раз увидел киевский бюджет», – восхитился Антон Носик. По его словам, со ссылкой на несуществующие российские информагентства выдавалась информация о том, что украинские наемники (!) российской армии перед телекамерами разобрали ракету, которая должна была лететь в сторону Грузии, и теперь в ВС РФ начинаются репрессии против украинцев.
Грузинам, правда, тоже досталось. Теперь уже от наших интернетчиков, которые взломали несколько сайтов «республики роз» (в частности, сайт МИД Грузии был украшен коллажем из портретов Саакашвили и Гитлера).
Однако от восхищения подвигом российских хакеров Носик предостерег, напомнив, что в свободное от войны время, которое, к счастью, значительно продолжительнее конфликтов, эти люди портят жизнь и наносят многомиллионные убытки отечественным пользователям. «Это не патриоты, не защитники России, а уголовники», – подчеркнул Антон Носик.
Многие западные СМИ, по словам члена Общественной палаты Максима Шевченко, в первый день грузинской агрессии вообще сделали вид, что ничего не происходит. А со второго дня войны по крупнейшим телеканалам пошла картинка горящего Цхинвали с комментариями, которые гласили: на экранах зрители видят разрушенный российскими войсками город Гори. «То есть был прямой подлог», – возмутился Шевченко.
По его словам, иностранные журналисты не сделали ни одного собственного сюжета из зоны конфликта. «У них даже стрингеров там не было. Может быть, все западные коллеги находились в этот момент в отпусках?» – предположил Шевченко.
Так что всю информацию иностранные СМИ вынуждены были получать из других, по всей видимости, грузинских источников. И информационный бой в данном случае шел явно не за голоса политиков, а за симпатии граждан. По словам Шевченко, «на мнение элит, которые принимают фундаментальные решения, информационная политика прямо не влияет». И все пасьянсы в больших кабинетах разложены задолго до начала военных действий.
«Стало быть, была какая-то задача. Задача не показывать объективно грузино-осетинский конфликт», - считает член Общественной палаты.
Шевченко подчеркнул, что общий фон СМИ к военным сюжетам имеет отдаленное отношение. За «войну» на экранах отвечает «пропагандистская машина», которой Россия, в отличие от Запада, как выяснилось, не обладает.
«В ходе любой войны демократия сокращает свое присутствие», – уверен «общественник». Он также напомнил, что во время военной кампании США в Ираке на американских телеканалах действовал прямой запрет на демонстрацию подбитых звездно-полосатых самолетов и разгромленных жилых кварталов, в которые по ошибке залетали американские бомбы. Более того, журналиста, который пошел против проп-машины и показал сюжет о сбитом самолете, тут же уволили. «Обмен свободными мнениями во время войны невозможен», – уверен Шевченко.
Как пояснил эксперт газете ВЗГЛЯД, в подавляющем большинстве государств давно действуют аналитические центры, которые просчитывают возможности возникновения тех или иных конфликтов и моделируют способы реагирования на них, а также пути их преодоления.
«Такое ощущение, что российская политическая машина реагирует не по заранее спроектированному сценарию, а по входу в кризис», – сокрушается Максим Шевченко.
По его словам, России давно пора обзавестись пулом ньюсмейкеров и журналистов, которые могли бы «адекватно освещать и комментировать» ее действия. Причем ориентироваться эти эксперты должны не на внутреннее пространство, а на зарубежную публику. И говорить им не мешало бы на всех мировых языках.
«Нужна пропагандистская машина, которая могла бы дать мощный отпор противнику», – резюмировал «общественник».
Как бы там ни было, взваливать задачу по созданию такой машины на военных эксперт не рекомендует. Заняться ее «сборкой», по его мнению, должны даже не журналисты, а пиарщики.