Поводом для разбора полетов стала недавняя публикация высказываний Владимира Рыжкова в газете «Новые Известия». В статье под названием «Историческое холуйство» депутат заявил, что «парламентаризм в России никак не приживается». «У нас никак не удается создать парламент, независимый от верховной власти и занимающий самостоятельную политическую позицию. Начинаем с революционных Дум и кончаем «холуйскими», – высказался тогда Рыжков.
«Матом я никого не крыл»
Больше всего коллег депутата Рыжкова возмутил эпитет "холуйский"
Именно эти слова и заставили единоросса Людмилу Пирожникову подготовить протокольное поручение, в котором она потребовала обязать депутата принести публичные извинения за допущенные в адрес здания на Охотном Ряду «оскорбления». И хотя Госдума до сих пор так и не выработала кодекса этики депутата, представители профильной комиссии не преминули сослаться на аналогичный кодекс в Великобритании. Оказывается, чопорные английские парламентарии строго-настрого запретили себе плохо отзываться о своем парламенте.
Больше всего коллег депутата Рыжкова возмутил эпитет «холуйский» в отношении здания на Охотном Ряду. Припомнили ему и прошлые выражения типа «котлет и гарнира» как характеристики взаимоотношений парламентского большинства и оппозиции. Подшив все имеющиеся материалы, комиссия по этике настроилась на строгое решение.
Геннадий Райков (фото ИТАР-ТАСС) |
С видом нашкодившего ученика, с опущенной головой, депутат Рыжков молча выслушивал замечания своих коллег. Наконец ему предоставили слово. «Мое отношение к парламенту всем известно, – сразу же попытался оправдаться депутат. – Я отношусь к нему с глубоким уважением». Но в своем поступке г-н Рыжков не видит ничего предосудительного. «Я же не дрался, никого не оскорблял и не крыл матом», – мотивировал он свою позицию. Получается, что речь идет вовсе не о нарушении этических норм парламентария. Напротив, в интерпретации Рыжкова, народному избраннику просто стремятся «заткнуть рот».
Как на комсомольском собрании
В своей защите депутат попытался апеллировать к положениям конституции. И заявил, что любые ограничения свободы слова следует рассматривать как антиконституционные. «Парламент – это место политических дискуссий, без них он просто превратится в вегетарианскую ферму», – съязвил политик. Известно, что за острые словечки Уинстону Черчиллю некогда дали Нобелевскую премию. «Я, конечно же, на нее не претендую, но использованное мною слово «холуй» в отношении нынешней Думы вовсе не оскорбительное», – оборонялся Рыжков. Действительно, в толковом словаре Ожегова «холуй» трактуется как «слуга-лакей» и не несет в себе негативного оттенка.
Парламентарий пояснил, что его статья была исключительно научно-публицистическая: «В ней я рассуждал о природе российского парламентаризма и оперировал историческими обобщениями». «Холуйской» дореволюционную Думу называли в народе. По мнению депутата, нынешний парламент только повторяет судьбу своих предшественников – «от оппозиции к лояльности». «Я настаиваю на этом как ученый», – фактически открестился от своего статуса публичного деятеля Рыжков.
Ставка на раздвоение личности спасла депутата. Комиссия по этике решила не осуждать высказывания ученого-историка. «Юридически хитро и грамотно получилось», – прокомментировал защиту Рыжкова единоросс Валентин Чайка. «Ты аккуратный человек, – по-отечески обратился к обвиняемому Геннадий Райков. – За два года в Ваш адрес поступило не так много жалоб, но разбор все равно полезный. Мы все должны задумываться над тем, какие слова произносим».
Раскрасневшийся и радостный г-н Рыжков тут же покинул зал заседаний. В беседе с газетой ВЗГЛЯД он признался, что последний раз его так «разбирали» только на комсомольском собрании. Но не преминул похвастаться своей победой: «Создан важный прецедент, который означает только одно – никто не может осуждать депутата за его политические высказывания». Это, казалось, поняли и члены профильной комиссии. «Не будем шить своему коллеге дело», – призвал собравшихся депутат Александр Крутов (фракция «Родина»). А вот Сергей Иванов (фракция ЛДПР) посоветовал г-ну Рыжкову «быть честнее и не ругать свое место работы за глаза».